Ответы на вопросы православной молодёжи - диакон Андрей Кураев

— Как может отразиться экстрасенсорная практика на самих целителях?

— Однажды ко мне подошла женщина и говорит: «Почему вы, священники, выступаете против нас, экстрасенсов, ведь мы делаем одно дело: вы лечите душу, мы — тело».

Я пробую что-то объяснить, но она не слушает: «Я ваши аргументы знаю, дальше все понятно… Впрочем, я не поэтому Вас остановила. Может быть, Вы сможете объяснить, что со мной происходит? Да, я лечу людей, у меня большие успехи, все прекрасно, но я почему-то по вечерам не могу одна находиться в квартире. Как только стемнеет, появляется ощущение, что какая-то сила заталкивает меня в ванну и требует вскрыть себе вены». Мне пришлось пояснить, что этот феномен нам очень хорошо известен.

Например, в XIX веке святитель Игнатий Брянчанинов описывал такой случай. Как-то зашел в нему монах с Афона (Афон — полуостровная столица православного монашества, находящаяся в Греции). Для любого верующего человека расспросить афонского монаха — большая радость. И вот отец Игнатий начинает расспрашивать про Афон, а монах отвечает: да, у нас все замечательно, чудеса, видения, ангелы являются, помогают и т. д. Игнатия Брянчанинова это насторожило, и дальше выяснилось, что в ту пору афонские монахи читали мистическую, но не православную литературу. Что делать? Отец Игнатий монах светской столицы, а это монах с самого Афона. Как его учить? Невозможно. Тогда он резко меняет тему разговора: «Кстати, батюшка, вы в Петербурге где-нибудь остановились?» — «Нет, я прямо с вокзала сюда». — «Тогда у меня к вам просьба: когда вы будете снимать комнатку или квартирку, умоляю вас, не выше второго этажа. А то явятся ваши «ангелы» и предложат перенести на Афон — так ведь больно расшибетесь». И что же? — Оказывается, у монаха уже были такие мысли, что за его высокую жизнь ангелы его вместо поезда до Афона доставят![115]. Поэтому нужно помнить строчку Высоцкого: «Не всё то, что сверху, от Бога»…

— Отец Андрей, что Вы можете сказать о проектах закона «Об информационно-психологической безопасности»?

— Этот законопроект был бы мечтой любого инквизитора. Если бы в эпоху Возрождения и в Новое время, с 14 по 16 век, в руках соответствующих специалистов были подобного рода законодательные акты и термины, то так легко было бы оправдывать сожжение ведьм борьбой за соблюдение прав тех, кто заболел якобы в результате их вредоносной деятельности. Достаточно лишь определить колдовство как форму «энерго-информационного воздействия» на человека. Если терминологию авторов законопроекта перевести на более понятный язык, то излюбленное ими «воздействие на человека» посредством «физически не фиксируемых полей» есть то, что в народе всегда называлось магией. Так что этот законопроект легализует, то есть признаёт, такого рода — магическое — воздействие. Такая ситуация не первый раз встречается в постсоветской истории: некое явление по сути легализуется под видом борьбы с ним. Скажем, принимается закон о борьбе с нелегальной проституцией или о борьбе с нелегальным оборотом наркотиков и тем самым в правовом пространстве получает прописку неизвестный ранее феномен. Вершиной всего этого является данный закон, который говорит, что, если колдовать по-хорошему, с добрыми намерениями, то, в принципе, это не плохо. Но, конечно, если вы будете порчу на президента насылать, то тогда, пожалуй, мы создадим спецотдел Госбезопасности, который будет вас с вашими экстрасенсорными возможностями и энергетическими полями отлавливать.

Более всего поражает в этой ситуации, что авторы играют в какую-то странную игру. Например, вместо того, чтобы сказать: «экстрасенсорные способности», они это слово, набившее оскомину, заменяют на иное — «внесенситивные» или «внесенсорные способности». Конечно, при желании, если на секунду задуматься над смыслом этих слов, становится понятно, что они имеют в виду. Перед нами кружок экстрасенсов, которые очень хотят, чтобы им дали учёные степени и звания. Об этом в законопроекте профильного Комитета прямо говорится — что должны быть государственно признанные учёные степени и звания. Перед нами удивительная попытка легализовать колдовскую деятельность. Но когда речь идёт о белой и чёрной магии, я присоединяюсь к мнению опытного советского демонолога — Владимира Ильича Ульянова-Ленина, — который говорил: «По мне синий чёрт ничем не лучше жёлтого чёрта».

— То есть, фактически, это закон о защите оккультных наук?

