Девочка с птицами - Юлия Лим

– Не нужно, – выставляю руку, чтобы привлечь внимание орнитолога. – Я все равно в ту сторону иду, передам, что вы согласны.

– Хм, – Макар Александрович щурится, а потом начинает улыбаться. – Никак к Зорьке идешь? Понравилась?

Моргаю, надеясь, что можно будет не отвечать.

– Да по твоему лицу все видно. Потому и улыбаешься так широко. Прекрасный у тебя возраст сейчас, Арсений. Первая любовь, какая бы ни была, запоминается на всю жизнь, – он треплет меня по плечу. – Ладно, пойду я. Надо много чего успеть переделать, если хочу встретиться с Любашей…

Он уходит, а я разворачиваюсь и в растерянности смотрю на дорогу. Первая любовь? У меня? К Зоре?

Как только ее имя мелькает в мыслях, все странные чувства, что я испытывал рядом с ней, складываются в одно – большое, светлое и прекрасное. По телу бегут мурашки – вспоминаю, как сегодня держались за руки и не отпускали друг друга. Достаю блокнот и изучаю портрет, который сделала Зоря. Она нарисовала меня, потому что я тоже ей нравлюсь?

Прикрываю лицо блокнотом, не в силах спрятать улыбку. Завтра я проведу с ней целый день! Нужно бежать домой и подготовиться. Пока спешу к бабушке и дедушке, пишу Зоре сообщение: «Макар Александрович согласился».

* * *

– Сень, поехали завтра в город, поразвлекаемся, в игры какие-нить поиграем, – предлагает Тёмка, как только я захожу в комнату.

– На море уже надоело? – стараюсь спросить без ехидства, чтобы не злить друга.

Запрыгиваю на кровать и расслабленно выдыхаю.

– Да море, че я там не видел? Тем более без вас одному плескаться не очень интересно. Лёньку фиг вытащишь из его этих мангов.

– Манг, – буднично поправляет Лёнька.

Тёмка закатывает глаза и смотрит на меня, недовольно качая головой. Он всегда и во всем такой – показушник. И характер у него не самый приятный. И все равно он мой друг. Один из двух лучших друзей.

– Так без Лёньки в городе тоже не интересно. Если и ехать, то втроем, – бросаю я, надеясь, что Лёнька так и продолжит читать мангу.

– А я не против, – внезапно отвечает он. – Арку дочитал, следующие томики надо купить. Как раз и в книжный заглянем, и поиграем во что-нибудь.

– Зачем ты его позвал? – наигранно капризно спрашивает Тёмка. – Он теперь нас заставит весь книжный обойти, мы потратим на это полдня!

– У нас еще два с лишним месяца впереди, подумаешь, – отзывается Лёнька.

И вот кто меня за язык тянул? Лучше бы помалкивал.

– Ребят, – зову их, растягивая момент, – у меня на завтра уже планы есть. Езжайте без меня.

– Фига се, че мутит! – восклицает Тёмка. – Это что же важнее нас, твоих верных братьев?!

Первая любовь, отзываются в голове слова орнитолога. Она не важнее братьев, но по-своему особенна. И я не могу терять время, когда у меня его не так уж много.

– Да обещал бабушке помочь по хозяйству, давно уже обещал, стыдно откладывать. Сгоняйте без меня, я с вами в следующий раз поеду, – кошусь на Тёмку и Лёньку.

Они переглядываются.

– Как скажешь, – говорит Лёнька.

Тёмка дёргано пожимает плечами.

– Кстати, куда там Руслан делся? – спрашивает он.

– Помогает маме, – сообщает Лёнька.

– Вот надо было его позвать, с ним хотя бы весело, – бурчит Тёмка, кидая на меня недовольный взгляд.

Совесть колет, но совсем чуть-чуть. Может, если бы Тёмка не сказал, что я «не дорос пока», я бы с удовольствием обсудил с ним свои чувства к Зоре. А Лёньке и так собственной любовной драмы достаточно, он еще с Сати не поговорил. Скажу как-нибудь потом, когда выдастся удачный момент.

* * *

Утром снова встаю рано. Завтракаю, умываюсь и заглядываю в сарай. Беру там топор и понимаю, что совершенно не представляю, как соорудить конструкцию, которую хочет Зоря.

– Деда, – нахожу его в кресле-качалке на веранде дома. – Можешь, пожалуйста, мне помочь?

– Не вопрос, Сеня. С чем?

– Мне нужно сделать два высоких устойчивых столбика и высечь в них углубление, чтобы сверху можно было положить палку.

– Турник хочешь сделать?

– М-м, да, похоже на то.

– Турник лучше из металлических труб делать, иначе упадешь и травмируешься.

– Деда, это как турник, но не турник, – улыбаюсь. – Не волнуйся, никто не поранится.

Он щурится, наблюдая за мной.

– Для чего тебе это нужно?

Мой план быстро провалился. Я не ожидал, что придется что-то выдумывать. Осмотревшись, подбираюсь ближе к деду и тихо ему говорю:

– Девочку хочу впечатлить.

Лицо деда тут же разглаживается.

– Ну, такое я одобряю. И горжусь тобой, Сенька. Не стал какую-то ерунду покупать, хочешь своими руками что-то сделать.

– На самом деле это ее идея, но я подумал, что могу осуществить задумку, – откровенничаю я.

– А я эту девочку знаю? – заговорщически щурится дед.

– Знаешь… – мне не очень хочется рассказывать сразу и обо всем, но от него ничего не утаишь.

– Мне ее имя назвать или сам?

Набираюсь смелости и говорю, глядя ему в глаза:

– Это Зоря.

– Хорошая девочка, приветливая и улыбчивая. Иногда от Любаши гостинцы всякие приносит. Давно, правда, в гости не заглядывала.

– А можно я ее позову сегодня? Только ребятам не говори, – смущенно отвожу взгляд.

– Зови, конечно. Когда я еще такое событие увижу, – улыбается дед.

Он показывает мне, как правильно держать топор и делать насечки на дереве, потом смотрит за мной. Углубления получаются неровными и косыми, но я стараюсь.

– Шлифовать не надо. Так, напомни-ка, для чего тебе палка нужна, что ты на нее повесишь?

Осматриваюсь и, убедившись, что никто не влезет, секретничаю с дедом:

– Мы повесим на нее простыню. Зоря принесет на берег моря свой проектор, чтобы на нем кино смотреть.

– На свидание идете?

– Нет, это не для нас, – торопливо отвечаю. – Я тебе потом расскажу, ладно? А то вдруг не получится.

– А удлинитель уже нашли?

– Для чего?

– Во что проектор-то будете включать? У моря нет розеток.

– А он портативный. Там аккумулятор.

– До чего дошел прогресс, да? – дед подмигивает, а я широко улыбаюсь.

И все же здорово, что я приехал к родным. С ними я ощущаю себя совсем по-другому. Свободнее, что ли? Ближе к концу лета всегда начинаю скучать