Ночные костры - Линда Кук

— Оставьте нас! — прорычал Раймон.

— Что?..

Воины убрали свои мечи в ножны. Молодой Эрик шагнул назад, оттаскивая Неверса за руку.

— Уйдем. Милорд сказал… Женщины-служанки протиснулись мимо управляющего, пытаясь заглянуть в спальню.

Не спуская глаз с Алисы, Раймон захлопнул дверь перед носом у Неверса и любопытных горничных, отгородившись от их вопросов.

Он обошел испорченную вуаль.

— Вы сами нашли этот подарок, а королева хотела, чтобы я его вам вручил. И сказал, что эта шкатулка очень похожа на ту, которую ваша матушка привезла из Солсбери по поручению королевы.

Алиса сделала быстрый вздох и задрожала. Раймон взял ее за руку и потянул к скамье.

— Сядьте, — сказал он, — и послушайте.

— Значит, это не та…

— Нет, это не та шкатулка, которую взяла на хранение ваша матушка. Откуда у меня могла быть та? Это ее копия.

Она сцепила пальцы до белизны, стиснув их в один кулак.

— И вы должны были показать ее мне и посмотреть…

— Не узнаете ли вы ее. По-моему,нам надо согласиться, что вы ее узнали.

Она закатила глаза.

— Черт бы вас побрал, Раймон де Базен! Черт бы вас побрал…

Он опустился перед ней на колени, не смея коснуться ее хрупких рук.

— Послушайте, Алиса. Скажите мне правду. Ваша мать сохранила шкатулку? Или ей пришлось продать драгоценности?

Алиса покачала головой.

— Они у вас?

— Нет, милорд! — Ее ответ был криком боли. Раймон заставил себя говорить спокойно:

— Если сокровища пропали, Алиса, я так и передам королеве. Я скажу ей, что вы ничего про них не знали, что мы искали их и не нашли. Это было много лет назад, Алиса. Ваши родители уже умерли. Вас нельзя осуждать.

— Она рассердится.

— Пусть. Когда в последний раз она посылала весточку вашим родителям?

На лице Алисы отразилось искреннее недоумение.

— Весточку? Она никогда не посылала сюда весточки. Это было бы слишком опасно.

Ее слова лишь усилили его замешательство.

— Кто сказал, что это опасно?

— Моя мать.

— Вот уже несколько лет короля Генриха нет на свете. Какая опасность могла грозить королеве Элеаноре, если бы после смерти мужа она прислала своих людей за драгоценностями? Значит, королева не писала вашим родителям, освободившись из заточения в Солсбери?

— Нет, но…

— Что «но»?

— Они ездили к ней, когда умер король — когда она освободилась. Они были в Виндзоре.

О Господи! Неужели Элеанора забрала свои драгоценности и забыла про них? Может, престарелая королева, которая повелевала жизнями подданных короля Ричарда, впала в беспамятство и весь этот клубок лжи и интриг — всего лишь результат ее старческого слабоумия? Раймон понизил голос до шепота:

— И отдали ей шкатулку?

Он видел, как она замялась, точно борясь с искушением согласиться.

— Нет, — наконец проговорила Алиса. — Они ее не застали. Вы должны это знать: она уехала во Францию вместе с королем Ричардом смотреть армию, которую собрал ее сын. Мои родители вернулись в Морстон.

— А шкатулка?

Она покачала головой.

— Алиса!

— Не знаю. С тех пор я ее не видела. Хотите, поклянусь?

Судя по ее отчаянному виду, она готова была поклясться, что драгоценности лежат на дне океана, лишь бы положить конец его вопросам. А потом отправиться туда следом за ними, как только представится возможность.

— Нет, — сказал Раймон, — я вам верю.

Он видел, что женщина больше не выдержит, и не собирался опять толкать ее на грань безумия, выполняя волю королевы Элеаноры.

— Что вы будете делать?

— Обыщу Морстон. Если я найду сокровища, королева Элеанора выкупит на них короля Ричарда.

— А если не найдете?

— Ну что ж — тогда ничего не поделаешь.

— Она отберет ваши земли?

Раймон поморщился. Да, именно этого он и боялся. Его жена попала в самую точку. Он встал, увлекая ее за собой.

— Нет, Алиса. Она не отберет у меня земли — во всяком случае, сейчас. Ведь ей придется публично объяснить причину такого поступка. Она оставит мне земли на время… а может, навсегда. Королева Элеанора — женщина, Алиса. Она может забыть о своем недовольстве. А если и не забудет… все равно ей осталось гневаться не так уж много лет.

— Моя мать ее любила, Раймон. Она говорила, что королева никогда не забудет ее преданности.

И та же самая королева бросила верную ей женщину умирать нищей и голодной в лачуге на краю света. Раймон взял жену за руку.

— Алиса, выбросьте из головы эти проклятые драгоценности. Я постараюсь их найти и улажу вопрос с королевой. Это не ваша забота. Не надо волноваться.

Она опустила глаза.

— Вы не знаете… — Алиса оттолкнула его от себя. Он не выпустил ее руки.

— Чего я не знаю, Алиса? Она судорожно вздохнула:

— Вы не знаете… какое бремя на себя взвалили, связавшись со мной.

— Вы моя жена, — Раймон начал гладить малиновый льняной рукав, — и если это бремя, то очень приятное.

«А что касается вас, миледи, то единственным бременем, которое вам придется носить, начиная с этого дня, будут мои сыновья», — мысленно добавил он.

Она покраснела, точно услышала его мысли, но взгляд ее остался тревожным. Раймон потянул ее за собой и открыл дверь. Рольф Неверс и горничные так и стояли в коридоре, с испуганными глазами и бледными щеками. Раймон прошел вперед, увлекая за собой Алису, и встал перед управляющим.

— Милорд, все в… Раймон перебил его:

— Неверс, здесь есть женское седло для моей жены?

— Седло? Седло?

— Отвечай.

— Э… да, милорд. — Неверс облизнул губы. — У леди Констанции, упокой Господь ее душу, было хорошее седло. — Он заглянул Раймону за плечо. — Милорд, что-нибудь случи…

Раймон заслонил свою жену от взгляда управляющего.

— А серая кобыла, которую я видел? Она как, послушная? Неверс шагнул назад.

— В том месяце я сам ездил на ней в Оукхэмптон.

— Тогда приготовь лошадь. — Раймон хмуро оглядел три взволнованных лица в коридоре. — Иди. Все. Подавай еду на стол и седлай кобылу.

Он обернулся к Алисе:

— Сегодня мы с вами объедем границы Кернстоу. Неверс направился к лестнице, толкая перед собой Биду и Мод. Алиса оглянулась через плечо на разбитую шкатулку, которая осталась лежать на полу спальни.

— Я не могу с вами поехать. Здесь много дел…

— Оставьте все дела, — сказал он. — Мы запрем дверь и спустимся вниз завтракать. Я буду сидеть в замке до тех пор, пока вы не согласитесь.

— Тогда я еду, — сказала она.

Повеление ее мужа было как нельзя кстати. Скоро ей придется вернуться в Морстон. Если сегодня она научится управлять кобылой Неверса и увидит, где лежит седло, то потом ей будет проще уехать незамеченной и в одиночку перебраться через болота.