Разлука не для нас - Элизабет Уолкер

Кортни поднялась.

— Ладно, — проговорила она, слегка коснувшись его плеча. — Не расстраивайся. Я уверена, все уладится. А сейчас мне пора домой.

— Кортни!.. — начал он, но тут же беспомощно замолчал. — Ну посуди сама, как бы я стал об этом рассказывать? И зачем? Я просто не хотел портить тебе настроение! Неужели ты не понимаешь?

— Пытаюсь понять. — Кортни выдавила из себя улыбку, но уголки губ ее тут же снова угрюмо опустились. — Знаешь, если бы это произошло неделю назад, я бы просто посмеялась… Впрочем, нет, смеяться не стала бы. Мне очень не нравится, что твоя новая знакомая воспринимает возникшую ситуацию так серьезно. Но, по крайней мере, это не поразило бы меня так, как сегодня… Эрик, ведь это случилось, когда мы уже лежали в постели! Мне это… не знаю… очень неприятно. У меня появилось чувство, что мы строим свои отношения на чужом несчастье… — Кортни хотела еще что-то добавить, но вместо этого нагнулась и начала собирать свои вещи. Голова у нее горела, ей хотелось поскорее убраться отсюда.

Эрик двинулся к ней.

— Кортни, не позволяй ей портить нашу жизнь! — настаивал он. — Она очень молода и, как все молодые, категорична. Кортни, мне очень жаль, что так получилось; но пойми, это недоразумение не имеет никакого отношения к тебе… к нам с тобой.

— Да, да, конечно, — торопливо отозвалась Кортни уже в дверях. — Я все понимаю. Но мне пора домой.

Кортни оделась в гостиной. Эрик не пошел за ней — уважая ее право на уединение, он ждал, пока она приведет себя в порядок. На кофейном столике стояло забытое шампанское, вазочки с конфетами и пирожными. Сердце Кортни сжалось. Эрик прав: нельзя принимать эту глупую историю так близко к сердцу. Почему же ей так тяжело, что жить не хочется? Снова, как когда-то с Питером, она чувствует, что бьется о глухую стену… Нет, об этом она подумает позже.

Через несколько минут Кортни была уже готова. Она слышала, как Эрик вышел на кухню, и хотела принести ему рубашку, но он появился в гостиной в свитере на голое тело, с двумя бокалами апельсинового сока, один из которых протянул ей.

— Спасибо, — кивнула она. Сок был холодным, терпким, с вязкой мякотью: Кортни жадно осушила бокал — горло у нее горело по-прежнему.

Эрик бесстрастно наблюдал за ней. Что бы он ни чувствовал — гнев, боль, разочарование — на лице не отражалось ничего.

Кортни одернула блейзер, не зная, куда девать руки.

— Домой я доеду одна. Машину можешь пригнать утром.

— Я тебя отвезу. — Он тоже надел пиджак и снял с крючка ключи от машины.

— Ты на меня сердишься? — спросила она.

— Нет, что ты.

Он взял ее под руку и вывел в холл, но на улице отпустил. В ноздри ей ударил пряный запах эвкалипта.

— Не забудь, что у меня в багажнике твой чемодан, — напомнил он.

— Не беспокойся, не забуду.

Они ехали в напряженном молчании. Глядя в окно, Кортни тщетно пыталась придумать нейтральную тему для разговора. Наконец, уже на Пасифик-роуд, она решила поговорить о деле:

— На следующей неделе я еду на два дня в Чикаго. Мне хотелось бы остановиться в каком-нибудь новом отеле.

Эрик бросил быстрый взгляд в ее сторону.

— А чем тебя не устраивает прежний?

— Он всем хорош, просто надоели большие отели. Я устала от бесконечных коридоров и безликих дверей с многозначными номерами. Хочется чего-нибудь маленького и уютного.

— Я слышал немало похвал гостинице «Уэбстер». Всего двадцать номеров, комфортабельные комнаты, доставка утренней газеты, качественное обслуживание. Подходит?

— Отлично. Звучит очень заманчиво. Я еще не определила дату отъезда; ближе к делу позвоню тебе и скажу.

Эрик не отвечал.

— Ты больше не хочешь со мной встречаться? — спросил он вдруг.

Кортни нервно сцепила руки на коленях.

— Сейчас — нет. Пока ты не уладишь эту историю. Согласись, в этом есть смысл.

— Никакого смысла не вижу, — мрачно отозвался Эрик.

— Но, Эрик, это твоя проблема, тебе ее и решать.

— Согласен. И я ее решу. Но мне и в голову не приходило, что ты покинешь меня при первой же неприятности. Бросишь из-за дурацкого недоразумения, в котором я ни сном, ни духом не виноват!

Сердце у Кортни упало куда-то в пустоту — но она не повернула головы.

— Ты хочешь сказать, что я не прошла проверки на прочность?

— Если хочешь, да.

— Извини, я сейчас не в настроении сдавать экзамены. — Ответ прозвучал резче, чем хотела Кортни, и она сама это заметила. — Прости. Я не хотела тебя обидеть. Я, кажется, сама не понимаю, что говорю. Конечно, мы будем встречаться, если ты хочешь. Только… на тех же условиях, что до сих пор.

Эрик протянул руку и сжал ее холодную ладонь.

— Хорошо, я согласен. Пока я не разберусь с этой историей.

Эрик, похоже, был уверен, что в два счета избавится от назойливой претендентки на свою руку. Но Кортни одолевали дурные предчувствия. У красивой юной девушки, твердо решившей заполучить мужчину, немало средств для достижения цели: молодость и красота— главные, но отнюдь не единственные. Эрик ни разу не назвал ее по имени. Может быть, таким способом он хотел превратить ее в бесплотный призрак; но Кортни с детства боялась привидений. Девушка без имени представлялась ей какой-то сказочной колдуньей, способной приворожить Эрика даже против его воли.

Машина подъехала к ее дому. Эрик открыл дверцу, помог Кортни выйти и поцеловал ее в лоб. Она в ответ крепко обняла его, стараясь прогнать мысль, что это, быть может, в последний раз.

— Чемодан, — напомнила она.

— Ах да!

Вместе с ней он поднялся на крыльцо и поставил чемодан у дверей.

— Я позвоню тебе завтра?

— Хорошо, — согласилась она и попыталась улыбнуться, но онемевшие губы не складывались в улыбку. — Доброй ночи, Эрик.

Протянув руку, он нежно погладил ее по пылающей щеке.

— Кортни, у тебя, кажется, жар. Ложись в постель и хорошенько выспись.

— Обязательно, — успокоила она его, хотя подозревала, что в эту ночь не заснет. Подождав, пока Эрик спустится с крыльца, Кортни захлопнула дверь, прислонилась к ней и несколько минут стояла так, тупо глядя в пустоту.

Самое смешное — хотя, может быть, это вовсе не смешно — ей почему-то казалось, что Эрик приютил у себя в ту ночь юношу. По телефону он говорил что-то о «путешественнике», и Кортни сразу представила себе паренька на спортивной машине и с удочками, который волнуется оттого, что не может позвонить домой, а мама там с ума сходит…

Значит, Эрик приехал к ней в аэропорт Сразу после обеда с той девушкой. И не сказал ни слова. Хорошо, он не хотел портить ей настроение при встрече. А потом? Они провели вместе целый вечер и болтали обо всем на свете. Почему же он не рассказал ей эту историю — хотя бы как забавный анекдот?