Одержимый (СИ) - Шарм Кира

Извиваюсь вся перед ним. Захлебываюсь.

А он таранит. Жадно.

Поднимаю на него умоляющий взгляд, но получаю только очередное хриплое ругательство в ответ.

Глаза его полыхают бешенным огнем. Таким, что жутко становится. Я еще таким его не видела.

Резко дергает вперед, до боли потянув за волосы.

И меня будто разрывает. В самое горло проталкивается.

Перед глазами темнеет. Дышать совсем нечем.

Его огромный ствол вонзается в мое горло. Распахивает его так, что сейчас разорвет.

Но с толчка этого резко вдруг жаром пробивает. Насквозь. Будто позвоночник выламывается.

Захлебываюсь, задыхаюсь, пронзенная его членом, нанизанная на него. Так, что яйца его в мое лицо вжимаются.

А соски выкручивает. Между ногами так мокро вдруг становится, что поджимаются пальцы.

Раскаленный раздутый член рывками таранит горло, заставляя с каждым ударом все мое тело сотрясаться. Выбивает слезы из глаз. Воздух последний из легких. Обжигает. Раздавливает.  Толкается до упора.

Он просто яростно насаживает меня на свой каменный член. Безжалостно и жестко.

Перед глазами все плывет. Кажется, я сейчас просто задохнусь.

Резко вдалбливается. Таким толчком, что глаза из орбит головы выпрыгнуть. И замирает, бормоча что-то грязное, рваное.

Мое горло судорожно сжимается. Это последнее проникновение такое, что реально раздирает на куски.

Начинаю шевелиться, пытаюсь вывернуться.

Он вдолбился на полную. Его мошонка до боли упирается в меня.

Обмякаю, чувствуя, что кислород почти полностью перекрыт. Ноги не держат. Я больше не выдержу.

Надо отказываться от этой сделки. Он же меня просто убьет!

Горячая струя рывками, толчками начинает биться о стенки горла.

Обжигающая. Мощная.

Еще сильнее сжимаюсь, само по себе так выходит. И слышу его рык.

Он просто заливает меня спермой. Неужели ее в нем так много?

Хватка на моем затылке ослабляется.

– Все глотай. До капли.

Сразу не освобождает меня. Водит по распахнутым губам своей огромной, все еще твердой головкой. Чуть придавливает, после отпускает нажимает так, что становится на губах даже щекотно.

Размазывает остатки спермы по губам своим членом. Смотрит, как ненормальный. Глазами меня сжирает.

– Оближи. Все оближи, птичка.

Послушно веду языком вслед за его головкой.

Прикасаюсь к ней, получая в ответ мощный толчок.

Он даже глаза прикрывает от удовольствия, откидывается спиной назад, прижимаясь к стене, еще сильнее дернув бедра вперед, на меня.

А меня потихоньку охватывает паника.

Это еще не все? Не конец?

Он и не думает опадать, наоборот, кажется, еще более твердым и разбухшим становится.

О, Боже. Я. Этого. Не переживу!

Снова толкается мне в рот, и я уже рефлекторно обхватываю его головку губами. Они гудят от напряжения. Пытаюсь втянуть, всосать, чувствуя, как его пряный солоноватый вкус искрами взрывается где-то под языком, пропитывает еще сильнее, обволакивает.

Провожу языком, посасываю, пытаясь при этом еще и выписывать какие-то узоры по головке.

Резко сдавливает мои челюсти, заставляя распахнуть рот шире. Снова вколачивается. Мощно. На всю длину. Высекая искры из глаз.

Замирает и так же резко выходит.

А я пытаюсь хватать воздух распахнутыми губами.

– Домывайся, - короткий, безучастный приказ.

Перешагивает через бортик, оставляя меня в ванной одну.

А я – валюсь вниз. Ноги не держат. Все тело трясет крупной дрожью. Пальцы на ногах онемели и покалывают.

36 Глава 36

По моему телу лупит вода. А в горле будто до сих пор его член орудует. Как будто огромную биту мне туда затолкнули. Сжимаю горло рукой. Хватаю воздух.

Ни о чем думать больше не могу.

Ни о брате, ни о том, как низко я пала.

Мысли выветрились. Улетучились. Одни ощущения.

Выпотрошенность какая-то сумасшедшая.

