Боги от науки - Catherine de Froid

Надеемся, вы смиритесь с таким разочарованием.

С наилучшими пожеланиями,

[email protected]».

— Я была несправедлива к вам, Костя, — проговорила Галина Александровна, переведя дыхание. — Вы действительно удивительно точно умеете задавать вопросы.

— Ага, блин, — отозвался Костя. — Пардон.

Глава 7

«Не стоит исключать возможности, что вы всего лишь видите сон… А может быть, это все бред». Эти фразы не выходили из Костиной головы, как он ни забивал их задачами, научной фантастикой, музыкой и приключениями. Не могут боги или те, кто занимает их место, так писать. Слишком уж все это созвучно его мыслям. Значит, все это действительно может ему сниться.

Нет, все это не может быть сном. Таких последовательных снов не бывает, навыками осознанного сновидения Костя не интересовался. Но все же все происходящее слишком нереально.

«Делается элементарно, — пришла мысль. — Перемещаешься в свое прошлое, устраиваешь так, что эпохальной встречи не произойдет, и живешь. Если получится вернуться назад, значит, все правда. А если нет, то просыпаться когда–то все равно надо, хоть и трудно будет».

И Костя взялся за дело: ненавязчиво внушил сотне–другой двенадцатилеток и их родителей мысль поехать на Валдай на прошлое лето, заготовил программу, переносящую его в конец прошлого мая и стирающую память и отправился попрощаться со Степой и Женей — остальных он рассчитывал еще встретить.

— С первым апреля! — немедленно отреагировал Степа.

— Тьфу ты, я и забыл, — отмахнулся Костя. — Время так летит сразу во всех направлениях, что календарь из головы вон. Я серьезно.

— Ты серьезно хочешь прожить год, как самый обычный школьник?

— Как самый обычный вундеркинд. И не год, а только десять месяцев, как раз до сегодняшнего дня. Своим прошлым я имею право распоряжаться, как хочу.

— Ты кое–чего не учел, товарищ, — вмешался Женя. — Если ты заново проживешь свое прошлое, мы тоже должны будем это сделать. Иначе не отличишь субъективную версию реальности от фантомных воспоминаний, а ты именно это и хочешь сделать.

— Да, пожалуй, я погорячился. Спасибо, что вовремя отрезвили.

— О чем ты? Эксперимент получится хороший. Заодно узнаем, кто из нас чего стоит. Когда отправляешься?

— Через час.

— Хлебнем чаю на прощанье, и в путь.

— В путь.

«Костя, — зашептало в голове, когда мальчик активировал программу. — Костя — Костя, ты знаешь, что ты сейчас сделал? Ты скопировал реальность, если не всю нашу, то свою и всех твоих знакомых»

«За чей счет?»

«За свой, понятно. Теперь все сами за себя»

«Тогда отлично. Я же это уже, вроде бы, делал. Мне нормально»

«Тебе все нормально и по колено. Кажется, скоро у этого мира появится настоящий бог. Или не один…».

Последней реплики Костя уже не слышал. Может быть, кусок ее придется как раз на его возвращение, но лучше бы это не касалось его ушей.

«Забытое время, веселые боги и время идти от дороги к дороге, закручивать небо спиралью, коктейлем в крови…» — затянул у него в голове один не очень известный певец. А потом два времени наложились друг на друга.

Часть 9. Если б не было…

Глава 1

— Если б не было школ, до чего человек бы дошел… — мурлыкал себе под нос шестиклассник Костя.

Только что закончилось последнее в этом году — и вообще в школе — пение (где и разбирали эту песню). Осталось проучиться один день, потом забрать дневник и учебники — а потом настанет свобода.

Костя по привычке принялся смаковать планы на лето. Доучиться, потом наконец–то проспать часов двенадцать, потом погулять по жаркому городу в восемь утра и в десять вечера, прочитать десяток книг, пройти одну заманчивую игру… Неделя в городе, а потом — «гвоздь сезона»: поездка в лагерь «Валдайская Робинзонада».

Этот лагерь они с родителями нашли в Сети еще в апреле. В программе было проживание в палатках, сутки выживания среди дикой природы, поход, гребля, альпинизм… Своими начальными туристскими навыками и привычкой обходиться без цивилизации Костя немножко гордился — была раньше возможность ездить на дачу, где из развлечений был только лес с обилием ягод, — но все же немножко боялся, как боялся всего нового и любой отлучки от родителей. Ладно, это все будет еще только через неделю, а пока что надо не терять времени и вкушать радости лета, тепла и каникул: Костя недавно прочел «Вино из одуванчиков» и находился под впечатлением.

— Если б не было, если б не было, если б не было… — надрывался голос в голове. Костя еще не был настолько меломаном, чтобы совсем перестать обращать внимание на тексты песен, поэтому прислушался к себе: чего–то, казалось, действительно не было. Но чего?

Глава 2

Неделя каникул — это всегда немного. Только и успеешь — немного отоспаться и выйти из привычного ритма жизни. Не успел Костя оглянуться, как уже выходил из метро на станции «Парк Победы» с рюкзаком размером в добрую половину собственного роста. Впереди было восемь часов в автобусе, а если не повезет, то и все девять. Книг Костя набрал достаточно, но все равно приятного было мало.

У тех, кто организует доставку детей в «Робинзонаду», есть один пунктик: каждый должен сидеть строго в определенном автобусе на строго определенном месте. Костя не против: иначе пришлось бы навязывать кому–нибудь свое общество. Сейчас он садится рядом с мальчиком примерно его лет, карточка на шее которого (еще один пунктик) гласит: я, мол, Андрей.

— Привет.

— Привет. Можно не представляться?

— Сделай одолжение.

Восемь часов — это очень долго. Можно поспать, послушать музыку (если не знать, что в лагере нет почти ни одной розетки), прочитать половину взятых книг, наиграться до тошноты в «дурака» — или крепко так подружиться. Поэтому Костя без особых усилий попал сначала в один лагерь с Андреем, потом в один отряд и, наконец, в одну палатку.

Две недели смены — это совсем не срок, хотя и одолевает иногда тоска по родителям, которым и написать–то толком нельзя: сеть надо ловить несколько часов. Знаменитая «робинзонада» — сидение на «точке» впроголодь — длилась у младших всего четыре часа, поход — одну ночевку, отбой был уже в половину одиннадцатого. Но «настоящая Валдайская» погода — вечные дожди — компенсировала недостаток экстрима.

За смену Костя неожиданно для себя приобрел репутацию своего рода «классного клоуна». Сдавая зачет по гребле, он непременно советовал применить к этому делу грабли, на зачете по узлам безобидный узел проводник именовал «двойным полупроводником», двойной проводник — «заячьи уши» — орудием контролеров, а замысловатый грейпвайн, название которого переводится как «виноградное вино», — пьяным бредом. Он сыпал заковыристыми ругательствами героев многочисленных книг, уклонялся от отжиманий, не произнеся ни единого неприличного слова и искренне удивлялся, почему все вокруг хохочут. Все, что вылетало у него изо рта, он как будто уже когда–то слышал и говорил, сам, впрочем, не зная, когда и где.