Кукловод. Капер - Константин Калбазов

А вот пиратов полегло больше половины. Даже с учетом того, что сколько-то бандитов лежали на песке раненные. Во всяком случае, пленных Патрик наблюдал человек пятнадцать. Бросившиеся было в воду, как видно, успели сообразить, что дело это безнадежное, и поплыли к берегу. Ну не топиться же в самом-то деле. Уйти же вплавь… Даже не смешно.

Пленных определили в трюм, предварительно тщательно связав. Тем, у кого ранения были не смертельные, Патрик оказал первую помощь. Тяжелых просто добили. Приятным сюрпризом было то, что среди пленников оказался капитан, на котором не было ни единой царапины.

Как это ни странно, несмотря на то, что большинство его команды были англичанами, сам он и примерно треть остальных были французами. И звали этого пирата Пьер ле Пикар, Пикардиец. Довольно крепкий пятидесятилетний мужчина в белой рубахе, распахнутой на груди, где виднелась густая поросль. Патрик даже потер от удовольствия руки.

Только абсолютно не интересующийся происходящим на Карибах не знал всех капитанов, являвшихся соратниками Генри Моргана. Во всяком случае, о Пикардийце было точно известно, что он участвовал в двух знаменитых походах Моргана на Маракайбо и Панаму. Что же, это пока не сам адмирал, но добыча для испанцев весьма желанная.

Вообще сомнительно, что Пьер назвал бы себя, если бы не был уверен, что его взяли в оборот соратники по цеху. В хваленом береговом братстве случалось, когда одна шайка грабила другую. А нечего варежкой хлопать. Взял добычу, умей ее сохранить. А вот вендетта среди них не была принята. Ведь месть прибыли не приносит. Нет, если в результате удастся пополнить свою мошну, тогда другое дело. А ради одного только самолюбия… Несерьезно.

Ну не мог он и помыслить, что костерящие во время схватки на английском, щедро перемежая ирландскими выражениями, окажутся на службе у испанцев. Нет, конечно, беглецы на испанские территории случались. Кстати, в основном ирландцы. И испанцы их принимали. Но ни об одном иностранце на испанской службе Пьеру слышать не доводилось. Ну что тут скажешь, не повезло.

Только после того, как пленников «пристроили», приступили к подсчету добычи. Как выяснилось, вся корабельная казна с купца и средства молодой четы были перевезены на бригантину и сейчас находились в капитанской каюте. Как раз один из тех больших сундуков, что стояли скромно в сторонке.

Не откладывая в долгий ящик, Патрик разыскал среди пленных казначея пиратов и доподлинно выяснил, сколько именно было взято наличности и драгоценностей с купца. Как видно, предвидя нечто подобное, недавние пленники пиратов предпочли честно указать, что именно было у них похищено.

В общей сложности вышло порядка тысячи двухсот фунтов. Основная сумма принадлежала молодой чете, везшей с собой все свои сбережения. У купца и капитана, ясное дело, основные средства были в товарах, которые им еще предстояло реализовать на материке. Корабельная казна и свободные средства купца были не столь велики. Так… на дорожные расходы, не более.

После того как деньги были возвращены владельцам, в сундуке осталось золотых и серебряных монет на общую сумму в шестьсот фунтов. Плюс находившийся в трюме груз мануфактурных товаров. Содержимое трюма бригантины и то, что немалая часть серебра была представлена голландскими гульденами, натолкнули Патрика на мысль, что предшественниками пленения испанцев были как раз голландцы, направлявшиеся из Старого Света.

В бухте ирландцы провели весь день. Необходимо было привести в порядок бригантину. За это время Кевин успел пересечь остров и, «оседлав» «Охотника», вернуться к призовым судам. Н-да. Спорное вообще-то утверждение. Во всяком случае, в отношении испанского торговца.

Не мудрствуя лукаво, Патрик распределил своих людей по трем судам. Сам встал на мостике захваченной «Ласточки». Кевин командовал на «Охотнике». А на купце со звучным названием «Исабель» привычно распоряжался его прежний капитан, сеньор Альварес Флорес. Кстати, в честь своей первой победы Патрик назвал эту бухту именем испанского корабля. А что, бухта Исабель. Красиво и благозвучно.

Выйдя в море на рассвете, они без каких-либо неожиданностей и приключений к вечеру прибыли в Пуэрто-Рико. Здесь они были встречены с недоумением и ликованием. Последнее случилось после того, как по городу разнеслась молва о том, что захвачен пусть и не самый знаменитый, но довольно известный пират. Стоит ли говорить, как сильно ненавидели пиратов испанские колонисты? Ведь корсары вовсе не ограничивались разбоем на море. Нередко их жертвами становились даже не большие города с их богатствами, но и самые обычные рыбачьи поселения или фермы.

