История Варлаама (Скитник) - Камиль Зиганшин

-Ухожу из этой жизни счастливым. Знаю, все что берег эти годы будет сохранено. Одно меня тревожит - все это еще не скоро востребуется несчастной Россией. Поэтому вдвойне рад, что могу передать святые реликвии в надежные руки. Уверен, что именно тебя община определит наставником.

Ученый был страшно сконфужен такими словами:

-А правильно ли это будет? Знаю, что люди тянутся и доверяют мне, не считают меня чужим, тем более, что я по крови потомок основателя общины, но ваша община прошла столько испытаний, что будет более справедливым , если кто-нибудь из старожилов станет наставником.

-Спорить не зачем. Народ сам решит, но я так долго живу, что наперед знаю будущее. Мой тебе совет - держись в жизни правила простой справедливости и личной добросовестности. Во всех делах опирайся на Корнея. Хоть он не больно любит проводить время в молитвах, а любит болтаться по тайге среди зверья, но душа у него чистая, верная. Может потому и звери тянутся к нему. Ну да и он остепенится, тем более недавно женился.

Временами лицо старца озарялось счастливой блуждающей улыбкой. В такие минуты Ученый понимал, что мудрый учитель нравственности унесся в своих мыслях далеко. Подтверждая его догадку Маркел, ни к кому не обращаясь с чувством сказал:

-Эх, было времечко - не воротишь!

- Много тяжких испытаний ваша община перенесла, но не зря вы все это терпели. Вам не ведомо, а я видел своими глазами - богоненавистники в полное безумство впали. Богохульствуют, кощунствуют, прах и память предков оскверняют. Даже от Никоновских порядков отказались. Кресты порушили, дошли до разрушения Храмов Божьих. Господа гневают. Не может он бесконечно терпеть такого блуда в умах детей своих. Старое православие это твердыня, основа для возрождения российского народа.

-Верные слова. Не ошибся я в тебе, - одобрил старец Маркел, - потому старую веру и бережем, что она единственно приемлемая и правильная для России. Еще в самом начале раскола наши праведники предостерегали, что Никоновы новины не дадут для русского человека ничего, акромя отвращения от самой веры.

-Да, верно, старая вера была близка и понятна сердцу каждого. Чую, грядет пробуждение. Прозреют умы человеческие. Уверен, изгонят нечестивых слуг дьявола с земли русской. А нам надобно до поры еще пуще беречь основы православия, сохранить для России-матушки святые реликвии - символы веры истинной. Настанет время и востребуются они для возрождения истинного православия нашей многострадальной Родины преданной властными корыстолюбцами, христопродавцами,- с волнениями говорил Ученый.

Старец снял с шеи ключи от обитого железными полосками знаменитого сундука с хранящимися в нем староверческими святынями, златом фигурным и подал Ученому.

Ближе к вечеру старец послал за Корнеем. Он явился немедля и встал подле лежанки.

-Слышал я, чадо ты мое возлюбленное, нынешней ночью глас трубы смертной. Детей мне бог не дал. Ты мне всегда был вместо сына и вместо внука. С дедом твоим мы по завещанию великомученника князя Константина вели нашу общину сквозь все невзгоды и испытания. Хочу чтобы ты, чадо возлюбленное, предсмертные мои часы стоял у моего изголовья. Вся моя надежда на вас двоих. Я знаю, что ты Корней душой чист, но пристойно живи, люби ближнего и Господа своего, не возносись над людьми разумом и гордыней.

Осенил Корнея двумя перстами и сник от усталости и волнения. Смиренно глядя на лик Христа вытянулся в ожидании кончины, но силы вернулись ненадолго и он подал голос напоследок:

-Придет беда никогда не сдавайтесь. Боритесь до последнего вздоха и Создатель непременно дарует свою милость и спасение вам. Окажет Бог милость буду на том свете вашим ходатаем.

Ночью Маркел отошел в мир иной. Глубокие старческие морщины расправились и на лицо легла печать какой-то особой, свышеданной благодати.

