Чистое небо - Роман Куликов

К вечеру следующего дня я сидел в бункере на Янтаре и пил с Кругловым чай. Он мне рассказал, что немцы уже добрались до своего «Гринписа» и, на удивление, сразу же решили вопрос с грантом. Правда, почему-то не на цели изучения и дружбы с кровососами, а на сугубо медицинские, по изучению ихних брылей, в свете применения в современной медицине. В Красную книгу их решили не вносить, наоборот, дали дополнительный грант на разработку средств для их уничтожения. Так что Сахаров, донельзя довольный, умчался бумаги оформлять. Напоследок мне предложили переночевать в бункере, в гостевой комнатке.

– Нет, спасибо. К сталкерам в лагерь пойду, за дорогу. Слушай, тут еще половина куска «пленки» моей с прошлого раза осталась, ну, когда мне комбез обрабатывали... Вернешь?

– Конечно, верну. Только не половину, целую отдам. Сахаров велел. И просил передать, что всегда будет рад тебя видеть. Так что заходи, не стесняйся.

– Ой, я завсегда такой стеснительный! Прямо по полчаса стою и краснею, прежде чем ручку поверну.

Выйдя из бункера, я огляделся. Неожиданно беззвучно из-за сложенных бетонных блоков поднялась и шагнула ко мне фигура в длинном кожаном плаще, матово блеснул ствол. Рука дернулась за оружием, и тут же я ее опустил.

– Леший! Черт ты лесной! Ты как-нибудь по-нормальному подходить к людям научишься? Так ведь и кондратий прихватить может. Или пальнут в тебя.

– Ну, чать я смотрю, как к кому подходить. Ну че, как там оно?

– Нормально все. Не остались «ботаники» без буржуйских денюжек. Проняло гансиков. Можешь дальше безбоязненно кровососов отстреливать. Вот, держи, – и я шлепнул в протянутую из широкого рукава плаща руку «пленку». – Тут даже больше, чем обещал. Так что можешь не только комбез, но и плащ свой замечательный обработать.

– А чем тебе мой плащ не нравится? – пробурчал Леший, пряча артефакт в карман. – Вон, немчура сразу купилась, за кровососа в нем приняли.

– За бандюка тебя в нем кто-нибудь примет. Особенно если к людям так тихо подкрадываться будешь. И завалят. – Я усмехнулся. Завалить Лешего – это кому-то придется очень постараться. Он не только умел гукать по-лешачьи и подражать голосу любой твари Зоны, но еще мог беззвучно передвигаться, появляясь и пропадая в самых неожиданных местах. Все это с лихвой компенсировало не самые его лучшие снайперские качества. – Ты вот мне скажи: зачем и, главное, для чего немцам портки на заднице продрал? Мы ж только немного им комбезы попортить собирались? На мальчиков, что ли, потянуло?

– Тю на тебя! Я просто вот чего подумал, ежели гансы нормальные мужики, то по гроб жизни обидятся, что на них с заду кто-то покушался. А если ненормальные, ну, эти... – то разобидятся, что им там все когтями разодрали. А что, вроде сработало... – Леший смущенно шмыгнул носом.

– Еще как сработало! Они вдобавок денег на отстрел кровососов дали! Вот только с Сержантом нехорошо получилось. Он с Ворониным из-за всего этого разругался, из «Долга» ушел...

– Да нормально все получилось. Это мы с тобой знаем, что да как. И что кровососа этого еще третьего дня мы завалили, когда от Выброса на Агропроме прятались. Сержант не пропадет, зато он теперь никому ниче не должен, – Леший хохотнул собственной шутке. – А может, и взаправду немчикам нужно было настоящего кровососа показать?

– Ага! Либо он бы нас всех порвал, либо их, либо я у них на глазах «гомо вампируса» завалил бы. По-любому – «ботаники» остались бы без гранта, мы с тобой – в пролете, я – ваще под крест уйти мог. Так что – без вариантов. А ты, кстати, им чем комбезы драл и задницы корябал? Очень натурально получилось, и видно, что не ножом. А то я боялся, что долговцы усекут...

– А вот, – Леший вытащил из кармана плаща складной нож и отщелкнул здоровенное, похожее на коготь, кривое шило, которым прокалывают толстый брезент или парусину.

– А-а! Ну что, к сталкерам в лагерь пойдем или махнем в бар? – Две фигуры неторопливо двинулись к темнеющему в сумерках проему распахнутых ворот.

Sted

ДНЕВНИК НЕИЗВЕСТНОГО СТАЛКЕРА

...Я начал вести записи, поскольку не знаю, что может случиться со мной завтра. С моей смертью исчезнет несколько страниц из огромной летописи Зоны, а я не хочу, чтобы это произошло.

