Леди Арт - Дарья Кей

Шерон подняла голову, когда услышала несмелые, тихие шаги. Эдвард держал руки в карманах брюк, голова его была опущена, губы — виновато сжаты. Он остановился напротив, не осмеливаясь взглянуть на неё. Шерон отвернулась, тихо шмыгая носом.

— Шер, прости…

Она молчала.

Эдвард нервно жестикулировал, словно пытался поймать нужные слова, и в итоге провёл рукой по волосам, убирая их со лба.

— Мне правда жаль, — прошептал он. — Ты прекрасна… Я… Я надеялся, что всё получится. Нам ведь было так хорошо. — Он зажмурился, горько улыбаясь и боясь, что сам может заплакать. — Но это… Я не знаю, что это, но оно сильнее.

— Зачем ты это говоришь? — спросила Шерон дрожащим голосом. — Ты не должен. Кто я, чтобы ты оправдывался…

— Шер, пожалуйста!

— Тебе больно это слышать? — Она рассмеялась, глядя на него полными слёз глазами. — Прости. Легче?

Шерон покачала головой и закрыла лицо руками. Эдвард замер, не зная, что сделать, а потом подался вперёд, желая как-то её утешить, прикоснуться, обнять, но Шерон замотала головой сильнее, и ему пришлось отступить.

— Всё кончено, Эд… — Она снова подняла на него заплаканные глаза. — Ты ведь знаешь это лучше меня! Счастье не построить там, где один будет несчастен. Я уеду…

Она поднялась с подоконника и пошла, обнимая себя за плечи, по тёмному коридору.

— Давай я тебя провожу!

Эдвард бросился за ней.

— Не надо, Эдвард, — глухо сказала Шерон.

Она ушла, не оборачиваясь, лишь остановилась в парке, увидев уснувшего на скамейке Джонатана. Видимо, попрощалась. Тот приподнялся, с непониманием глядя Шерон вслед, а потом, покачиваясь, встал. Эдвард с крыльца смотрел, как карета Шерон отбывает, и пошёл навстречу Джонатану: ему казалось, что тот вот-вот упадёт и расшибёт себе что-нибудь. Но Джон шёл на удивление уверенно. В одной его руке его была зажата бутылка вина, в другой — мундштук. Эдвард заметил разбросанные вокруг лавочки окурки.

— Шер уехала?.. — спросил Джонатан, глотая слова, хмурясь и смотря мимо Эдварда.

— Да, — грустно улыбнулся он. — Я сегодня всё испортил…

— Поздравляю! — пьяно рассмеялся Джонатан. — Значит, мы с тобой оба неудачники, Керрелл. Эми так и не приехала…

Джон забросил руку Эдварду на плечи, и они поплелись обратно в особняк.

* * *

Лиф долго смотрел на зашедшую в кафе девушку. Она быстро заказала кофе и, постукивая тонким зонтиком по полу, стала ждать. Тёмно-каштановые волосы её были собраны на затылке в аккуратный пучок с крошечными нежно-розовыми цветами, лицо обрамляли убранная за уши чёлка и две тонкие кудряшки. Лиф был уверен, что где-то её видел и что-то о ней знал. Он перебирал в голове всех девушек из Особого круга, которым мог бы так же идти зелёный, отливающий золотом на солнце, но имя не приходило. Лишь какая-то призрачная мысль на задворках сознания подсказывала: она имела какое-то отношение к Керреллу и, судя по недавним событиям, не к старшему.

Заметив его взгляд, девушка немного замешкалась, но всё же махнула рукой и снова отворнулась. Лиф посмотрел на чёрный крепкий кофе с коньяком, — коньяка в кружке было больше, чем кофе, — и нехотя поднялся. Если он не ошибся, то она могла знать что-то, что его интересовало. Он давно не следил за членами Особого круга, но такие новости упустить не мог.

Он подошёл к девушке и облокотился на деревянную стойку так, словно готов был на неё лечь.

— Здравствуй. — Он улыбнулся так широко, насколько только позволял рот.

— Здравствуй, Лиф. — Девушка бросила на него быстрый взгляд и благодарно улыбнулась подавшему ей кофе официанту.

— Я не ошибся: мы знакомы! Я тебя даже помню. Ты… — Он пощёлкал пальцами, пытаясь заставить имя всплыть в памяти.

— Шерон, — подсказала она.

— Точно! Девушка Эдварда Керрелла.

— Больше нет.

Коротко. Почти безразлично, и только нижняя губа её дрогнула.

Лиф покачал головой с таким видом, будто искренне сожалел, но выходило слишком театрально.

— Как жаль! Я-то думал, что он вот-вот женится на тебе!

Шерон поджала губы, опустила взгляд в чашку и тоже покачала головой.

— Прости, Лиф. Мне, кажется, пора.

Она была готова уйти, оставив кофе, но Лиф положил свою ладонь на её и, с участием заглядывая в лицо, спросил:

— Хочешь выпить?

Шерон, которую предложение застало врасплох, мотнула головой.

— Я не пью. Каким бы вкусным ни было то, что ты пьёшь.

— Тогда, — он поднял её чашку, — ты должна хотя бы допить свой кофе. Я не позволю тебе уйти просто так. Расскажи, в чём дело? Что у вас пошло не так?

— Ты наверняка знаешь, что произошло. Кто произошёл…

Шерон отвернулась, но не уходила, хотя Лиф её не держал. Он чуял, что ухватился за верную нить, но её нерешительность раздражала. Было же видно, насколько ей хочется выговориться, насколько её мучит то, что произошло. И как же она ломалась!

— Послушай, — Лиф заговорил низким шепотом, и было в его тоне что-то угрожающее, — ты меня не интересуешь. Как женщина. Иначе я бы удосужился запомнить твоё имя. Меня интересует другое. Я не могу гарантировать, но если тебя это успокоит, то твой рассказ может поломать уже не твоему принцу планы, если он осмелился их строить. Так что пройдём за мой столик и выпьем, даже если самым крепким в твоей кружке будет тоска по Керреллу.

Шерон повернулась к Лифу с таким выражением лица, будто готова была его ударить, но вместо этого лишь выдохнула и горько усмехнулась.

— Если ты платишь… — Лиф кивнул. — Тогда у меня есть несколько минут. И лучше, чтобы нас никто не видел.

— Не волнуйся. — Лиф быстро заказал Шерон ещё кофе, себе — ещё вермут и продолжил допрос, не скрывая интереса: — И кем же, говоришь, заинтересовался Керрелл?

— Ты знаешь. — Шерон поджала губы, приняла вторую кружку, и они с Лифом направились к его столику. Он каким-то образом умудрялся сохранять равновесие, лавируя со кружкой кофе в одной руке и полным бокалом в другой. Лишь один раз остановился, хлебнул и пошёл дальше.

— Верно, знаю. Но слухи из третьих уст — это одно, а пострадавшие и очевидцы — другое.

Столик Лифа стоял отдельно, в темноте под аркой, но оттуда был хороший вид и на дверь, и на стекло витрины, от которой арку закрывала полупрозрачная чёрная сетка, и на большую часть зала. Настоящее ложе для важных персон.

— Арт, — бросила Шерон и села.

На Лифа она уже не смотрела, а он, облизывая с губ только что выпитый вермут, сложил руки под подбородком, глядя в сторону. Глаза его горели интересом и идеей. Когда он впервые услышал от знакомых, что