Феникс - Анастасия Ястребцова

— Лучше скажи, у тебя получилось? — сменила тему Яра.

— Да. Но здесь призывать не буду — может спалить всё, — так же легко перешла на совершенно другой тон Ная, будто не она только что шипела не хуже змеи.

— Да ладно?! Ты приручили феникса?! — почти закричала Яра, неверяще глядя на другую предводительницу.

Та с улыбкой кивнула:

— Но пока у меня куча проблем из-за этого, и в городе я остаться не могу.

Между женщинами повисло напряжение.

— Опять уходишь? — по голосу Яры было не совсем понятно: она больше разозлилась или расстроилась.

— Да, — опустив голову, подтвердила Ная.

— Со сбродом хотя бы? — с надеждой спросила Яра.

— Да.

— Куда на этот раз? — с каждым новым вопросом эмоций на лице женщины становилось всё меньше.

— На поверхность, — Ная тоже всё больше переходила на нейтральный почти формальный тон.

— Понятно. Когда?

— Как только ребята будут готовы.

— Помощь нужна?

— Если у тебя есть лишний нормальный доспех, я была бы очень признательна.

— А с твоим что?

— Сгорел. Как и всё оружие и другие вещи.

— Голая и вали, раз магией пользоваться не умеешь! — вдруг рыкнула Яра.

— Ладно, у Кьяра попрошу, — равнодушно пожала плечами Ная.

— Чего? — Яра даже рот открыла от мгновенно вспыхнувшего негодования.

— А что? Деньги у него есть, и в помощи он мне не откажет, — Ная отвернулась, пряча хитрую улыбку.

— Да чтоб тебе в дебри измерений провалиться! Ставишь меня наравне с какой-то «озабоченной душой компании»?! — Яра задохнулась от возмущения.

— У каждого свои недостатки и свои сильные стороны… — отстранённо констатировала Ная.

— Своему стаду этот бред рассказывай!

Яра хлопнула дверью так, что над кроватью взметнулся балдахин. Ная рассмеялась.

— И что это было? — спросил, подойдя к своей предводительнице Эмиэль.

— Это было «я безумно переживаю за тебя и ужасно рада тебя видеть живой» на языке Яры, — тепло улыбнулась женщина, — скоро принесёт доспех и, скорее всего, что-нибудь из своего оружия.

Ещё раз глянув на несчастную дверь, мужчина решил, что понимать этот «язык» ему совершенно не обязательно и вернулся к тому, что было важно для него самого:

— А мы что теперь будем делать?

— Собери отряд, — в голосе Наи прозвучали гордость и радость, — устроим им сюрприз!

Эмиэль нашёл Асина в его комнате. Увидев его, мужчина сначала от души ударил Эмиэля в челюсть, а потом крепко обнял:

— Придурок! Знаешь, как мы волновались?!

— Прости, — в кои-то веки Эмиэль извинялся искренне, — можешь собрать остальных?

— Где Ная? — игнорируя просьбу, потребовал ответа на самый главный вопрос маг. — Я с места не сдвинусь, пока ты не скажешь, где она и что с ней!

— А я слова не скажу, пока здесь не будут все! — упёрся Эмиэль. — Посоревнуемся в упрямстве или сразу пойдешь?

Мужчины с вызовом уставились друг на друга.

— Ладно, — скрипя зубами, сдался Асин, понимая, что этот бой ему всё равно не выиграть, — дай мне час.

— Хорошо. Могу я здесь подождать? — улыбнулся Эмиэль.

— Конечно. Я ещё и дверь запечатаю, скотина… — Асин рыкнул и ушёл.

На самом деле он был счастлив видеть Эмиэля — раз этот своенравный строптивец вернулся и вёл себя как обычно, значит, можно было рассчитывать на лучшее.

Оставшись в комнате один, Эмиэль улыбнулся — он никогда не думал, что будет так рад видеть этого наглеца.

Прошло чуть больше часа, прежде чем Асин вернулся, ведя за собой Аэна, Ирана и Шиина.

— Кьяр сейчас тоже придёт, — улыбнулся маг.

— Где тебя демоны таскали?! — увидев Эмиэля, рявкнул с порога Иран. — Где Ная?!

Прежде чем тот успел ответить, в комнату влетел Кьяр, чуть не упав, споткнувшись о порог, но Эмиэль поймал его и ко всеобщему удивлению обнял. Танцор вместе с остальными недоуменно замер.

— Прости, — тихо произнёс Эмиэль возле его уха.

Теперь мужчина сожалел о том, как относился к Кьяру раньше. Совсем недавно ему казалось, что тот едва ли был достоин своей жизни, а сейчас он бы сам вызвал на арену любого, кто посмел бы сказать что-то подобное.

— Эмиэль, мне страшно! Мне кажется, когда твоё помутнение пройдёт, ты убьёшь меня, чтобы я никому об этом не рассказал! — нервно рассмеялся Кьяр, пытаясь хотя бы немного отстраниться, — Эмиэль сдавил ему рёбра так, что он почти не мог дышать.

— Слишком много свидетелей. Помолчи, пожалуйста, минуту, — улыбнулся Эмиэль.

— Ничего себе, как вежливо… — Кьяр окончательно растерялся, не зная, как себя вести с таким Эмиэлем, поэтому просто остался молча стоять в его непривычно сильных руках — обычно танцора обнимали только женщины.

Остальные были в таком шоке, что предпочли наблюдать, не вмешиваясь: чтобы Эмиэль одаривал Кьяра объятиями вместо подзатыльников — это было что-то за гранью реальности.

Однако Эмиэль так и не смог заставить себя сказать танцору, что чаще всего последние два месяца вспоминал именно о нём, потому что именно его помощь ему тогда нужна была больше всего. Проведя столько времени в тоннелях без своего отряда, он впервые осознал то, что Ная, кажется, знала с самого начала: каждый из них был ценен именно таким, каким он был.

Эмиэль отпустил Кьяра и, посмотрев на всех остальных в комнате, остановился взглядом на пустом месте. Он никогда особо не замечал Ариена и только теперь, когда того не было, почувствовал, что он тоже всегда был частью того единого целого, что они из себя представляли. Для тёмного эльфа, Ариен был слишком добрым и отзывчивым. Он часто смеялся, иногда в совершенно неподходящие моменты. Он не давал им поругаться: незаметно мирил, сглаживал любые конфликтные ситуации и относился ко всем с одинаковым вниманием. Вокруг него всегда была эта странная атмосфера, чем-то напоминающая атмосферу храма. Он видел этот мир как-то по-своему, непонятно, но он будто заполнял пространство между ними, создавая ощущение, что они все вместе, и все равны перед чем-то за пределами их