Мое появление в Зоне произошло не по стечению обстоятельств, а по личной инициативе. Еще до страшных событий 12 апреля я не мог смириться с ролью маленького винтика в четко отлаженном механизме – нашем обществе. Если ты родился лишь винтиком, то тебе никогда не стать значительной деталью, рассчитывая только на свои силы.

12 апреля в Зоне отчуждения вокруг ЧАЭС произошел взрыв. Были организованы спасательные работы. Политики на экране телевизора успокаивали всех своим оптимистичным настроем, и сам президент уверял, что сделает все возможное для спасения очутившихся там людей. Это были первые часы.

А затем появилась ошеломляющая информация о том, что диаметр Зоны скачкообразно вырос на несколько километров. Спасатели, военные, гражданские и техника, находившиеся возле Периметра, мгновенно погибли. Людьми овладела паника. Все жители близлежащих городов и поселков были быстро эвакуированы. Многие бежали сами, спасая свою жизнь.

После долгих раздумий я понял, что мне нужно. Новые ощущения. Серая и невзрачная жизнь до того осточертела, что моментами пропадало всякое желание жить дальше. Наскоро собравшись, я отправился к Зоне отчуждения...

...Пробравшись через кордоны, я очутился в совершенно ином мире. Предметы, окружающая меня обстановка вроде бы те же самые, но в то же время ставшие смертельно опасными после взрыва. Я в этом убедился на собственном опыте, кинув камень в малозаметное завихрение. Мне показалось, что даже воздух в месте падения накалился. Над камнем заплясали маленькие молнии, и с нечеловеческой силой «незваный гость» был выброшен из этого аномального явления. Дальше я уже продвигался не так быстро, опасаясь новых фокусов, которые могла со мной сыграть Зона. По крайней мере, теперь я имел полную свободу...

...Сегодня утром я заметил толпу людей, которые двигались в сторону ЧАЭС. Наконец-то люди! Я уже немного одичал из-за одиночества и поэтому хотел обнаружить свое присутствие, но что-то меня насторожило. Присмотревшись повнимательнее, я понял, в чем дело. Они все как один шли, опустив головы и словно нехотя перебирая ногами. Прямо как зомби в голливудских фильмах. Некоторые из них были в военной форме, остальные – гражданские. Жуткая картина.

Это были, как я понял, жертвы радиоактивного взрыва, которые, когда Зона расширилась, попали в число пропавших без вести. Но что их тянуло к ЧАЭС? Что это за сила, превратившая людей в безвольных кукол?

Тогда я думал, что больше не увижу этих обреченных. Но в дальнейшем я не раз с ними сталкивался и убивал их без всякой пощады по той простой причине, что они тоже хотели моей смерти.

По чернобыльской степи медленно брели жертвы радиоактивного взрыва. Жертвы и одновременно будущие убийцы – кровососы, контролеры, снорки и другие порождения Зоны...

...Спустя месяц я встретил группу людей. На вид вроде бы нормальные, поэтому я решил подойти к ним поближе. Это оказались такие же, как я, искатели острых ощущений. Они назвали себя сталкерами. На мой естественный вопрос о смысле этого слова они ответили, что так называют себя все, кто без ведома военных пробрался на территорию Зоны. Так я неожиданно для себя стал сталкером...

...Время пролетало незаметно. Запасов продовольствия хватало, поэтому умереть голодной смертью мы не опасались. Спокойная обстановка притупляла чувство опасности. Все боялись только облучения, но, как показали дальнейшие события, бояться нужно было совсем другого.

Все произошло ночью, когда мы решили передохнуть в заброшенном поселке. Крики и пальба прервали мой сон и бросили в жестокую реальность происходящего. Я вскочил на ноги вовремя – две огромные твари, похожие на собак, подобрались совсем близко. Это было первым сюрпризом, который нам преподнесла Зона. Я никогда раньше не убивал, но инстинкт самосохранения превратил меня в такого же зверя, как те, что на нас напали. С остервенением нажимая на курок, я упивался видом поверженных врагов. Когда закончились патроны, я бил тварей прикладом автомата.

Мы выстояли. Из пятнадцати человек остались в живых только трое...

...Со временем в Зоне стали возникать целые группировки сталкеров, которые позже переросли в кланы. Сообща легче было отстреливать не в меру расплодившихся мутантов.

Скрытое ранее от глаз стало явным. Я научился определять гибельные места Зоны – места повышенной аномальной активности, которые ежедневно подкашивали ряды сталкеров...

...Чем больше я находился в Зоне, тем отчетливее понимал, что человечество недооценивает размеры катастрофы. Ученых, работающих в Зоне, интересуют лишь аномальные явления и предметы, а не человеческие жизни. Военные вообще действуют в интересах правительства, не давая возможности простым сталкерам приблизиться к разгадке Зоны. Сталкерские группировки «Свобода» и «Долг» слишком заняты своими разборками, чтобы думать о чем-то другом. Есть еще «Монолит». Но это вообще отмороженные фанатики. Вся надежда только на одиночек...