Алекс. Тень в Императорской Академии (СИ) - Рейнис Катарина

— Знаю! Вчера меня пытались доставить в следовательский отдел ТК, чудом удалось отпроситься. Теперь меня интересует вопрос: почему вы меня не сдали?

— Мотив?.. Что ж, если честно, сам не знаю, — кажется, мужчина был искренним. — Наверное, мне надоело, что ТК все время сует свой нос в дела моих студентов. Если в академии появляется маг жизни, его существование превращается в демоново Сероземье! Они контролируют все, от учёбы и контактов, до передвижений студента и его окружения. Они даже личную жизнь преподавателей проверяют! А ещё эти постоянные императорские проверяющие… Если бы я доложил, мне бы пять лет не было покоя. Поэтому… Да, это было мальчишество, но мне совершенно не стыдно!

— Значит, вы не будете против, если я все буду отрицать?

— Что? Как это?

— Скажем так, дядя хорошо обучил меня контролю собственной силы, — говорила, осторожно подбирая слова. — Думаю, я смогу скрыть большую часть резерва, чтобы его не заметили.

— Не выйдет, — отмахнулся мужчина. — Тебя проверят с помощью радужного камня. Его нельзя обмануть…

Я задумалась. Радужный камень? Что-то Джо рассказывал о нем, что-то я сама читала. Это артефакт, который должен сканировать резерв мага, при этом меняя оттенок от фиолетового до ярко-желтого по мере возрастания силы. Мне ещё никогда не приходилось с ним сталкиваться. Справлюсь ли?

— А у нас в академии, случайно, нет такого камешка? — спросила так, на всякий случай, даже не надеясь на положительный ответ.

— Есть, конечно, — хохотнул ректор. — Хотите потренироваться?

— Было бы отлично, — улыбнулась так же задорно.

Сказано — сделано. Артефакт оказался небольшим, примерно тридцать сантиметров (или один шух, как говорят здесь), хрустальным шаром, абсолютно прозрачным. Лиэрд ректор хранил его в большом серебряном ларце, оббитом изнутри мягкой тканью. Честно говоря, ожидала большего.

— Вперёд, — улыбнулся лиэрд Буршье. — Коснитесь и мы увидим ваш истинный потенциал.

Я напряглась. А надо ли мне раскрываться перед ректором? Не рискую ли я своей безопасностью и жизнью? Но любопытство, как известно, погубило кошку. Как же хочется проверить, был ли Джо прав, отправляя меня сюда? Может я вообще не маг жизни, а всего лишь сильный целитель? Надеюсь, я сейчас не совершаю огромную ошибку.

Зажмурилась со всей силы и коснулась шара. Камень, поначалу холодный, нагревался все сильнее и сильнее. По пальцам побежали мурашки, щекоча кожу. Приятно! Я так углубилась в ощущения, что вульгарный свист просто выбил меня из колеи, показалось, будто бы я снова прохожу сквозь Красный квартал. Передёрнула плечами и открыла глаза. Камень сиял ярким золотым светом, совсем как нити энергии, которые я использую при исцелении. И что это значит?

Перевела взгляд на ректора и содрогнулась всем телом, отнимая ладонь от шара. Мужчина смотрел на меня с таким вожделением, как голодавший месяц человек на кусок прожаренного сочного мяса. Отступила на шаг назад, от греха подальше. Лиэрд Буршье провожал каждое моё движение, напрягаясь всем телом, будто бы собирался пригнуть вслед за мной, если побегу. Ужас какой! Кажется, я перестаралась…

— Лиэрд ректор, — обратилась слегка дрожащим голосом, — с вами все в порядке?

Мужчина медленно кивнул, но жадный огонь в его глазах стихать не собирался. Что же мне делать? Может, это и есть то пагубное влияние на окружающих магии жизни? Джо рассказывал, что когда то из-за возможности владения хотя бы одним таким магом, разжигались войны, гибли целые королевства. Говорят, перенасыщение такой магией сродни наркотику, вызывает эйфорию и привыкание. Но, ведь когда человек ещё не привык, это как-то должно лечиться?

