Хозяйка кукол. Тайна забытых богов - Татьяна Устименко

Я отрицательно покачала головой.

– Правильно, – с облегчением вздохнул мой собеседник. – Нечего тебе там делать.

– Обломал мне всю малину, – скривилась я. – А я-то как раз хотела разузнать у тебя о входах в Лабиринт. Поверь, мне очень нужно…

– У тебя возникли какие-то проблемы? – снова проявил прозорливость нищий.

– А как же без них? – печально вздохнула я. – Иначе жизнь сказкой покажется, так неинтересно станет.

– Ты полагаешь, что создание и преодоление препятствий – это и есть смысл жизни?

– Нет, – честно призналась я, – но когда у тебя возникают проблемы, начинаешь сильнее ценить спокойную и сытую жизнь.

– Тоже верно, – кивнул Иржик. – Для молодой девушки ты иногда, – он хитро прищурился, – не загордись, я сказал – иногда, слишком здраво рассуждаешь.

Я польщенно улыбнулась. Почему-то, невзирая на свой запущенный вид, уродливое лицо и исходящую от него помоечную вонь, Иржик мне нравился. Очень сильно нравился.

Еще некоторое время мы мирно шагали бок о бок и молчали, пока я не вспомнила о главном:

– Скажи, а в этом Лабиринте можно найти нечто необычное? – Мне никак не давала покоя мысль о том, что Янош намеревается собрать щиты Темных ведьм.

– Необычное? – Во взгляде нищего появилась настороженность. – Насколько необычное?

– Максимально, – конкретизировала я.

Иржик неопределенно хмыкнул.

– Не тяни, ибо любопытство – одна из главных женских черт, – подначила его я.

– Много будешь знать – скоро состаришься! – не остался в долгу он.

– Чего? – У меня даже рот перекосился от удивления. – Что ты сказал?

– Хм, неудачно пробовал намекнуть: есть вещи, которые запрещены для активной сборки, – бродяга вздохнул. – Безымянная гильдия в момент ее официального признания подписала договор, который четко регламентирует, что можно делать ее мастерам, а что нельзя. Существует ряд артефактов, полностью запретных к сборке. Они никогда не выставляются у Леонардо или других продавцов. Но, разумеется, и их собирают, только проделывают это тихо, и не афишируя. Стоят такие куклы на порядок дороже всех прочих, применяются редко, крайне редко. Никому не хочется светиться в этом деле, но такое есть. Надумаешь – приходи, я познакомлю тебя с парой парней, способных найти нужные детали.

– А фраза про «состаришься»? – Я с трудом скрыла овладевшее мною волнение, ибо ею любил щеголять мой погибший брат. – Откуда ты ее знаешь?

– Ее? – Иржик растерянно поскреб свою лохматую макушку. – Да ведьмы ее знают – откуда, но в городе все так говорят. А что?

– Ладно, проехали, ничего особенного, – задумчиво протянула я. По городу уже афиши расклеены – до бала осталось две недели. Ждать некогда! Все-таки придется мне самой срочно лезть в Лабиринт, но Иржику совсем не обязательно об этом знать… – Договорились, присылай своих парней, – обаятельно улыбнулась я.

Нищий галантно поклонился, удивив меня еще раз.

– Пришлю, Лара.

Я удивленно приподняла бровь.

– Твое имя уже известно всей гильдии, – пояснил Иржик. – Слухами земля полнится, особенно такая маленькая и густонаселенная, как наша. Кстати, держись настороже, другие тоже узнали, кто ты на самом деле. Маги и кукольники у нас в цене, поэтому за тобой непременно начнут охотиться…

– Замечательно, только этого мне не хватало для полного счастья, – озабоченно констатировала я. Похоже, плакала моя спокойная жизнь, хотя после вступления в гильдию ее и так трудно считать таковой.

– А еще, не стоит при всех по-свойски походить к нищим и так долго стоять рядом с нами. Учти на будущее и мотай отсюда. – Он резко развернулся ко мне спиной и пошел прочь, что-то негромко насвистывая. Его напряженная осанка и уверенная походка стали своеобразным вызовом мне, призванным подчеркнуть показное безразличие как к моим проблемам в частности, так и к моей персоне в целом. Но почему-то я в это не верила. Я растерянно таращилась вслед странному нищему, а затем плюнула в сердцах и отправилась по своим делам. Ну и пожалуйста, без него обойдусь, сама со всем справлюсь. Мне от него ничего не надо, и гоняться за ним я не собираюсь. Сам ко мне приползет, как миленький. Конечно, если он не дурак, ведь умный мужчина ценит в женщине красоту и веселый нрав, зато мудрый – покладистый характер и отсутствие претензий.

Несколько десятков поворотов, почти час ходьбы, и я вышла к остаткам древней городской стены, опоясывающей приречные районы Праги.

О том, что это она, догадаться было нетрудно. Местами все еще высокая, сложенная из огромных каменных блоков, с явно ощущаемой магической составляющей. Потрясающе. Как жаль, что раньше я этого не видела. Мимолетный взгляд из окна кареты, при прохождении досмотра на воротах, совсем не то. Много потеряла. Я нагнулась, рассматривая темный провал подземного хода, виднеющийся у основания каменной кладки. Вход в Лабиринт. Сейчас я примерюсь, как поудобнее спуститься вниз и…

– Кто это тут у нас? – раздался сзади неприятный голос.

