Аудиториум. Часть 2 - Алекс Хай

– Ты хоть с Благодатью, надеюсь? – проворчал Ленька.

– От меня сюрпризов не будет.

– Это хорошо. А то я аж весь горю. Этот Соколов меня чуть не вскипятил! – ябедничал артефакт. – Ну иди сюда, Коля-Колюшка.

Сперанский прикоснулся к банке, и Пантелеев крепко призадумался.

– Что-то не так? – после долгого молчания спросил лекарь.

– Да вот докумекать пытаюсь, как это так – стоит передо мной один, а должно быть трое.

– А, у меня еще брат и сестра есть. Не поступили.

– Жаль. Это большое упущение, – отозвался Ленька. – У вас, Коля, одна душа на троих. И сила тоже одна на троих. Коли вместе работаете, становитесь сильнее, а порознь слабеете. Химию изучал? Знаешь же, что бывают реакции, когда по отдельности элементы вполне себе непримечательные, а как смешаешь их – так кааааак бабахнет!

Голова выпучила безумные глаза и ухмыльнулась.

– Короче, Коля, в одиночку ты кой-чего могешь, но с братом и сестрой станешь куда сильнее. Нельзя вам разлучаться. Хочешь добиться успехов в Благодати – пусть они на следующий год поступят.

– А специализация?

– Да лекарь ты. Скучный душнила. Ничего в тебе интересного, когда ты один. Говорю же. Вот коли втроем придете – тогда скажу больше. Выясним, на что вы способны, когда объединитесь.

Сперанский отнял руки и чуть поклонился.

– Благодарю, Леонид Иванович.

– Ой, иди уже!

Я пристально вглядывался в лицо Коли и понимал – сказанное Головой его не удивило. Знал или догадывался? А может и сам понял – чай не один год вместе с Полей и Борей тренировались. Но эффект, конечно, был интересный. Осталось выяснить, насколько Сперанский просел в своем потенциале, оторвавшись от родни.

К тому моменту, когда вызвали Ирэн, я уже едва мог стоять на ногах и старался лишний раз не думать о мочевом пузыре, который был готов разорваться от утреннего кофе. Знай я, что это мероприятие так затянется, фигушки бы стал пить эту невкусную мочегонную бурду. Но когда вызвали Ирину, мучения отошли на второй план.

Подруга летящей походкой подошла к Голове и приложила маленькую ладошку к банке.

– Ишь какая краля, – сально улыбнулся Ленька. – Не бойся, милочка, иди ко мне. Я тебя не обижу. Люблю блондиночек. Ты же натуральная, да?

Ирэн кокетливо улыбнулась.

– Хороша девка, ничего не скажешь, – продолжал сыпать грубыми комплиментами Пантелеев. – И сколь красива, столь же сильна. Ты, Иришка, поздно расцвела, да?

– А это важно?

– Для женщин, одаренных Благодатью, важно, – внезапно отринул грубости артефакт. – Чем раньше расцветаешь, тем быстрее развивается сила. А ты у нас поздний цветочек. Так что ранг у тебя еще подрастет. Может до пятого, а то и до четвертого – точнее не скажу. И менталистка из тебя выйдет не просто толковая, а выдающаяся, коли головой работать будешь. Одна твоя беда – стоит вон там в строю. Ты будь поосторожнее, милая.

Афанасьев с ухмылкой покосился на меня.

– Значит, букетик еще не сорвал? – широко улыбнулся он.

– Гриш, заткнись. Не твоего ума дело.

– Ой, да я ж по-дружески. Ну да ладно, береги. Такой бриллиант и правда нужно сперва поместить в достойную оправу.

– Тоже мне ювелир нашелся, – огрызнулся я.

– Ювелир-не ювелир, а в резьбу попадаю.

Я приложил ладонь к лицу, испытывая испанский стыд. Угораздило же соседствовать с таким юношей. А ведь на испытаниях казался приличным человеком.

Ирка тем временем получила шевроны, вернулась в строй, и я с надеждой взглянул на наручные часы. Обед мы уже пропустили. Ну да ладно – лишь бы очереди в толчок не было.

После Ирэн вызвали еще двоих, и на том знакомство курса с Ленькой Пантелеевым завершилось. Когда в строй отправили последнего первокурсника, ректор поднялся со своего тронообразного стула, долил остатки коньяка в раствор и приказал унести артефакт.

– Итак, господа первокурсники, теперь вы – полноправные члены нашего сообщества, – обратился к нам Фрейд. – У нас принято, чтобы шевроны студенты пришивали самостоятельно. Поэтому утром мы ожидаем их на вас увидеть. А сейчас прошу в Трапезный зал, где для вас накрыт праздничный обед. После вас ждет экскурсия по учебному корпусу.

Едва двери распахнулись, я пулей вылетел на поиски туалета. И я, впрочем оказался не единственным – видел бы школьный физрук, как мы сейчас бежали. Едва успел – еще минута – и случился бы неминуемый конфуз.

Когда миссия была успешно выполнена, я нашел соседей, и вместе с ними мы направились в Трапезный зал.

Обед действительно закатили роскошный. Столы были уже накрыты, и я заметил, что на этот раз у каждого места была карточка с именем конкретного студента. Найдя свою и прочитав соседние, я понял, что нас распределили по группам – вероятно, так руководство надеялось дать нам возможность познакомиться.

Усевшись на скамейку между Колей и Серегой, я оглядел нашу группу. Денисов и княжичи держались особняком и вели себя осторожно. На всякий случай я придвинул тарелку поближе к себе – с этих моральных уродов станется плюнуть в салат.

Денисов вгрызся в бутерброд с красной икрой и, прожевав, уставился на группу.

– Сейчас нам предстоит решить, кто станет главным. Как оказалось, у нас аж целых два претендента на первенство.

– Это обязательно? – отозвалась Анна Грасс. Хотя она сменила прикид байкерши на аудиториумский мундир, но пирсинга не сняла, да и глаза подвела куда ярче дозволенного.

Закинув ногу на ногу, Марианна Перовская свысока оглядела остальных.

– Боюсь, что да. Выбирайте, господа, с кем будете. С нами, с элитой, – она обвела рукой воздух, обозначая свою компанию, – или с изгоями? Кто хочет быть презираемым изгоем, господа?

Глава 13

Одногруппники удивленно таращились на Денисова и троицу княжичей. Оно и понятно – мы еще толком познакомиться не успели, а эти бандиты, блин, уже начали передел власти.

Следовало брать ситуацию в свои руки.

– Господа, – громче, чем следовало, обратился я. – Сдается мне, вы несколько забегаете вперед. Сперва представимся друг другу, а затем, если тебе, Константин, приспичило побороться за звание альфа-самца, можем решить этот вопрос отдельно.

Денисов высокомерно улыбнулся и чуть подался вперед.

– Представиться – это хорошо. А вот один на один драться, Соколов, уже не получится. Ты ведь успел сколотить маленькую шайку – ишь как спелись. Я требую тех же условий.

– Денисов, ты совсем с глузду поехал? – не выдержала Грасс. – Какие к черту шайки? Граф ты или конь педальный? Ты зачем вообще в Аудиториум пошел?

Я едва заметно кивнул байкерше, и она демонстративно отвернулась, словно всем своим видом хотела показать, что была не с нами.

– Я