Хрупкая связь - Ольга Джокер

что собаки — её слабость. Это то, перед чем она не может устоять во время прогулок в парке, на детских площадках или в гостях у моих подруг. В такие моменты я остро жалею, что от аллергии на шерсть домашних животных нельзя полностью вылечиться.

Тем не менее, легкомысленность Аслана невероятно злит, потому что щенок даёт ему определённое преимущество. Во всём. Амелия оттаивает, совершенно забывая, что видит моего «друга» всего во второй раз в жизни.

Из прихожей мы попадаем в просторную, светлую гостиную с большими панорамными окнами, которые пропускают максимум дневного света.

Мебель в серых и белых тонах гармонично сочетается с деревянными элементами, создавая уют. На полу лежит ковёр, рядом — современный камин. Всё выглядит стильно и функционально, с очевидным уклоном в практичность. Даже не скажешь, что этот дом ещё необжит и совсем недавно арендован.

Амелия тащит щенка за верёвку, тот рычит и трясёт головой, но как-то по-доброму. Несмотря на то, что внутри меня всё кипит от несправедливости, я заставляю себя держать язык за зубами.

Не хочется казаться сукой, которая придирается к мелочам с самого порога, хотя претензий у меня уйма — начиная от задержки результатов теста и заканчивая вопросами по поводу собаки.

— Я могу разложить здесь ноутбук и бумаги? — деловито осведомляюсь, указывая рукой на обеденный стол.

Аслан удивлённо выгибает бровь, будто не ожидал, что я действительно начну разбирать его гардероб. На самом деле, я этого не планирую. Но, как ни крути, создать видимость работы нужно.

У меня есть несколько артикулов, которые вполне подойдут под его стиль. Это в восемнадцать лет на фоне модных мажоров Аслан казался мне недостаточно крутым, но сейчас всё изменилось.

— Да, пожалуйста, — кивает он, располагаясь на мягком ковре и почесав щенка за ухом.

Я включаю ноутбук и сажусь на стул, делая вид, что увлечена чем-то на экране. Однако боковым зрением наблюдаю, как оживает Ами. Как ей легко и весело бегать вокруг собаки, умиляясь её размерам.

Аслан называет породу — золотистый ретривер. Затем открывает телефон, генерирует варианты имён и предлагает дочери выбрать одно из них.

— Луна? Дейзи? Молли? Тея?

— Мне нравится Луна, — заявляет Амелия.

— И мне.

— Ты не обидишься, если имя выберу я? — спрашивает с опаской.

— Нет, почему? Я вполне доверяю твоему вкусу.

В какой-то момент я чувствую себя лишней, сидя в стороне и вбивая в гугл название породы. Из этого обаятельного щенка вырастет красивая, активная собака с покладистым характером. Они отлично подходят для семей. Надеюсь, никто не забыл, что нам её дарить нельзя?

Резкий звонок во входную дверь заставляет меня встрепенуться и испуганно посмотреть на Аслана. Его спокойные, уверенные движения помогают сбить подскочивший пульс.

Конфиденциальность — это основа данной встречи. Я ещё не знаю, чем она аукнется, если преждевременно узнает Влад или Николай Иванович. Думаю, мне так же не стоит напоминать Аслану, что от моего поведения зависит, как сложатся его дальнейшие взаимоотношения с дочерью.

Я прогоняю бегущие мурашки по плечам и верчу на языке новый статус Аслана, с которым даже не поздравила его. Все пять лет жизни Амелии я старательно отбрасывала любые ассоциации с мужчинами. Но, возможно, в глубине души я всегда мечтала, чтобы появление на свет Ами не связывалось со слезами и горьким разочарованием. Потому что это было бы несправедливо.

Она заслуживает того, чтобы родиться от светлых чувств, искренних признаний и прекрасного первого опыта, в который я когда-то нырнула с особым удовольствием.

— Я заказал доставку еды, — поясняет Аслан, направляясь в прихожую. — Не знаю, позавтракали ли вы, но я жутко голоден.

— Ами да. Овсяной кашей, — быстро отчитываюсь. — Я пока не успела.

— Ты сильно похудела, — замечает он, окидывая меня беглым взглядом с головы и до ног. — Составишь мне компанию?

Дом наполняется аппетитными запахами еды в коробках. Это слабо напоминает полезные завтраки, к которым я привыкла, но вместо тошноты во рту вдруг копится слюна. Я осознаю, что готова попробовать буквально всё, что доставил курьер.

Пока Ами играет с Луной, я встаю из-за стола, иду на кухню и помогаю найти посуду. В одной из коробок лежит пицца, в другой — картофель фри, а в третьей — бургеры.

— Если ты планируешь ещё встречаться с Амелией, то скажу на будущее: пятилетним детям не дают фаст-фуд в таких количествах. Чаще — что-то более полезное и домашнее, — советую Аслану, включая электрочайник и случайно задевая его плечом.

— Я планирую, — отвечает он твёрдо, без промедления.

— Хорошо.

— Что она обычно ест?

— Я могу написать тебе в переписку наше примерное меню на неделю.

— Был бы признателен.

Закончив раскрывать коробки, я упираюсь бёдрами в кухонную тумбу и скрещиваю руки на груди, наблюдая за перемещением Аслана. Его фигура занимает большую долю пространства. Кухня сама по себе не маленькая, но в ней неожиданно становится сложно дышать, а наэлектризованный воздух тяжело оседает на лёгких.

— Мне хочется поругать тебя за то, что ты притащил сюда собаку, но я не стану, — рвано выдыхаю. — Пусть это будет твоим козырем.

— Пусть. Один против сотни твоих.

— Надеюсь, ты понимаешь риски и готов взять всю ответственность на себя, потому что, по вполне очевидным причинам, Луне не место в нашем доме.

Аслан оборачивается, и в его взгляде я читаю жёсткость и упрямство. Уверена, претензии накопились не только у меня — у него их ко мне тоже хватает. Но мы не нагнетаем, потому что сейчас это ни к чему. Так или иначе, придётся работать с тем, что есть.

Раньше мне удавалось отлично ладить с Асланом: стоило включить мурлыкающую кошечку, сесть на него верхом или помассировать плечи, и он становился сговорчивее. Сейчас такие действия вызвали бы скорее недоумение, чем согласие. А иначе я пока не знаю, как к нему подступиться.

— Собака, естественно, на мне, — парирует Аслан. — Я бы хотел, чтобы Амелия приехала ко мне в гости завтра и послезавтра — это отличный повод познакомиться ближе, потому что других я не вижу. До тех пор, пока твой муж не вернётся в город. И пока эти встречи никто не афиширует.

Я резко мотаю головой, пропуская первую часть предложения и цепляясь за вторую. Заранее подготовленные фразы, чтобы обсудить всё по-взрослому, разлетаются вразнобой.

— Даже спрашивать не хочу, откуда ты знаешь, где Влад и когда он вернётся в город, — раздраженно выпаливаю. — Инвесторы хоть настоящие? Или это развод?

— Да, мои знакомые действительно искали, куда вложиться, — признаёт Аслан, играя желваками и опираясь ладонями на деревянную столешницу напротив меня. — Алина,