Знак королевы вампиров - Джой Хилл

Даже когда она полностью закрывала от него свои мысли, у него оставалось ощущение того, что она рядом, что до нее можно дотянуться. Но сейчас этого не было. Изнасилованная женщина закрывается, сталкиваясь со своим насильником. Инстинктивно она будет бояться всего, что связано с мужчинами. Она словно ходит по кругу, готовая отразить атаку с любой стороны. Ему было очень больно это признать, но именно так она себя и вела, — Джейкоб знал, что это была попытка выжить.

— Нет, — сказала она сквозь плотно сжатые губы, подняв руку, чтобы остановить Карнала.

Джейкоб не был уверен, говорит ли она это для него или для Карнала, но уже двигался вперед, ощущая угрозу, о которой кричала его интуиция. К черту формальности; ей нужен воин!

Крик словно ножом прорезал зал, не дав Лиссе закончить предложение. Джейкоб резко повернулся и увидел, что Мелинда упала на колени, затем повалилась на бок. Ее тело билось в конвульсиях, пальцами она хватала воздух; она хрипела. Внезапно начались такие сильные судороги, что тело выгибалось дугой: пола касались только затылок и пятки. Словно безумный кукловод играл с ней, дергая за нити…

Джейкоб рванулся к ней, схватив по пути телефон. Но было уже слишком поздно. Прежде чем он успел набрать номер скорой, тело Мелинды мягко опустилось на пол. Глаза закатились. На губах выступила пена.

— Болиголов, смешанный с другими специальными ингредиентами — для ускорения процесса, — заметил Карнал.

— Джейкоб поднял голову, раздираемый ужасом и бешенством, а вампир безразлично изучал тело своей мертвой служанки.

— У вампира это вызывает паралич, давая другому вампиру временный контроль над ним или над ней. — Он через плечо посмотрел на Лиссу, которая все еще стояла неподвижно. — Туда также подмешан афродизиак, так что это довольно приятная отрава. Немного боли, чтобы возбудить тело, которое связано параличом собственных мускулов. Я думал, что вам это может понравиться и что вы оцените саму природу этой шутки. Я сомневаюсь, что кто-либо из ваших почитателей был так изобретателен. — Пожав плечами, он с сожалением посмотрел на Мелинду. — К сожалению, то, что доставляет удовольствие нам, смертельно для человека. Но их боль завораживает, хотя и на такой ничтожно короткий промежуток времени. Мелинда не умела бороться.

Тут его лицо скривилось от отвращения.

— Боже, худшее в смерти человека — это опорожнение кишечника и мочевого пузыря. Однако ее кровь все еще теплая и вкусная, по крайней мере, она будет такой еще несколько минут. Это мой вам подарок. Вы знаете, что молодая кровь довольно сладкая. Попробуйте! — Его глаза заблестели в предвкушении того, как Лисса будет пить кровь из его рук. Когда в ответ взгляд Лиссы переместился с мертвой девушки на него, он улыбнулся, медленно растянув тонкие губы. Он пошел к Мелинде, резко взглянув на Джейкоба:

— Отойди, слуга.

Джейкоб встал с колен. Подняв руку, он выпустил стрелу из наручных ножен, спрятанных под рукавом рубашки.

Если бы он правильно учел эту чертову поправку, стрела вошла бы прямо в черное сердце адского отродья. А так она засела у него в плече. Но даже этого оказалось достаточно, чтобы стереть с его лица проклятую ухмылочку. В следующую долю секунды Карнал налетел на него, с разбегу впечатав в стену, ревя от ярости.

Джейкоб упал на пол. Но Карнал теперь оказался на противоположной стороне комнаты, прижатый к каменной кладке зала. На стене от удара остался отпечаток. Вокруг валялись осколки: Лисса задела бар, разбив несколько бутылок и бокалы. Сама она без усилий держала Карнала за горло.

— Он мертвец, Лисса, — прохрипел Карнал, пытаясь сбросить ее руку. — Я его убью на месте.

— Он мой слуга, и мне его наказывать и награждать. У него мой знак, поэтому он — моя собственность. Мой раб. — Ее голос стал еще тверже, как и хватка на горле Карнала, — он мог только хрипеть. — Ты можешь обратиться к Совету, если считаешь, что я должна тебе что-то за оскорбление, но они в ответ посмеются над твоими предположениями. Это лишь неудавшееся ухаживание, а мой юный, неопытный слуга принял это за угрозу моей жизни. Такая верность заслуживает уважения. Карнал, Джейкоб когда-то был охотником за вампирами. Это один из его многочисленных талантов.

— Мне почти удалось, — простонал Карнал. Дотянувшись до стрелы, он вытащил стрелу и бросил ее на пол. Джейкоб пожалел, что стрела не была отравлена. — Я знал, что если бы у нашего слуги были извращенные вкусы или чрезмерное чувство чести, маленькое создание смогло бы его отвлечь. Но он умеет выбрать главное. Ваш выбор, возможно, лучше, чем я сперва подумал. Но он лишь сторожевой пес, Лисса, недостаточно покорный, чтобы быть вашим слугой. Слишком молод. Слишком темпераментен и доминантен.

— Но не он в этой комнате в униженном положении. — Ее голос был ледяным. Джейкоб спинным мозгом чувствовал этот холод.

— Три метра расстояния, вычурные ритуалы вежливости, и все это — чтобы попытаться притвориться, что мы не те, кто есть на самом деле, — прошипел Карнал. — Они овцы, а мы — волки. Все человечество должно стать нашими рабами.

А он смелый, в этом Джейкоб ему отказать не мог. Наблюдая за ней и Карналом с близкого расстояния, Джейкоб снова опустился на колени перед безжизненным телом Мелинды. Взяв ее руку, он удостоверился, что пульса нет.

— Ты был той частью жизни Рекса, которую он силой заставил меня принять, — сказала Лисса Карналу ничего не выражающим голосом. — У меня нет ни малейшего желания даже разговаривать с тобой, не говоря уж о чем-то большем. Тебе здесь не рады. — Она посмотрела на разбитое стекло на ковровой дорожке, на пятна разлитых ликеров и вин, затем перевела взгляд на неподвижное тело девочки.

— Немедленно, кратчайшим путем убирайся с моей территории. Если ты хочешь попасть на Средний запад, сделай круг или лети. Если ты снова войдешь на мою территорию, я тебя убью.

Она отпустила его и сделала шаг назад.

Госпожа, осторожнее.

Джейкоб ринулся вперед. Но даже с его способностью предвидеть то, что собирался сделать Карнал, он не мог соперничать в скорости с вампиром. С ревом Карнал накинулся на нее.

Когда он прыгнул, Лисса пригнулась, схватила его поперек туловища, подбросила и перевернула так, что он оказался лежащим на животе на дорожке и деревянном полу. Его лицо прижималось к осколкам разбитого стекла, а она держала его одной рукой за шею, а другой подобрала стрелу и водила ею по его спине.

— Думаешь, у тебя хватит сил меня сдержать, добиться меня? — Она стрелой разорвала рубашку, провела по спине, по ягодицам и уперла острие в гораздо более деликатное место: — А может быть, мне затрахать тебя этим так, что ты истечешь кровью?.. Связать тебя, чтобы ты не смог сбежать, и смотреть, наслаждаться? Ты хочешь этого? Хочешь? — Ее голос пугал переходами от мягкого мурлыканья до пугающего рычания. Карнал дернулся, когда она острием стрелы разорвала шов на брюках.