Избранная Луной - Лана Ежова

«Едут! Ура! Миа, папа едет!»

За размышлениями не заметила, как открылись ворота, впуская черный джип. Вот тебе и слух оборотня! Если специально не концентрироваться, то, витая в облаках, можно все прослушать.

Автомобиль остановился. Дарья со всех ног бросилась к отцу.

Первым вышел Василий и, приветственно махнув нам рукой, открыл заднюю дверь. Сердце екнуло в груди — с магом что-то произошло, раз шофер собирается помочь ему выйти?

Но из салона выпорхнули только воздушные шары. Розового и белого цвета, не меньше трех десятков, они устремились в чистое небо.

Девочка захлопала в ладоши, и я всей кожей ощутила волну ее восторга. Несколько мгновений она наблюдала за эффектным полетом шариков в слепящих лучах полуденного солнца, а затем подошла ближе к салону.

— Даша, смотри, что еще есть.

Василий засуетился, быстро вытаскивая из нутра авто коробку за коробкой. Разноцветные обертки и пышные банты с цветочками красноречиво говорили о том, что подарки приготовлены для маленькой принцессы.

«А папа где?» — В мысленном вопросе ребенка открыто звучало отчаяние.

— Даш, с ним все хорошо…

Девочка перебила шофера:

«Знаю, что он в порядке! Я это чувствую! Где он сам?» — Уперев руки в бока, она грозно наступала на бедного Васю.

— Даша, ты же помнишь, какая у него работа? — осторожно начал парень.

Малышка топнула ногой:

«Я-то не забыла! А он помнит, что у меня день рождения?»

Вася растерянно оглянулся на гору подарков.

«У меня же день рождения раз в году!» — Всхлипнув, именинница припустила в сторону дома.

Я не бросилась за ней, решив уточнить важный момент. Глядя на расстроенного шофера, спросила:

— Вольский точно в порядке?

— Да что с ним сделается.

— Вот только не ври мне больше, Вась! Иначе научусь распознавать ложь, как все вервольфы, и если солжешь, откушу голову.

— Дурочка, — рассердился он. — Я всего раз солгал, а ты…

М-да, наверное, перегнула палку. Это все нервы.

— Извини. Значит, дело действительно в работе, да?

— Ну не в любовнице же! — хохотнул шофер. — Работа для Алекса сейчас и жена, и подруга. Не смог он приехать, они с Хеммингом в паре тысяч километров отсюда, спасают жителей поселка, возле которого археологи разрыли проклятый курган.

Я присвистнула. Прекрасно помню, что территория, за которой присматривал контролер, велика — два федеральных округа России и вся Украина, но все же дико слушать о командировках на такие огромные расстояния.

— А подарки тогда откуда?

— Вольский выбрал их заранее, мне оставалось только забрать.

— Ясно… Ладно, я побежала успокаивать Дашку.

— Куда подарки? — бросил вслед Василий.

Я обернулась:

— Давай пока в холл? И пускай никто нас не трогает, хорошо?

— Иди, я предупрежу остальных.

Само собой, моя просьба слугам только на руку: когда Даша страдает, с ней сложно находиться рядом. Ментальный маг, не умеющий или не желающий закрываться, проецирует свои эмоции на окружающих. И чем он сильнее, тем мощнее оказывается влияние. До сих пор всех передергивает при воспоминании об ее отчаянии, когда Вольский уехал в командировку.

Даша горько плакала, уткнувшись лицом в бок большого белого медведя. Осторожно улегшись за ними, я опустила руку на вздрагивающее плечико:

— Солнышко, у тебя очень хороший папа, и он делает хорошее дело — уберегает людей от страшных бед.

Мои слова утонули в тихих всхлипываниях — Даша все так же плакала, не соизволив даже прислушаться ко мне.

— Заботясь о любимой доченьке, он постарался в меру своих сил скрасить день без него. Честно тебе говорю, на твоем месте я бы тут не рыдала, а раскрывала десятую коробку с подарком.

И снова увещевания не возымели нужного эффекта. Что ж, придется действовать по-другому.

Отвернувшись, грустно прошептала:

— Хорошо, чего уж там, скажу… Ты права, Даш, с таким паршивым папашей остается только плакать. Как можно не приехать в день рождения единственной дочери? Александр — отвратительный, безответственный, ужасный отец…

Девочка, приподнявшись на локте, предсказуемо бросилась защищать родителя:

«Миа, ты что! Папочка хороший! Он самый лучший!»

Успокаивающе погладила ее по руке:

— Да-да, самый лучший, я рада, что ты об этом вспомнила.

Даша пытливо вгляделась в мое лицо и улыбнулась. Слезинки серебристо засверкали на ресницах.

«Ты специально так сказала?»

— Я восхищаюсь твоим отцом, Даш. Тебе с ним повезло, не у всех деток есть такие папы. Поэтому прости его за невозможность быть рядом в такой день.

«Я… постараюсь».

Больше ничего не сказав, она удобно устроилась между медведем и мной. Наверное, с полчаса я гладила ее по золотым косичкам и спинке, ожидая, пока она успокоится. Хорошо, что дети не могут долго находиться на одном месте без движения. Вскоре и Даша не выдержала — веселый нрав напомнил о себе:

«Миечка, а подарков правда десять?»

— Нет, — покачала головой я, но прежде чем девочка огорчилась, добавила: — Их больше. Пойдем смотреть?

«Нет, Миа, мы побежим!»

Спеша за Дашей, в который раз порадовалась, что дети не умеют долго грустить. Вот бы эта способность оставалась на всю жизнь!

Дизайнерские куклы, красочные книги, украшения для маленькой модницы, всевозможные игровые наборы, плюшевые звери — фантазия Вольского разыгралась. И мне стало любопытно: он всегда заваливает дочь подарками? Или в этот раз пытался купить себе индульгенцию? Нет, я отлично понимала, что он не мог быть рядом с ней, и все же слишком похоже на подкуп…

После шедеврального шоколадного торта от Кима, когда именинница начала тереть глаза и зевать, я тихонько спросила у Васи, как обычно отмечают праздники в семействе Вольских. Оказалось, что маг баловал Дашу по поводу и без, апогеем его щедрости становились ее день рождения, Новый год и Рождество. Здорово, когда родители могут позволить себе радовать чадо, не опасаясь за толщину кошелька!

Вечером грусть вернулась. Засыпая, Даша призналась:

«Обменяла бы все подарки на целый день с папой в зоопарке. А если бы с нами была мама, то отдала бы и любимых кукол».

Тоска накатила и на меня, накрыв тяжелой волной. Каждому ребенку нужна мама — это закон жизни. И какой-то тете ее не заменить, как бы та ни старалась, поэтому у пары есть все шансы на воссоединение. А если еще вспомнить, что Ксения попала под воздействие запрещенного артефакта, Александр обязан простить ей другого мужчину.

Думая о сложной ситуации четы Вольских, я гнала мысль, что Ксения не любила мужа всем сердцем, а была всего лишь влюблена, раз на нее подействовало «Зеркало Купидона». Я оправдывала ее тем, что некоторые люди просто не способны на глубокие чувства до последнего вдоха, но и они любят. Любят как умеют.