Ученый подошел к всю ночь просидевшему у тела Старца Корнею. Сочувственно похлопал его по плечу.

-Да, дорогой друг. Все имеет свой конец. Человеческая жизнь к сожалению хрупка и недолговечна. В юности человек глуп, суетлив и растрачивает себя по мелочам. Позже приходит зрелость и ум. Появляются по-настоящему осознанные жизненные идеалы, стремления, но с ними же приходят сотни болячек, немощь-старость. Оглянешься, а за плечами нет ничего или же так мало, что начинаешь тосковать по напрасно ушедшей жизни.

Ученый строго следовал заветам Маркела и ладно вел большое общинное хозяйство. Нарушить установленный порядок было для него невозможным грехом.

Жизнь действительно не стоит на месте. Умерли состарившись Лютый и Снежок, но Корней привыкший всю жизнь возиться и общаться с дикими зверьми подобрал неизвестно по какой причине брошенного матерью медвежонка, быстро ставшего всеобщим любимцем. Его прозвали за потешную походку Потапычем.

Знамение небесное.

Однажды, в знойный летний полдень из-за хребта послышался легкий рокот и вскоре показалась черная точка. Она росла. Густым басом, словно рассерженный шмель она прогудела над головой превратившись в чудную четырехкрылую птицу с множеством глаз спереди и по бокам и двумя лапами. похожими на лодочки.

Всех скитников пронзила догадка.

-Неужто небесный посланник!?

Корней в это время находился в избе и вслушивался в нарастающий рокот с удивлением.

-Вода что ли поднимается на реке? С чего бы?, - подумал он, но рокот перерос в сильный грохот и Корней выскочил во двор.

Огромная механическая птица снижаясь пролетела над скитом и свернула к озеру, где, судя по тому что шмелиное гудение смолкло, села.

-Такая большая птица не сможет сесть на дерево! По лапам она водоплавающая. Пожалуй на озере села.

Несколько скитников с Корнеем пошли в сторону озера искать исполинскую птицу и понять, что означает ее появление. За ними увязался Потапыч. Он , на ходу читая послания ветра то забегал, смешно встряхивая заплывшим от жира задом вперед, то , найдя что-то интересное, ненадолго отставал.

Гидросамолет приводнился неудачно. Оба пилота и молоденькая девушка-врач были живы, но самолет, ударившись о чуть прикрытый водой камень, затонул. Люди добрались на резиновой лодке до берега и обсуждали куда им идти, в какой стороне они видели поселение.

В это время прямо на них выскочил косматый медведь. Девушка в ужасе завизжала. Пилот выхватил пистолет и выстрелил в упор. Пуля попала в плечо. Зверь протяжно заревел от боли и поднялся на задние лапы, обернулся к Корнею. В это время раздался второй выстрел. Потапыч недоуменно прижал лапу к пробитому сердцу. На его глазах навернулись слезы, изо рта потекла кровь.

Выбегающие из леса скитники закричали:

-Не стреляйте, не стреляйте! - но было поздно.

Медведь испустил дух.

Потрясенные староверы с ужасом смотрели на людей в странных одеждах и распростертого на земле Потапыча и долго не могли говорить, а только истово молились.

Да и не получался разговор. Люди с неба были без крестов, от них пахло табаком. Они говорили непонятные слова. Допытывались про дорогу в неведомый Новый город.

Вести нехристей в скит Корней не позволил и оставив продукты молвил им:

- Отсюда никуда не ходите. Завтра я вернусь и провожу вас к эвенкам, а уж они выведут туда, где много людей.

Ночью Корнею приснилось, что огромная четырехкрылая птица с лицом той красивой девушки пролетая над их часовней опускаясь схватила когтями Маркелов сундук и, изрыгая дым и пламя, скрылась за горами.

Корней в ужасе вскочил. Отворил окно. Над горами безмолвно мигали. Корней сел на кровать. Им овладело какое-то странное, неведомое ранее чувство. Зловещее предзнаменование. Глубоко в сердце пробуждалось страстное томление.