Ладно, возможно стоит скрыть свою энергию по максимуму? Вот бы опустить свой уровень хотя бы до зелёного… Что там Джо говорил? Нужно перекрыть каналы магическими заслонками. Чем больше перекрою, тем тоньше будет поток, и тем меньше должен показать радужный камень. Закрыла глаза, представила своё внутреннее солнышко и постаралась его запрятать поглубже. Сила яростно сопротивлялась. Она не понимала, за что её хотят запечатать, ведь она такая яркая и красивая, она такая теплая. Зачем куда-то уходить, если здесь её место? Они уже так сроднились, здесь она чувствует себя нужной, она приносит пользу, а там будет тесно, холодно и темно. Она не хочет назад!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Ого! Никогда не думала, что источник магии на самом деле живой! Я впервые попробовала прислушаться к нему, к его чувствам, к его эмоциям, и была искренне шокирована. В другой раз, я бы никогда не заперла свое солнышко блокирующими щитами, но сегодня у меня не было другого выхода. «Или так, или мы умрём!» И солнышко сдалось. В груди сразу же стало пусто и холодно, будто бы мне вырвали сердце. Так вот ты какое, магическое выгорание.

Я прикоснулась к шару, и он еле дотянул до синего спектра. Сработало! Я смогу обмануть всех и защитить себя, свою семью и свой источник. Спасибо, боги!

— Чему вы радуетесь? — услышала рядом сердитый голос. — С таким уровнем вы половину целительских заклинаний не вытяните. Вам нужно долго и усердно тренироваться, медитировать, а не веселиться и гулять по городу.

Я перевела шокированный взгляд на ректора и обомлела. Передо мной стоял, будто совсем другой человек: черты лица заострились, в глазах стылый холод, ноздри нервно раздуваются. Что с ним случилось?

— А?

— Хватит клювом щёлкать, господин Грейс. Идите и учитесь! Я вообще не понимаю, зачем вам было проверять свой уровень снова. Вы умны, но без прилежного старания можете вылететь из академии после первой же сессии!

Я, шокировано, кивнула, пытаясь поднять свою нижнюю челюсть с пола, и побежала к выходу. Это что же получается? Ректор потерял воспоминания о моем истинном источнике, как только перестал его видеть? Так вот как вы скрываетесь, маги жизни, дочери богини Дидилии!

27 глава

Алекс

Раян прилип ко мне банным листом, не оторвать. Как ему объяснить, что его присутствие ставит под угрозу всю мою конспирацию? Если он проболтается хоть словом, мне конец! Не хочу в кабалу, но ещё больше не хочу на плаху! Поэтому, когда мы уже приближались к зданию местной секретной службы, я очень убедительно просила его подождать меня снаружи. Парень был категорически против, но к счастью, внутрь его всё же не пропустили.

Вместе с сопровождающим меня молоденьким, но очень гордым, офицером мы поднялись на четвертый этаж. Мужчина, постучав и услышав приглашение войти, подтолкнул меня к огромной резной двери, а сам вернулся на пост.

— Здравствуйте, — несмело заглянула внутрь. За дверью оказалась просторная приёмная с огромным письменным столом, множеством стеллажей с папками и несколькими стульями для посетителей. Мы с Куро тихо проскользнули внутрь. — Меня зовут Алекс Грейс, вчера мне приказали явиться сюда.

Глаза в пол, движения неловкие, пальцы нервно перебирают пуговицы сюртука. Куро спрятался за мной, ну или попытался. Образ неуверенного, забитого сельского мальчика не раз выручал меня в этой жизни, будем надеяться, что и сейчас прокатит.

— А-а, — обрадовался худощавый, но жилистый мужчина лет тридцати, — Мы вас уже заждались. Проходите; я сейчас доложу. Лиэрд Азарийский уже давно вас ждет!

Азарийский? Я неосознанно напряглась? Который из них? Этих венценосных родственников что-то больно много развелось вокруг меня!

Через минуту меня пригласили внутрь. Первым делом, я четко ощутила неприятную атмосферу: в воздухе так и витало недовольство, злость, усталость. Серые тени прятались по углам, углубляя комнату и нагнетая страхи. Мрачное место! Хозяин оказался под стать своему кабинету: такой же мрачный, недовольный и серый. Мы некоторое время молча рассматривали друг друга, но тут меня привлекло шевеление в дальнем конце комнаты. Присмотревшись, не поверила собственным глазам: прислонившись бедром к столу и напыщенно задрав нос, на меня смотрел Измир Азарийский. А он что здесь делает?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})