— Это закон о защите паранаук. Законопроект создавался с целью легализации паранауки. Всё остальное не более, чем прикрытие. К примеру, мы с вами можем сейчас созвать конференцию, продумать и принять законопроект «О защите людей от вредных астрологических влияний». И наши с вами эксперты докажут, что, прохождение Юпитер через созвездие Овна создает глобальную угрозу, спасти от которой сможет лишь особая и дорогостоящая защита. Открыв эту страшную угрозу, мы далее успокоим: «Мы знаем особую методику и, если вы нам дадите ещё пару миллионов долларов, то мы доведём эту методику до конца и наша методика сможет вас от этого защитить».

— Принципиальное различие есть между этими проектами?

— Есть, конечно. Законопроект В. Илюхина как раз лишен этих странностей. В других же законопроектах имеет место игра словами. Например, нынешние неоязыческие секты совершенно сознательно обыгрывают двузначность слова «космос». Они заявляют: «Мы живём в эпоху космоса и космических полётов, и поэтому всё, что связано с космосом должно исследоваться — в том числе и наша космическая философия». И человек, который не знает внутреннюю терминологию этих сект, думает, будто повстречался с кружком любителей астрономии. На деле же под словом «космос» сектанты имеют в виду совсем не тот космос, который исследуется телескопами или космонавтами, а «космос духов», живущих, по их мнению, на Венере или в созвездии Орион, и общающихся с землянами через какую-нибудь «Шамбалу» (как, например в Рериховских кружках). Столь же двусмысленно и упоминание оккультистами «космических энергий». Кто будет спорить, что мы всевозможные токи и энергии пронизают нас и влияют на нас! Конечно же, ряд из них может оказывать отрицательное воздействие. Понятно, что жить под линией высокого напряжения неполезно. Но в законопроектах речь идёт совершенно о других вещах. Здесь предполагается энергия мысли, чувств, парапсихология и «порча». И только законопроект, который предлагает депутат В.Илюхин остается в рамках нормальной науки. Он говорит о том, о чём говорить действительно надо: есть информационное воздействие на человека, т. е. воздействие рекламы, воздействие пропаганды и идеологии. Но если есть человек и есть попытка вторжения в его жизнь — то должны быть и ясные критерии того, насколько допустимо это вторжение. Нужно ли защищать человека от промывки мозгов? Да, нужно. Законопроект Илюхина это пробует делать. Остальные же лишь продолжают затянувшийся сеанс оккультирования населения.

— Вопрос по поводу законопроекта Федерального закона «Об информационно-психологической безопасности», авторами которого являются депутаты Госдумы В.Н.Лопатин и А.И.Гуров. Я попытался прочитать его глазами светского человека и я не понял, что авторы имеют ввиду под словами «информационно-психологическая безопасность»?

— По тем критериям, которые имеются в законопроекте, Русская Православная Церковь может быть поставлена вне закона. Например, предлагается преследовать людей, виновных в «Блокировании на неосознаваемом уровне свободы волеизъявления человека, искусственном привитие ему синдрома зависимости» (Ст. 5. 1). Но ведь в любом (даже в школьно-светском) воспитании есть элемент суггестии. Мы знаем, что и в православном монастыре проповедь и воспитание направлены на то, чтобы человек ощутил себя именно послушником у своего духовного руководителя.

— Но ведь имеется в виду совсем другое?

— Мы же говорим о том, как этот законопроект будет воспринят светскими людьми — если он станет законом. Потому что дальше в нем предполагается создать соответствующую полицию. И с точки зрения этой полиции, имеющей в руках такой закон стакими критериями, вне закона со временем окажется и Русская Православная Церковь и вообще любая серьёзная религия, в которой есть иерархия и отношения «учитель — ученик».

Вот еще одна двусмысленность этого законопроекта — вводимая им спецполиция будет бороться с теми, кто, по их мнению, несет «Утрату способности к политической, культурной, нравственной самоидентификации человека». Я уже сейчас представляю, что скажут русские неофашисты. Они скажут: «Поскольку православные принесли нам не то греческую, не то еврейскую религию, именно они препятствуют культурной самоидентификации человека»… А что значит «манипуляция общественным сознанием»? Про любого проповедника и ттелеведущего можно при желании сказать, что раз он публично говорит проповедь, то он манипулирует общественным сознанием. Еще один перл: «Разрушение единого информационно-духовного пространства Российской Федерации». Что это означает? Это — если в Татарстане отключают передачи из Москвы? Или если какая-нибудь региональная почта берет очень большие деньги за доставку Федеральных газет? Или протест против любой государственной мифологемы? Между прочим, российские новомученики тоже разрешали «единое информационно-духовного пространство» СССР — когда это «пространство» представляло собой ледяной каток атеизма…