Игрок поневоле - Терентий Гравин

Честно говоря — ничего ценного или интересного. Какие-то папки, гроссбухи, листы, перья, карандаши, огрызки засохших бутербродов… Красть это у мёртвых — и мыслей не появляется.

Зато остатки пищи нас заставили задуматься над питанием огромного, судя по всему, полка чиновников в «мирное» время. Где и чем они питались? Духом святым? Так зачем тогда бутерброды? Да и такой мелкой подачкой прожорливых бюрократов не накормить. Значит, у них тут и обед подавали, а то и завтрак с полдником. Где подавали? Столовая могла быть на любом этаже, начиная от второго подвального и заканчивая крышей.

— Будем искать для интереса? — спросил я.

— Не обязательно, — скривился мелкий. — Разве что случайно наткнёмся.

— А с другой стороны, может там фейри в столовой сохранились? — задумался я. — А они ведь умные, да находясь здесь, могут знать больше, чем остальные.

— Так что ищем?

— Давай просто заглядываем за каждую дверь и мимолётно осматриваем. Зовём друг друга, если что очень важное.

И мы двинулись каждый по своей стороне. И шли довольно медленно, потому как мимолётно порой осмотреть никак не получалось. Помещения разные, несмотря на двери — совершенно идентичные. Где два стола, где четыре, где один, явно большого начальника. Сейфов не видно. Интересно в принципе всё, но ведь не воровать и ощупывать каждый предмет мы сюда забрались?

Обошли второй этаж, двинулись на третий. Там тоже старались только заглядывать, подмечая и запоминая, но в двух довольно больших помещениях мы изрядно удивились, простаивая там минут по пять. И было от чего: все чиновники оказались аккуратно сложены в одном углу и накрыты тяжёлыми оконными шторами.

Уже осматривая второе такое же помещение, мы не удержались от обсуждений:

— Гром, тебе не кажется, что здесь явно кто-то не раз хозяйничал?

— И не просто хозяйничал, а именно пользовался имеющимися здесь предметами и мебелью. Кажется, на эти комнаты запрет для уборщиков не распространялся…

— Всё равно не сходится… Ну зашли, ну убрали тела… Зачем накрывать?

— Да уж, вряд ли лысым гномам вид мумий помешал бы заниматься… мм…

Понять, чем можно тут заниматься, по странно раскиданным, а местами странно уложенным предметам было сложно. Но мой много видевший Пятница всё-таки высказал предположение:

— Судя по всему, некто весьма усиленно копался именно в толстых папках, талмудах и книгах. Всё с полок сброшено. А вот эти узоры из разных предметов могут оказаться банальными пентаграммами. Сюда бы нашего Чайревика…

Время поджимало, хотя чётко обозначенного приёма граждан нам не огласили. Поэтому мы вначале сбегали на четвёртый этаж. В указанном кабинете, всего с тремя столами и одной мумией, я опять огласил в пустоту свою просьбу, положил пошлину в пятнадцать золотых на стол перед равнодушным трупом. После чего мы развели руками и побежали искать столовую.

Она оказалась на пятом этаже. Наверное, для удобства чиновников, отягощённых обедом, которым легче спускаться на сытый желудок, чем подниматься.

Столов было много. Сидящих за ними покойников — считаные единицы. Видать, в рабочее время тут всё случилось. А вот дверь, ведущая из общего зала на кухню, вдруг оказалась странно забаррикадирована горой лёгких стульев и столов.

— Неужели там таким образом заперли работающих на кухне фейри? — недоумевал я. Мой товарищ оказался более целеустремлённым:

— Так чего стоим? Разбираем!

И мы с грохотом и шумом приступили к разборке баррикады. И когда перед дверью оставалось всего несколько стульев, она вдруг содрогнулась от мощного удара, сорвалась с петель и вместе с чем-то огромным, массивным и громоздким постаралась нас раскатать на тонкие блинчики.

Глава 13

Самодельное умертвие?

Как мы успели отпрыгнуть в стороны — я не представляю. Но отпрыгнули! А вот дотянуться в падении до своего Щита у меня не получилось. Само собой, что и Меч, кувыркаясь среди стульев, достать не было ни малейшей возможности. Я постарался прокатиться дальше и уже там вскочить на ноги, достать оружие и осмотреться для определения опасности.

Пятница тоже успел вскочить на ноги, по другую сторону от баррикады, вот только без своего Шершня в руках. Видимо, уронил при крайне резком уходе с линии атаки неведомого противника. А где же сам противник, который нас пытался протаранить?

А он наполовину вошёл в стенку, проломив её и растеряв при этом с себя добрую часть составляющих. И присмотревшись к ним, а также к тому, что осталось торчать в стене, мы вновь развернулись к дверному проёму на кухню. Потому что враг — именно там! Ибо не мог громадный широкий, но неодушевлённый стол на колёсах, с уложенными на него чугунными печными плитами сам вот так разогнаться на ровном месте и пытаться нас убить.

Меч — при мне, до Щита метров шесть, и он почти на самом проходе. Мелкий пока вооружился одним из стульев, готовясь его швырнуть в кого угодно. Так что выдвигаться в лучшую точку обзора всё равно мне. Ну я и метнулся. Замер, пригнувшись, возле Щита, ожидая с той стороны чего угодно. И внимательно присмотрелся. Никого не видно. Большое количество котлов для варки пищи, жарочные плиты и шкаф для выпечки, солидный такой кухонный комбинат. Полгорода накормить можно. И никого?

Быстро оглянулся на торчащий в стене стол: может, он живой? И уже начал помаленьку выкарабкиваться из стены? Нет, вроде не дышит…

Пришлось подхватывать артефакт, доставшийся людям от бога Тариса, и уже под его прикрытием смело входить в кухню. За своей спиной услышал сопение Александра, а чуть левее заметил наконечник его именного копья. Порядок, нас мало, но зато в таких тельняшках, что мало никому не покажется.

Но сколько мы ни всматривались, сколько ни прислушивались — ноль движений, ноль угрожающего рычания. Значит, затаившийся враг нас очень испугался. А может, он и не враг совсем? А просто добрый дворник? А может быть, корова, а-ха-ха-ха-ха-ха! М-да, не до песен…

Решил просто поинтересоваться, громко прокричав:

— Эй! Кто здесь? И кто это так балует в государственном учреждении? Выходи по-хорошему! Иначе…

Что иначе, я никак не мог придумать. Да вскоре и угрожать не пришлось. Откуда-то из-за шкафа для выпечки хлеба последовал осторожный вопрос:

— Так вы… люди? Живые?

— Ха! А кого тут ещё можно встретить в этом царстве мёртвых? Конечно, люди, и конечно, живые! А ты кто? Фейри? Выходи, не бойся! Мы с фейри дружим, даже одну из вас уговорили к нам в отряд перейти.

Наверное, мои слова показались вполне убедительными, а может, нас уже и рассмотреть успел неведомый обитатель царства кулинарии и решил нам показаться. Как-то бочком, из несуразно узкой щели выдвинулся угловатый, нескладный, тощий, но вполне обычный с виду… человек! Лицо интеллигентное, лощёное, гладко выбритое. Глаза умные, пристально нас рассматривающие. Ростом с меня, чуть выше метр и восемь десятых. Одет вполне прилично, если не сказать, что со вкусом. Этакая одежда солидного бизнесмена. Жилетка, отлично сидящий на угловатой фигуре пиджак. Вот только брюки и ботинки жутко пыльные, похоже, этот тип в остатки рассыпанной муки угодил.