И…

Черт, будто тысячи иголок пронзают тело. Покалывают и мелкими взрывами дрожат на коже. Между ног все полыхает пламенем. Горит. Дрожит все внизу живота. Сотрясает.

Сама не понимаю, что делаю.

Прижимаю пальцы к пульсирующему клитору. Вдавливаю со всей силы.

И меня взрывает. Так, что чуть не подкидывает вверх все тело. Кажется, я кричу, сотрясаясь в спазмах. Но мне уже все равно, плевать на то, что он может увидеть или услышать.

Долго еще стою под струями воды, поднявшись.

Позволяю им течь по разгоряченному лицу. Делаю воду прохладной, чтобы остыть.

Это все мерзко. Пошло. Развратно. И грязно.

Это ведь даже не по любви!

Но…

Он каким-то запредельным образом разбудил мое тело. Вызвал в нем самый настоящий ураган. Порочный. Ненормальный. Запредельный.

А, может, я всегда такой и была? Грязной и порочной? Может, мужчины это каким-то образом видят во мне, потому и слетаются, как мухи на мед?

Черт. Это неприятное открытие…

Дрожащими руками закручиваю краны. Вытираюсь, стараясь все сделать быстрее.

Градов не любит промедлений, это я уже заметила. Совсем не хочется, чтобы он сейчас снова ворвался.

Слегка бью себя ладонями по щекам. Напоминаю, зачем и для чего я здесь. Заставляю себя переключиться со странных ощущений, которые выгибали мое тело и вспомнить все-таки о Димке.

Выхожу, чувствуя, что меня все еще слегка покачивает.

Прислоняюсь к стене, глядя на Градова.

Он уже успел одеться.

Футболка обтягивает мощные мышцы так, что, кажется, ткань сейчас затрещит по швам.

Даже странно. Что от него все вокруг не разлетается в щепки, стоит ему только приблизиться.

Про двери я уже поняла. Они-то, как раз, как правило, и разлетаются.

Он будто и не замечает меня.

Сидит за столом, широко расставив ноги, пьет что-то оранжевое из стакана, пролистывает что-то на планшете.

И даже в такой, казалось бы, мирной, обстановке, напоминает самого настоящего зверя. Что-то исходит от него такое… Энергетика безумная, бешеная. Такое, что хочется отшатнуться. А лучше сбежать.

Опасность. Угроза. Как будто весь воздух вокруг него ими пропитан.

А ведь этот зверь уже сыт… И удовлетворен…

Снова вся вспыхиваю краской.

Мне до сих пор не верится, что я провела с вот этим мужчиной ночь! Что он стал моими первым… Понять не могу. Его даже рассматривать страшно!

– Чего там жмешься? – не отрывается от планшета. Даже не смотрит.

Ну да. Это для меня теперь начался новый отчет в жизни. Я стала женщиной вот с ним, и… И теперь пытаюсь это как-то понять. Осознать. Рассмотреть и понять человека, который забрал мою девственность.

А ему все равно. Для него секс – так, что зубы почистить. Зачем присматриваться? Что-то понимать?

– Садись. Позавтракай. Морковный фреш, лосось и запеченые овощи.

Только сейчас понимаю, что в номере действительно вкусно пахнет. Но его терпкий запах, мужской, давящий и дразнящий, забивает все остальные. Все перекрывает. Как и его тело и энергетика. Забывает собой все пространство. Раз и навсегда. Присваивает.

– Ну? Ты чего?

Переводит на меня свой огненный, полыхающий взгляд, и я вздрагиваю.

До сих пор не по себе рядом с ним.

– Я… - запинаюсь.

Черт, до чего же все это трудно!

Он только что проделывал со мной такие до ужаса откровенные вещи, а я нескольких слов связать не могу!

– Что? – рявкает так, что посуда начинает звенеть.

Это унизительно. Но я должна!

– Как мы теперь будем? Ну… В смысле… Я и ты…

Ему не понравилось. Наверняка. Как такое могло понравится? Я ничего не умею! И сделала наверняка все не так!

Может, потому и не смотрит на меня даже, не обращает внимания?

Остался разочарован и неудовлетворен моей неумелостью. Сейчас накормит и пошлет подальше.

– Ты…

Он тут же оказывается рядом. Опять нависает. Порабощает. Дурманит своим запахом так, что ноги вообще перестают держать. Подгибаются.