Ты и только ты (СИ) - Хисамова Лилия

Я знала, что мне потребуются время и тонны терпения, чтобы понять, как обращаться с мужчиной, которого изнутри пожирают демоны. Но я также была уверена, что никто другой, кроме меня, не сможет пролить свет на глубину его души и помочь справиться с собственными страхами.

Рафаэль нёс на себе печать ужаса прошлого. И только в моих руках находится возможность сделать его будущее светлым, наполненным искренней любовью и заботой.

Через год мы вместе начали посещать психолога. Это решение далось не легко. Раф долго и упорно сопротивлялся. Но с поддержкой Борзова мне удалось убедить любимого решиться на этот важный шаг.

И результат дал о себе знать.

Чем больше мы обсуждали события, через которые нам пришлось пройти: наше детство, страхи и боль потери близких – тем легче было отпустить прошлое и жить дальше.

Немалую долю в нашей жизни продолжают играть БДСМ-практики.       Иногда мне кажется, что без этой составляющей Раф оступится и вновь превратится в безжалостного монстра. Тема, словно невидимый поводок, удерживает его на скользком краю пропасти.

Здесь, за закрытой дверью нашей спальни, он может позволить себе расслабиться. Дать выход скопившейся энергии. И просто быть собою.

В подобных сексуальных развлечениях Рафаэль получает то, чего в повседневной жизни не может себе позволить. Проявить слабость и быть зависимым.

Я никогда не была любителем острых ощущений. Поначалу мне было дико страшно, но жутко интересно. Какое-то время стыд и страх показаться извращенкой сдерживали мои порывы раскрыться полностью. Но любимый стал для меня искусным проводником в мир чувственных утех.

Удивительно, но именно наши сексуальные игры помогли мне поднять самооценку и, наконец, поверить в себя.

***

Три года спустя

Раф придёт с минуты на минуту.

Спешно зажигаю свечи на прикроватных тумбах. Выключаю в спальне свет и, уловив звук тяжёлых шагов в коридоре, спешу к двери.

Он уже здесь!

Сердце с грохотом рвётся наружу. Я так соскучилась, будто нас разделяли не несколько часов, а, как минимум, вечность.

Дверь медленно раскрывается, и я от предвкушения непроизвольно задерживаю дыхание.

Раф лениво переступает порог спальни. Я стою неподвижно.

Его взгляд даже в полутьме мгновенно находит меня.

Мужчина облизывает губу, рассматривая чёрные чулки, закреплённые бархатным поясом на моей талии, чёрные лакированные туфли с острыми шпильками. Кадык подёргивается, когда Раф нервно сглатывает, чуть дольше остановив взор на моей обнажённой груди.

Смотрит на меня таким голодным взглядом, будто год не видел женщину.

Его реакция льстит мне, заставляя сердце плавиться от восторга.

– Ты опоздал, – мой голос и выражение лица остаются серьёзными.

Раф больше никогда не принуждает меня к сексу.

Как мы выяснили, именно унижение и подчинение дарят ему сладострастное наслаждение и ни с чем не сравнимый трепет.

Чувство вины всегда требует наказания. И Рафаэль, позволяя мне стать госпожой, освобождает себя от этого неприятного, давящего на сердце ощущения.

– Накажи меня, – произносит хрипло и на короткий миг прикрывает глаза, делая глубокий вдох.

– На кровать, – повелеваю.

В голове уже крутится готовый сценарий.

С каждым шагом Раф проворно стягивает с себя одежду, словно зверь избавляется от сдерживаемых оков. Уже абсолютно голый, ложится спиной на постель. Возбуждённый. Готовый. И так же, как и я, сходящий с ума от предвкушения.

– Никаких рук, – обозначаю правила игры.

Я не связываю боксёра, но при этом твёрдо уверена, что он послушно будет подчиняться любому моему слову.

Поднимаюсь на кровать и, выпрямившись во весь рост, нависаю сверху. Получив абсолютную власть над его мощным телом, я открываю сундук с потаёнными эротическими фантазиями, выпустив их разом на волю.

– Закрой глаза.

Его веки слипаются, а уголки губ задевает едва заметная улыбка. Наглец подстёгивает меня ужесточить наказание, чтобы доказать серьёзность намерений.

– Хочешь меня?

– Очень, – с возбуждённой хрипотцой.