– Признаться, не ожидал, что вы так скоро порадуете нас, сеньор Кларк, – указывая ему на стул напротив себя, не без удовольствия произнес губернатор.

– Ну, это всего лишь случайность, которой я решил воспользоваться, ваше сиятельство.

– Или провидение. Возможно, Господь шлет нам знак о том, что ваша миссия будет удачной.

– Простите, ваше сиятельство. Я, конечно же, ревностный католик. Более того, англичан ненавижу всеми фибрами души. Но вынужден признать, что ненавистный всем ирландцам Кромвель любил приводить очень хорошую поговорку: «На Бога надейся, но пороховницу держи сухой!» Возможно, это провидение вверило в мои руки Пьера ле Пикара. Но за Морганом я отправлюсь лично и осознанно.

– Трудно вам возразить. Но, с другой стороны, любая случайность может спутать все тщательно проработанные планы.

– Согласен. Но именно поэтому я и не отрицаю волю провидения. Просто я не собираюсь на нее уповать целиком и полностью.

– А вот в этом я с вами, пожалуй, соглашусь. Итак, я вижу, вы хотите задать мне вопрос и никак не решаетесь это сделать. Сегодня вы герой и, уверяю вас, заслуживаете награды.

– Дело в том, что я не совсем понимаю, в чем именно должна выражаться моя награда. Будь у меня каперский патент, я четко знал бы, какую долю следует отдать в казну, а сколько оставить себе и моей команде. Но в данном случае…

– В данном случае все находится в моей воле. И спешу вас заверить, сеньор Кларк, я вовсе не собираюсь быть скупым. Пиратский корабль со всем, что имеется на его борту, – ваша награда за смелость. Насколько мне известно, вы безвозмездно вернули их корабль прежним владельцам, так же как деньги, обнаруженные на пиратском корабле.

– Да, это так, ваша светлость. Я посчитал, что коль скоро являюсь подданным его католического величества, то мне не пристало обирать других его подданных, попавших в беду.

– В высшей степени благородно. Хотя и расточительно. Они должны были получить несколько меньше. Но…

– Решение уже принято, озвучено и обратного хода не имеет, – вздохнув, произнес Патрик.

– Именно, – дополняя свои слова кивком головы, подтвердил губернатор.

– Не страшно, ваша светлость. Ведь доброе имя порой стоит куда дороже любого серебра и золота, – ничуть не смутившись, пожав плечами и изображая безразличие, ответил Патрик.

– Уж не в расчете ли на это вы поступили подобным образом?

– Признаться, мои поступки были продиктованы больше незнанием законов и реалий, существующих в испанских владениях. Но я ничуть не жалею о содеянном. Более того, и впредь в подобной ситуации буду поступать так же.

– Превосходно. Просто превосходно. Так держать, и вы далеко пойдете. А теперь я хотел бы, чтобы вы поведали мне все детали вашего приключения.

– Извольте…

Патрик рассказал обо всем достаточно откровенно. Разве только не стал упоминать о такой незначительной детали, как духовая трубка с отравленными стрелами. Не стоит выкладывать все козыри. Мало ли где и при каких обстоятельствах может понадобиться ему это оружие. В остальном же рассказ был достаточно полным.

Ах да! Не стал он упоминать и об индейцах. Уж больно испанцы с ними не ладили. Бог весть, как тут все обернется. Глядишь, эти ревностные католики потребуют уничтожить индейцев или привести их в лоно католической церкви. Вот уж чего не хотелось бы, так это портить отношения с аборигенами. К тому же они сильно помогли колонистам. Нехорошо отвечать им за это черной неблагодарностью.

– Вы прекрасный рассказчик, сеньор Кларк. Может, попробуете писать романы? Я гарантирую вам успех, и уж тем более – у молодежи, – выслушав его повествование, подытожил Хуан де Варгос.

– Вот уж в чем сомневаюсь, так это в том, что сумею добиться успеха на ниве сочинительства. Рассказывать – это одно, изложить же красочно на бумаге – совершенно другое.

– Что же, с этим было бы глупо спорить, но я бы на вашем месте попытался. В свободное, так сказать, время.

– Увы, но со свободным временем у меня как-то не очень. Я возглавляю колонию, а еще – капитан и доктор. Забот более чем достаточно, а вот свободного времени практически нет.

– Так заведите себе помощников.

– Завел, конечно же. И это сильно разгрузило, иначе меня просто не хватило бы на все остальное.