Кровавыми тропами - Николай Свистунов

оружия нежити даст ему больше времени. Переходить на бой наручным клинком, снятым с чужехищника как-то уж совсем не хотелось. Оно-то выдержит, но останутся ли у меня после этого руки. Это серьезный вопрос.

Чернокожий напарник таких сомнений не имел. Прикрываясь щитом, он всадил клинки своего наруча в бок преторианца. В следующую секунду удар лапы наотмашь отправил его в полет, завершившейся встречей с боковой стеной. Оказавшись на полу, гость земли совершил попытку встать, но не смог. Видимо досталось ему серьезно. К афроэльфу тут же устремился лицехват, решивший воспользоваться беспомощностью жертвы, но его пронзила и пригвоздила к стене стрела не терявшей бдительности Светланы. Стрела раствориться от кислоты раньше, но можно надеяться, что паразит сдохнет раньше.

Я же тем временем, добавил по голове противника во второй раз. Вышло удачнее и оглушенного монстра повело в сторону. Он переступил, чтобы не упасть. Я замахнулся, чтобы с ударом подцепить ногу ксеноморфа и опрокинуть его, но не успел. Оля отвлеклась от отстрела лицехватов и выстрелила несколько раз пулевыми в голову моего противника. Этим воспользовался лицехват, прыгнувший мне в лицо и тут же обхвативший шею хвостом. Я каким-то чудом успел бросить оружие и сунуть между ним и ртом ладонь. Она моментально оказалась намертво прижата. Почувствовал сквозь защиту боевой формы удары яйцеклада в центр ладони. Силен зараза. Сжатыми зубами такой удар не удержишь. Войдёт вместе с выбитыми зубами. Возможно, он и руку бы пробил, если бы на ней не было защиты.

— Светка сдирай с него эту дрянь, — услышал я крик супруги.

Светлана принялась мне помогать, но это оказалось малоэффективно. Чёртова тварь не собиралась слезать, как бы мы её не рвали в три руки. Вдобавок он еще и пытался душить меня. Выходило не так эффективно, как если бы не было защиты, но определенный эффект имелся.

— Света займись делом! Я сам! — крикнул через руку, вдалбливаемую в рот, нащупывая на поясе бебут.

Не жатвенный кинжал всегда висел там и пригодился уже второй раз. Я сунул его под одну из лапок лицехвата и надавил рычагом. Хотелось попасть в сустав, но я ни черта не видел. Зато было слышно, как Дреф бьется сразу с двумя преторианцами. Вдруг не вытянет. Как показала практика, он силен, но не такой уж и могучий боец. Если у него не припасено что-то на такой случай, то может и не справится. Нужно было торопиться, а проклятая лапа не хотела поддаваться. Наконец, получилось, и я почувствовал, что на хитин на предплечье зажатой руки струйкой стекает кислота. В этот раз ее оказалось вполне достаточно, чтобы быстро прожечь биоброню Боевой формы вместе с искусственной кожей и псевдоплотью. Когда кислота добралась до моей руки, я заорал и сам бы оглох от собственного крика, если бы фейсхагер вдруг в тот момент прекратил затыкать мне рот. Это было действительно больно. Ни один порез, ни один ушиб или перелом, вообще ни одна ранее полученная мной рана не могла сравниться с этим. Даже боль от прекратившей мое продвижение в спорте травмы позвоночника, теперь была только на втором месте. Однако сознание не покинуло меня. Почему — не понимаю. Возможно, благодаря изменениям, полученным от Жатвы.

В полубезумном состоянии я стал бить тварь клинком в спину. Существовал серьёзный риск пробить её насквозь и угодить себе бебутом куда-нибудь в глаз, но я не отдавал отчёта действиям и бил со всей силы разлагающимся от кислоты простым оружием. Хорошо хоть хватило ума склониться вперед, чтобы кислота на грудь не лилась, а то бы сам себя так и сжёг едкой жидкостью насмерть. Отчаянные действия все же возымели эффект. Полумертвая тварь перестала сжимать горло. Я сумел ее сорвать отшвырнул прочь от себя подальше. В процессе задел карту, но в этот раз и в самом деле совершенно случайно.

Настройки распределения жизненной силы в группе не предусматривает ее получения никем, кроме лидера группы. Жизненная сила получена лидером группы.

Вот только до сообщений мне и было в тот момент. Я оказался готов просто отсечь себе руку и хорошо, что у меня в руках не было какого-нибудь меча. Даже верный полэкс оказался на полу подпорченный натекшей сверху кислотой. Конечность прожгло до кости и жгло дальше, хотя кислота потеряла большую часть силы. А что было бы, если бы я не просто порезал лапку, а отсек её? Такой струёй мне совсем бы пережгло конечность.

Глава 11

Глава 11:

Оля почти тут же приложила свою руку к моей руке, но не ране. Она легла чуть выше прожженной в наруче неаккуратной дыры. Я с трудом заставлял себя не дёргаться и не кричать. Стиснув зубы, смотрел как Дреф и оклемавшийся Гнеш дерутся с чужими. Ран хватало на всех четверых. Одна из рук шестилапа висела плетью, хотя броня вроде была в том месте цела. Царапин и сколов хватало в других местах. Чёрный пришелец припадал на одну ногу и держался одной рукой за ребра. Он старался держать дистанцию, но как его не прикончили, не понимаю. Один из ксеноморфов в дополнение к виденному ранее, лишился конечности. Второй таки заработал сквозную рану, но не от лучемета, а, похоже от телескопического копья. Лицехватов больше видно не было. Видимо кончились. Хоть одна радость. Светлана за отсутствием целей переключилась на одного из подранков и в его спине торчала пара, пока не вывалившихся стрел.

— Хватит Оля, — отстранил я супругу, как только перестало жечь и, бросив безнадёжно испорченный бебут, схватился за карту с подпорченным Зверобоем.

К моему неслыханному счастью оружие не стало упрямиться и призвалось. Видимо повреждения оказались только внешними и на работоспособности не сказались. Видимо вовремя я его в карту свернул и это помогло. Мушка стекла со ствола вместе с кислотой, но целиться и не требовалось. Я просто направил вертикалку на голову тому ксеноморфу, что был ранен посильнее и выстрелил с усилением. Пробил, оставив изрядную рытвину. Из раны потекло, но чудовище оказалось очень живучим. Однако монстра закачало, словно торчащий из пола маятник и этим воспользовался Дреф. Он извернулся и ударил в голову, почти в то же место, куда я попал, копьем хищника. И вот оно, подтверждая превосходство выдуманных космических технологий, пробило череп твари насквозь.

Шестилап крутнулся точно в балете и оказался за