Остриём каблука вывожу тонкую дорожку по внутренней стороне его ступни.

– Ты готов к своему наказанию?

– Да, – ноздри мужчины раздуваются. Он дрожит от нетерпения.

Поднимаю ногу выше и провожу металлическим наконечником каблука по внутренней стороне мужского бедра, остановившись возле его яичек.

– Ты заслуживаешь самого жестокого наказания, Раф. Открой глаза, – заявляю самоуверенно.

Мощная грудная клетка останавливается. Мужчина лежит, затаив дыхание.

Раф не задерживает долго взгляд на одном месте. Неспешно скользит им по моему лицу, считывая все эмоции, затем по распущенным волосам, спускается к шее и груди и вновь возвращается к лицу.

За три года я научилась читать язык его тела. И сейчас вижу, как сильно Раф возбуждён. Он хочет отыметь меня дико. Яростно. До потери сознания.

Я заношу ногу выше. Провожу каблуком по идеальным кубикам пресса и мощной груди. А затем, раздвигая ноги, усаживаюсь прямо над его лицом.

Стыд? Смущение? Эти чувства уже давно забыты.

Мною управляют только вожделение и желание получить разрядку.

– Доставь мне удовольствие.

Раф прижимается ко мне всем ртом, прикасаясь кончиком языка к возбуждённому клитору. Начинает неспешно лизать и, проводя круги, проникать глубже. Жар моего тела возрастает за секунду. От его влажных поцелуев между ног всё горит и ритмично пульсирует, требуя добавки.

Я извиваюсь и стону до хрипа в голосе.

– Ооо… Да…

Он буквально засасывает меня, продолжая ритмично работать языком входя и выходя. От удовольствия кружится голова, и стены комнаты начинают раскачиваться из стороны в сторону.

Рафаэль таранит мою дырочку без остановки. Его лицо полностью в моём соку. Влажное, липкое. Пропитанное моим запахом.

– Ещё! Да, вот так! – я уже в миллиметре от счастья.

Но мой искуситель неожиданно замедляется. За секунду до долгожданного оргазма. Раф словно почувствовал наступление момента икс и специально прервал ласки, чтобы помучить меня. Изверг!

– Ты ещё не закончил! – смотрю на него возмущённо сверху вниз.

Раф обхватывает мои бёдра и рывком сбрасывает на кровать, навалившись сверху. Потом отвлекает меня нежным поцелуем, нагло перехватывая власть.

Теперь он “верхний”.

– Ты моя, – наклоняется к моему лицу, улыбаясь широко и хищно.

От вида его улыбки у меня каждый раз дух захватывает. Это нечто невероятное. Прекрасное. Абсолютно искреннее и ни с чем не сравнимое явление.

Каждая его улыбка – это мое личное достижение. Я дотошно собираю их в своей памяти, как ювелиры коллекционируют редкие камни.

Сильные пальцы ползут по моему бедру, задевая кромку чулок.

Я сдаюсь. Развожу ноги в стороны, в буквальном смысле истекая от желания ощутить его огромный член внутри себя.

Тело боксёра – это сплошное удовольствие. Чем бы он меня ни ласкал: руки, язык, губы – моё сердце поёт от счастья. Мне так хорошо рядом с этим мужчиной, что о большем нет смысла и мечтать.

Раф входит сразу до предела. Его член внутри меня. Такой большой, горячий, твёрдый. Двигается во мне быстро, не давая ровно дышать. Я утопаю в нём, теряю себя, превращаюсь в текучую бессознательную массу. С губ срываются крики. Он таранит меня жёстко. Мощно. Резко. До дрожи кончиков пальцев ног.

Раф наклоняется, чтобы поцеловать меня, и я охотно принимаю его, нападая с сумасшедшим пылом. Мне хочется зализать его, закусать.

Вкус наших поцелуев самый сладкий на свете. Им невозможно насладиться. Всегда будешь хотеть ещё и ещё.

Раф протягивает руку к тумбе и берёт оттуда свечу. Глядя на меня, дует на огонь. Я наблюдаю, как пламя на фитиле резко исчезает, и пропускаю момент, когда мне на грудь начинает литься горячий воск.

Громко вскрикиваю от обжигающей боли.

Раф кончиками пальцев растирает воск по моей коже и продолжает двигаться во мне как ошалелый.