Стальной король - Девни Перри

Даже после горячего душа, маникюра и бессонной ночи я не могла понять, как это произошло. В один момент я стояла там, упиваясь честностью его слов, когда он сказал, что я не могу ему доверять. Я затихла от уязвимости в его голосе, когда он попросил, чтобы мы работали вместе. Когда его рот коснулся моего, все рациональные мысли исчезли.

Черт, о чем я думала? Не было никаких сомнений в том, что Дэш соблазнил меня. И какой же дурой я была, что позволила ему. В сексе я бы быстро разобралась. Это был просто секс. Два человека сошлись, чтобы почесать зуд. Напряжение между нами было горючим, и это был лишь вопрос времени, когда мы сломаемся. Секс не был проблемой.

Проблема была в том, что Дэш бросил меня, и я никогда не чувствовала себя настолько использованным.

Поверни замок, когда будешь выходить.

Ауч.

Вот почему в полночь я сразу же отправилась за тюбиком лака для ногтей.

В тусклом свете моей спальни красный цвет, который я выбрала, выглядел темнее. Теперь, когда я сидела средь бела дня, цвет совпадал с цветом машины, на которой Дэш трахал меня прошлой ночью.

Красный цвет горячего секса.

Вернувшись вечером домой, я выбросила почти новую бутылку.

Мне нужно было зайти внутрь. Прошло двадцать минут с тех пор, как я подъехала к школе, и я хотела попасть внутрь до того, как офис закроется на весь день. Школа ушла на лето, и, согласно их сайту, приемные часы заканчивались в три часа. У меня оставалось всего пятнадцать минут, но я стояла, уставившись на свои ногти.

Мои сексуальные ногти.

Все было смутно, но я была уверена, что поцарапала Дэша пару раз во время нашей выходки. Ублюдок. Жаль, что у меня не было крови.

Меня до крайности беспокоило, что я чувствую себя склизкой. Дэш был злодеем во всех отношениях, но разве это мешало мне глупо надеяться, что он выше этого? Нет. Мне было стыдно за себя. Не за секс.

За надежду.

Я была не чужда случайному сексу. Однажды я связалась с мужчиной с работы, младшим продюсером, который был настолько красив, насколько и дерзок. Мы начали спать вместе, а несколько недель спустя, когда мы лежали голые в постели, он спросил, не замолвлю ли я за него словечко перед исполнительным продюсером. Он хотел получить повышение и думал, что ночь с женщиной-ведущей может улучшить его шансы. Этот идиот действительно думал, что у меня есть какие-то рычаги влияния. Он не понимал, что я была всего лишь марионеткой для сети, симпатичным лицом, чтобы с улыбкой сообщать плохие новости.

Тогда я чувствовала себя использованной, но это было ничто по сравнению с тем, что я чувствовала сейчас.

Возможно, сегодняшний день был экстремальным, потому что я отпустила все свои запреты. Я полностью отдала свое тело Дэшу, позволив ему подвести меня к краю и подтолкнуть. Может быть, сегодня было больнее, потому что у меня никогда раньше не было такого всепоглощающего секса.

Он был сырым, грубым и изнуряющим. С этого момента и до конца моей жизни оргазм прошлой ночи будет мерилом для всех будущих сравнений.

Глупо, Брайс. Так чертовски глупо.

По правде говоря, Дэш предупреждал меня не доверять ему. Нежность между ног была пульсирующим напоминанием о моей ошибке.

Я не должна была идти в гараж. Я не должна была верить, что Дэш хочет перемирия. Когда прошлой ночью Дрейвена там не оказалось, мне следовало поджать хвост и бежать.

Вот только я недооценила Дэша и его способность очаровывать. Мое нетерпение оказалось моей слабостью, и Дэш с точностью воспользовался ею. Он даже заставил меня усомниться в том, что Дрейвен виновен в убийстве Амины.

Дрейвен был виновен. Разве нет? Этот человек не может быть невиновным, верно? Если только все это не было подстроено.

Сомнения метались по углам моего сознания весь день. Черт возьми, Дэш.

Я достала из сумочки желтый блокнот и взяла ручку из подстаканника. Перевернув его на свободную страницу, я написала одно слово большими печатными буквами.

МОТИВ

Какова была причина убийства Дрейвена? Мы можем установить его на месте преступления. Он занимался сексом с Аминой до того, как ее зарезали. Шеф Вагнер был крайне скрытен в деталях дела, но он сказал мне, что на месте преступления нашли орудие убийства — черный охотничий нож.

Это было средство и возможность. Но каков был мотив Дрейвена? Зачем ему убивать Амину Дейли, женщину, с которой он учился в школе и, насколько я могу судить, с тех пор почти не виделся?

Было ли это преступлением в порыве страсти? Возможно, Дрейвен использовал Амину так же, как Дэш использовал меня. Но вместо того, чтобы уйти через боковую дверь, как я, Амина разозлилась. Может, она разожгла его гнев, и он убил ее в порыве.

Как ни заманчиво было согласиться с этой теорией, она не сходилась.

Я не так много времени проводила рядом с Дрейвеном, но у меня было плотское знакомство с его сыном. У Дэша был талант выводить меня из себя. Мы нажимали друг на друга и срывали друг на друге злость. Но он не был вспыльчивым. Дэш был расчетливым и точным — черты, которым он, вероятно, научился у своего отца.

Мои глаза вернулись к слову на блокноте, покрутили его, посмотрели на него сбоку, сзади и вверх ногами.

Каков был мотив Дрейвена?

Я надеялась спросить его вчера вечером. Вместо этого я позволила Дэшу раздеть меня в гараже. Перемирие, блин.

Он казался искренним. Он никак не мог притвориться, что удовлетворен сексом. Так зачем было отшивать меня? Наверняка он знал, что это будет контрпродуктивно для предполагаемого перемирия.

Одно я знала точно — Кингстон Слейтер привел меня в замешательство. Использовать его для выяснения мотивов Дрейвена сейчас не представлялось возможным.

Значит, мне придется искать другой способ.

Когда Амина была убита, в номере мотеля было два человека: убийца и сама Амина. Она была ключом. Если Дрейвен невиновен, то ее прошлое может привести меня к истине.

Впервые за весь день я улыбнулась, повесила сумочку на плечо и направилась в школу. В вестибюле было пусто и тихо. Мои туфли гулко стучали, когда я шла к офису, помахав рукой секретарше, стоявшей у входа, — Саманте, если верить табличке на ее столе. — Здравствуйте.

— Здравствуйте. Чем я могу вам помочь? — спросила она.

— Я Брайс Райан. — Я протянула руку через стойку. — Я работаю в газете и надеялась, что вы сможете