Агентство "Аргентина" - Алла Рут

- И что? - мрачно спросила она. – Я хочу успокоиться, нервы в порядок привести.

Директор задумался.

- Может быть, ты просто поплачешь? – с надеждой спросил он. - Прямо тут, в моем кабинете? Это очень успокаивает, все учительницы говорят. А я могу выйти на это время. Поплачешь – и никаких отгулов! А?

Алина хмыкнула. Последний раз она плакала около двадцати лет назад, когда разбушевавшийся попаданец-зомби прокусил ей ногу, но об этом учительница географии решила директору не сообщать.

Она с сожалением посмотрела на пустую конфетную коробку и поднялась.

- Плакать я не буду. Лучше пойду, сообщу Соловьеву радостную весть. Пусть он плачет!

О том, что ждет его в ближайшее время, Алина сообщила Соловьеву голосом тролля, привыкшего каждый день завтракать маленькими детьми. Однако вредный пятиклассник вместо того, чтобы испугаться, почему-то обрадовался, чем расстроил Алину-барракуду неимоверно.

…Конечно, события в школе, где трудилась, воспитывая подрастающее поколение, Алина, происходили незаурядные (поразительно, как быстро разлетаются новости! Поглазеть на пятиклассника Соловьева сбежались все ученики, от мала до велика, солидные девятиклассники даже пожимали ему руку и сочувственно похлопывали по плечу), но и в кофейне «Последний белый слон» тоже было нескучно.

Черный ворон Дэберхем, сидя за окном на цветочном ящике, сначала постукивал клювом в стекло, безуспешно привлечь внимание Ньялсаги, уткнувшегося в ежедневник, потом перелетел на веранду - постучать в другое окно, а заодно отвязаться от рыжего бездомного кота, который намеревался изловить птицу. В конце концов, Дэберхем, потеряв терпение, устроил такую безобразную драку с котом, что Ньялсага, услыхав шум, очнулся, глянул в окно и выскочил на веранду с проворством молодого лепрекона.

Когда же кот был с позором изгнан, а Дэберхем, торжествуя победу, улетел с поля брани, Ньялсага вернулся в кофейню, сел за стол и вытащил из кармана мобильный телефон.

Белокурая девушка-официантка принесла кофе.

- Ваши друзья скоро подъедут? – поинтересовалась она, угощая Лукерью сухариком. - Приготовить для них пиццу?

Ньялсага поморгал глазами, соображая.

- Что? А… нет, не нужно. Они ненадолго.

Когда девушка отошла, он покачал головой.

- Прорицатели, Лукерья, иной раз прямо в тупик ставят своей осведомленностью. Вот, помню, знал я одного гоблина, тоже провидца, так он…

Собака демонстративно зевнула: историю про гоблина-провидца она слышала так часто, что знала наизусть.

- Не хочешь слушать - не надо! – сказал задетый таким отношением Ньялсага.

Первым примчался Бахрам: он круглосуточно находился в полной боевой готовности и втайне очень гордился тем, что где бы не находился, добирался до кофейни «Последний белый слон» ровно за пятнадцать минут.

Ява частенько недвусмысленно намекал о больших неприятностях, которые грозят тому, кто гоняет по городу с такой скоростью, но Бахрам, имеющий обширные знакомства среди дорожных патрулей, неприятностей не боялся. Зато он всегда прибывал первым! Если же Ява или Алина, по чистой случайности, опережали его, Бахрам не на шутку расстраивался.

Усевшись за стол, Бахрам сразу же взял быка за рога.

- Ну, что?! Едем?

- Еще пять минут, - охладил его пыл Ньялсага, хотя и сам был как на иголках. - Сейчас Ява и Алина будут, они уже звонили.

- Звонили? Надеюсь, с надежного телефона? – тревожно спросил Бахрам, понизив голос.

- Алина - из учительской, Ява – из банка. Куда уж надежней!

Бахрам с надеждой взглянул в сторону витрины.

- Может, я тогда пожрать успею? Перекусить сегодня не удалось, голодный, как тролль по весне! Святые ежики, да я ехал и мечтал о пицце!

Ньялсага мельком взглянул на белокурую девушку.

- Потом поешь, не то того сейчас. Сухарик возьми, если хочешь.

Бахрам взглянул на тарелку с сухариками, пренебрежительно пожал плечами и от нечего делать принялся разглядывать портрет какого-то короля, что висел на стене. Монарх неведомого государства был изображен в кудрявом парике, в парадном воинском мундире, ладонь лежала на рукояти меча. А уж орденов! Тут и звезда, и банты с бриллиантами и…

Бахрам с досадой фыркнул. До чего ж везет некоторым - родиться королем! Все к твоим услугам, воюй на здоровье! И армия есть, и военачальники, и соседние государства, которые можно завоевать, а если с завоеваниями возиться не хочется, так хоть пограбить хорошенько…

Лишние деньги в казне никогда не помешают, да и воинскую славу приобрести бы неплохо. Однако ж, несмотря на это, некоторые облеченные властью личности сражения вести не желают. Почему?! Бахрам снова покосился на портрет неизвестного короля и вздохнул. Этот монарх, сразу видно, до войны не охоч.А чем еще, скажите на милость, настоящий мужчина заниматься должен, если не воевать?!

Ньялсага закончил телефонный разговор и поднялся.

- Идем!

Бахрам вскочил, прихватил с тарелки самый большой сухарь и двинулся следом.

Ньялсага сбежал по ступеням веранды и направился к «Зеленому дракону», мирно дремавшему под окном кофейни.

- Так, говоришь, телефоны у Явы и Алины надежные? – вернулся к любимой теме Бахрам. - Хорошо, но проверить-то не мешает, – он тревожно оглянулся по сторонам. – Вдруг прослушивают? У меня есть знакомые, они могут с этим помочь. С проверкой линии, то есть!

- Какой дурак будет прослушивать школьные телефоны? Что он там важного узнает? Расписание уроков?

Бахрам оживился.

- Вот-вот! Они хотят, чтоб мы так и думали!

- «Они»?

Бахрам солидно кивнул, не вдаваясь в подробности, кто такие эти «они».

- Ну, где же наши?! Может, вдвоем, а?

- Цолери говорит, это оборотень. Хочешь повторения прошлогодней истории? Когда вы с Алиной, не дождавшись остальных...

- Так то Алина, - не согласился Бахрам. – А то – ты!

Он подумал и скромно прибавил:

- Ну, и я с тобой!

- Подождем немного…

Бахрам шумно вздохнул.

- Опять ждать! А Кемен со своими?

- Уже знают, - нехотя проговорил Ньялсага.

- Ежик всемогущий! Чего ж мы стоим?!

Послушался шум мотора, на парковке показалась серая машина с тонированными стеклами.

- Ява! – подскочил Бахрам. – Все, поехали!

Навстречу Яве тут же кинулась веселая Лукерья.

- Пошла вон! – сердито приказал тот, уворачиваясь от собачьих объятий.

- Выезжаем, - заторопился Бахрам. – Пора! Время не ждет, то есть!

Ньялсага сунул в карман ежедневник.

- Еще пару минут! Если Алина не успеет, тогда – без нее. А то, может, по дороге ее захватим…

Бахрам довольно потер руки.

- Ява, знаешь, кто сегодня? Оборотень!

- Знаю, знаю… - недовольно отозвался тот, счищая с плаща собачью шерсть.

- Кстати, у нас в эти выходные – большая игра. Ты как? Съездил бы хоть раз с нами? Совсем по-другому бы относился к пейнтболу!