Карибский кризис. 50 лет спустя - Дмитрий Язов

В качестве другого варианта правительство США планирует инсценировать нападение революционной кубинской армии на какую-либо страну Центральной Америки, используя для этой цели кубинских эмигрантов, переодетых в форму революционной армии. После инсценировки нападения вооруженные силы «потерпевшей» страны оккупируют один из небольших прибрежных кубинских островов, на котором немедленно будет создано «правительство свободной Кубы». Последнее обратится с просьбой к ОАГ оказать ему военную помощь в борьбе с правительством Ф. Кастро. Совет ОАГ примет решение об оказании военной помощи «правительству свободной Кубы» со стороны всех членов ОАГ, включая и США, на основе чего последует открытая интервенция на Кубу.

Комитет госбезопасности принимает меры для проверки изложенных сведений.

Заместитель председателя Комитета государственной безопасности при Совете Министров СССР

Обстановка вокруг Кубы с каждым днем становилась все более взрывоопасной.

10 марта 1961 года аналитики ЦРУ специально для директора этого ведомства подготовили справочный материал, с которым их шеф должен был выступить перед президентом Дж. Кеннеди. Документ назывался «Состояние усилий по формированию Временного правительства Кубы».

Как отмечалось в докладе, в конце февраля 1961 года в Нью-Йорке состоялась тайная встреча шести наиболее авторитетных кубинских политических деятелей антикастровской ориентации, находившихся в эмиграции: Мануэля Барона, Мануэля Артайма, Хусто Каррилло, Мануэля Рэя, Рауля Чибаса и Фелипе Пазоса. Перед ними стояли две задачи: выработать процедуру выбора Революционного совета, который станет временным правительством Кубы, и наметить основные политические и социально-экономические положения программы действий этого правительства. В ближайшее время заговорщики планировали выбрать временного председателя Революционного совета, который должен стать, соответственно, временным президентом Кубы. Общее количество членов Революционного совета должно составить 20–40 человек, причем не только из состава политической эмиграции, но и из рядов антикастровского подполья, действовавшего на территории собственно Кубы.

Политическая программа Временного совета, как видно из ее содержания, была подготовлена под руководством американской стороны. Она включала в себя много положений, среди которых особенно важными считались:

«– Свержение Кастро и возвращение к закону и порядку.

– Восстановление конституции 1940 года с некоторыми поправками.

– Проведение всеобщих выборов через 18 месяцев.

– Возвращение законным хозяевам собственности, захваченной правительством Кастро, за исключением некоторых объектов общественного значения и другой собственности, которую правительство посчитает подлежащей экспроприации в национальных интересах.

– Роспуск народной милиции.

– Амнистия политических заключенных.

– Запрет компартии и искоренение коммунизма и любой другой антидемократической деятельности.

– Немедленное восстановление торговых отношений с демократическими странами мира и выполнение заключенных международных соглашений».

Встреча шести кубинских политических эмигрантов была акцией, спланированной и организованной ЦРУ США, так как создание временного правительства Кубы являлось одним из ключевых аспектов в усилиях американских спецслужб по свержению режима Фиделя Кастро.

10 марта 1961 года в Комитете начальников штабов вооруженных сил США для министра обороны по кубинской проблеме был подготовлен очередной совершенно секретный документ. Его суть сводилась к оценке так называемых «сил кубинских добровольцев», подготовка которых велась силами ЦРУ. По инициативе американской разведки министерству обороны США было поручено провести «независимую» инспекцию «сил кубинских добровольцев» с точки зрения их военной подготовки. Эта инспекция проводилась с 24 по 27 февраля 1961 года группой военных экспертов сухопутных войск, ВВС и ВМС.

Результаты проверки были не очень обнадеживающими. Военные указали, что наличие всего одной взлетно-посадочной полосы чревато крахом всей операции по высадке «добровольцев» и захвату плацдарма на острове. Если в начале операции не удастся гарантированно уничтожить все боевые самолеты режима Кастро, то взлетно-посадочная полоса может быть уничтожена защитниками острова. В результате, как отмечается в заключении инспекционной группы, «маловероятно, что внезапность сможет гарантировать от риска возможного провала всей операции». В документе Комитета начальников штабов за подписью генерала Л. Лемнитцера указывались основные выводы и рекомендации:

«К 15 марта 1961 года авиационные экипажи и поддерживающие подразделения добровольческих кубинских ВВС достигнут необходимого уровня подготовки для успешного выполнения ими боевой задачи.

К 15 марта сухопутные подразделения сил вторжения достигнут необходимого уровня военной подготовки, обеспечивающего успешное выполнение ими своих задач.

Добровольческие силы не имеют возможности обеспечивать себя достаточно длительное время тыловой поддержкой. При ныне существующей системе тылового обеспечения они смогут действовать не более 30 суток…

Внезапность является обязательным условием достижения успеха операции. Однако шансы достижения внезапности составляют 85 к 15. Потеря внезапности, скорее всего, создаст такую ситуацию, которая окажется за пределами военных возможностей добровольческих кубинских сил. Это может привести к частичному или полному уничтожению сил вторжения.

Рекомендуется принять решение об использовании этих сил против Кастро как можно раньше, чтобы успеть осуществить заключительную подготовку и обучение.

Рекомендуется уделить самое серьезное внимание доставке сил вторжения по воздуху, а не по морю, за исключением варианта использования амфибийной операции в качестве стратегического прикрытия и для тылового обеспечения.

Рекомендуется включить хотя бы на завершающей стадии в состав проходящих обучение сил опытного тылового инструктора».

Состояние сухопутных компонентов так называемых кубинских добровольческих сил вторжения оценивал американский полковник Райт. Для десантирования на остров ЦРУ готовило бригаду сухопутных войск в составе: штаба (116 человек), четырех пехотных батальонов (109–162 человека в каждом), батальона тяжелого оружия (104 человека, 6 минометов и 3 75-мм безоткатных орудия), танкового батальона (25 человек, 5 танков М-41). Первый из четырех пехотных батальонов был парашютным (145 человек).