Я балдею от его ямочек - Юлия Комольцева

– К черту!

Он заржал, как конь, готовый взбрыкнуть. И взбрыкнул на самом деле – отключился сразу.

Она тут же набрала его номер, чтобы высказать все, что думает. Например, так:

– Пообещал прийти, а сам скрываешься, как будто от позора! Ладно я, но остальные-то думают, что на самом деле деньги попер и пропал!

Или вот так:

– Ты понимаешь, что творишь?! Телефон отключил, как капризная девчонка! Можно подумать, я тебя преследую!

Нет, этого точно говорить не следовало. Ерунда какая-то! Лучше иначе:

– Я уж думала, больницы обзванивать и морги!

Вообще бред!

Пока все варианты с космической скоростью проносились в голове, из трубки занудело: «абонент вне доступа связи».

Лина дрожащими руками засунула телефон поглубже. Чтоб не шваркнуть в стену.

Баран! Осел! Король кретинов!

Вот как надо было сказать! И все!

– Вот это ты размялась! – Восхищенно присвистнул знакомый парнишка, – красная вся!

А Егор через минуту сделав кружок, заявил наоборот, что на ней лица нет.

Очень мило. Теперь она и без азарта, и без лица. Какая игра получиться, интересно?!

Получилось ничего себе, неожиданно так. Оказывается, злость вполне себе заменяет кураж. Злилась Лина на Мика, а забивала сопернице. На тебе, приговаривала мысленно, воображая, как лупит его по спине. Скалкой, допустим. Или по голове, по глупой, – ракеткой!

На, на!

Как ты со мной, так и я тебе!

А после игры, наблюдая за Егором, который еще бился, Лина вдруг подумала: чего это я злюсь-то? Радоваться же надо. Жив, здоров и невредим мальчик Вася Бородин! Так что ли в детских стишатах было? Ну и вот, живой Мик, – это главное. Здоровый более-менее, раз телефон в состоянии держать.

Остальное – детали несущественные. Почему он не появляется, зачем сотовый отключает, когда теперь они увидятся.

Ей же что важно было? Что с ним все в порядке.

Теперь она убедилась и может жить спокойно.

Может?

А то!

Мысленный диалог выходил плодотворным и оптимистическим.

Егор выиграл, как и ожидалось, и они, счастливые, отправились праздновать маленькую победу в ближайшее кафе. Чокнулись стаканами с соком. Лина сообщила радостную весть, что у Мика все нормально.

– Мне кажется, он больше у нас не появиться, – с сожалением заметил Егор.

– Почему это?

– Просто интуиция.

Она поежилась, представив, что он прав. Хотя, если вдуматься, лично для нее это шикарный выход. Знать, что с Миком все хорошо, но при этом не видеть его, не общаться. Не смущать и не смущаться самой. Она же знает, каково это – быть влюбленной без ответа. Она была на его месте.

– Он тебе нравится? – Спросила Лина у Егора. – Или ты просто ставил эксперимент от скуки?

– Ты же знаешь, что нравится. Вызывает уважение, по крайней мере. Пойдем, мне нужно Джонни забрать из школы.

По дороге Егор рассказывал про брата:

– Представляешь, он вчера три раза подряд смотрел Надаля с Джоковичем. Паузы делал, что-то рассматривал. Занял комп на весь вечер! Такой настырный, ужас!

Лина подумала, что Джонни тоже внушает уважение: своей талантливой игрой, упорством, усидчивостью, сложившимся уже характером – пусть и противным! Но многим не нравится.

Вообще, что такое это вот «нравится – не нравится»?!

С Миком ей было легко и приятно. Она скучала по нему. Шла с Егором, а скучала по Мику. Это нормально? Это, значит, он ей нравится?!

Лина сбоку посмотрела на взлохмаченный профиль Егора. Тут сомневаться не приходилось – ей нравилось на него смотреть. И говорить, и целоваться с ним.

А Мика целовать ей вовсе не хотелось. Перед глазами сразу вставал Егор – и все, не хотелось!

Вот бы сделать так, чтобы и ему расхотелось целовать ее. В смысле, Мику. Чтобы как раньше, он был просто друг, и не смущал ее своими черными глазищами, ямочкой, заигрыванием. Влюбился бы, например, в Карину. И они бы иногда гуляли все вчетвером. Очень взрослые, грамотные отношения.

– До вечера, ага? – Попрощался Егор.

Она впервые попрощалась с ним скомкано, спеша остаться наедине с собой.

Дома спросила деда:

– Что такое «солесито», не знаешь?

Он не знал.

Глава 13

После обеда за окном неожиданно и стремительно потемнело. Небо в лохмотьях угрожающе нависло над городом. Лина сразу потянулась к телефону.

– Егор, как у вас в центре?

Он ответил, что ужасно. Но это к лучшему – они могут отдыхать без зазрения совести.

– Давай хоть раз в клуб закатимся, а? Я тебя с друзьями познакомлю.

Это что-то новенькое. Следующий шаг, да?

Лина мысленно уже метнулась к гардеробу. Клуб это дело такое… ммм… непривычное… соответствовать надо, а у нее ни опыта, ни нарядов, ни подружек, чтобы посоветоваться…

Черт!

– Ты чего сопишь, Лин?

– Я не сопю. Не соплю. Тьфу ты, в общем, я пошла собираться.

– Да рано еще. Я за тобой часиков в восемь подъеду.

Ради такого случая он, вероятно, попросит у папы машину с водителем. Интересно, с Кариной они тоже так катались-развлекались?

Зачем про это думать, непонятно!

Лина перезвонила Егору уже через полчаса.

– Слушай, а нас вообще пустят туда?

– Куда?

– Ну в клуб твой. Мы же несовершеннолетние.

– Я же не в ночной тебя приглашаю. Успокойся! Просто развеемся.

Развеемся, ага.

Лина загнанной лошадью таскалась по квартире. От шкафа к зеркалу и обратно. И снова по кругу. Дед наблюдал из-под очков. Газета в его руках явно была не так увлекательна, как похождения внучки.

– Ты чего делаешь-то? – Не выдержал он.

Лина призналась, что готовится к свиданию. Дедушка поскреб затылок и, достав свой сотовый, прочитал вслух голосом диктора:

– Штормовое предупреждение. Опасность селей в горных районах. По Центральному округу ливни, грозы, ветер до 30 метров в секунду.

– И?

– Ты в окно глянь! Какое свидание? На Титанике если только…

Дед посмеялся скрипуче. Лина замерла напротив окна, за которым сплошным потоком лилась черная вода. Нет, вода все-таки не черная, наверное, это вокруг была темень. Хотя еще даже вечер не наступил полноценный!

Кошмар!

Она снова набрала Егора.

Он хмуро сообщил, что дурак.

– Тебя тоже не отпускают? – Догадалась Лина.

– Да дело даже не в этом. Я сам вижу, что творится. Дурак, что раньше к тебе не приехал. Теперь до завтра, понимаешь? Слушай, у нас тут во дворе такое… я сейчас фотку пришлю!

– Куда?! – Простонала она.

Егор вспомнив, что у нее ни компа, ни айфона, чертыхнулся. Они долго-долго болтали о том, что творится снаружи. А о том, что внутри, говорить было трудно. И не надо, должно быть.

Лина распахнула окно, и слова утонули в потоках воды. Шумело так, будто она стояла у водопада. Развеселившись, она кричала в трубку какие-то глупости. И Егор отвечал тем же, и тоже открыл окно нараспашку. Двое в затопленном городе, где реки выходили из берегов и плавали машины, смеялись от счастья.