Я обернулась и обнаружила шестерых мужчин, стоящих неподалеку и разглядывающих меня с заинтересованным блеском в глазах. С недобрым таким блеском. Одетых непонятно во что, с дубинами и серебристой сетью, напоминающей рыболовную, в руках. Миленькая компания. Как пить дать – вылитые разбойники с большой дороги. Я тут же, чтобы разрешить возникшее недоразумение, показала им знак гильдии. Ох, не нравятся они мне, поэтому нужно уходить быстро и спокойно.

– Так ты еще и из гильдии? – обрадованно оскалился самый высокий. – Давненько мы таких золотых рыбок не ловили… – Он многозначительно потряс сетью.

Разбойники противно засмеялись.

«Очаровательно, – брезгливо ухмыльнувшись, подумала я. – Это что еще за отребье, игнорирующее статус Безымянной гильдии?» Я терялась в догадках, ошеломленная и напуганная. Они тем временем ловко окружили меня со всех сторон, беря в кольцо. Я растерянно хлопала ресницами и пятилась понемножку, отступая к самой стене. Впрочем, даже имея за спиной твердую опору, я ничуть не улучшила свое положение, честно говоря, с каждой секундой выглядящее все более угрожающим и безнадежным.

– Шли бы вы своей дорогой, пока можно разойтись миром, – предложила я, собираясь с мыслями и вспоминая пару подходящих под ситуацию заклинаний.

– Нет, девонька сладкая, мы только с тобой, – все так же противно засюсюкал тот же тип.

Наверное, этот заводила и вытащил нож первым. Огромный такой тесак. Я понимающе присвистнула: все, приплыли, называется. Туши свет, сливай воду.

Я резко выбросила руки перед собой, и огненная волна, сорвавшаяся с моих ладоней, смела троих. Остальные отпрянули, а я рванула вперед. В голове присутствовало только одно желание: выскользнуть из оцепления и бежать, бежать, бежать. На ходу я обернулась и наградила разбойников еще одним энергетическим ударом.

Земля и камни плавились у меня под ногами. Невыносимый жар обдал мне икры, сзади неслись истошные крики, противно пахло паленой плотью. Я торжествующе расхохоталась – все, выскользнула…

Я начала притормаживать, как вдруг на меня упала сеть – прочная, сплетенная из конского волоса, усиленного чем-то противомагическим. Пока я из нее выпутывалась, заворачиваясь лишь сильнее, меня кто-то ударил по голове, свалил на землю и потащил прочь. Затем я получила еще удар и частично утратила способность ориентироваться в пространстве. Перед глазами все плыло и качалось, контуры окружающих предметов и фигур утратили четкость… Надо мной склонилось злорадно перекошенное лицо верзилы-предводителя. Его плащ распахнулся, явив черную рясу, на груди отмеченную белым треугольником: знаком Светлой троицы. Я изумленно охнула. Низший брат, монах-церковник?

В душе нарастала дикая паника, и я попробовала взлететь, хотя никогда до этого дня не практиковалась в левитации. Мысли метались как птички в клетке, ибо я пыталась отгадать трудную загадку – кто сдал меня церковникам? О моем предполагаемом походе к стене знали четверо: Лаэн, Магнус, Янош и Леонардо. Ой, еще и Иржик, конечно, но вряд ли он успел столь оперативно кого-то известить. Выходит – предателем был один из тех четверых…

Мне действительно удалось немного воспарить над землей. Но жуткая боль, вызванная прикосновением сети, тут же свалила меня обратно. Приземлилась я на кого-то. Под руку подвернулся нож, я выхватила его из ножен и вонзила в противника. Разорвать, разодрать сеть стало мгновенным делом. Пластая ножом гибкие волокна, рыдая и задыхаясь, я вырвалась на свободу, упала сначала на колени, потом – плашмя и упрямо поползла вперед. Вонзала нож в землю, подтягивалась, вонзала снова. Через несколько минут я с превеликим трудом подняла себя с земли, ибо у меня болело все – начиная с волос и заканчивая пятками. У стены неподвижно вытянулось тело долговязого церковника. Кажется, я его убила!

Я прислонилась к каменным блокам, борясь с приступом головокружения. Во рту ощущался сладковатый привкус крови, перед глазами все плыло. Внезапно у меня возникло ощущение, будто каменная кладка расступилась, открывая небольшой круглый зал с алтарем посередине. На полу из черного мрамора плясали красноватые блики от факелов. И стены красные, цвета свежей крови… Зачем? Я пытливо прищурилась и вскрикнула, обнаружив лица – взирающие на меня со стен зала. Женские, сурово нахмуренные, грозные. Я истошно завопила. Нет. Только не это! Я вижу Темных ведьм. Это их лики пытливо глядят на меня со старинных фресок – притягивая к жертвенному алтарю, сочащемуся силой. Нет, только не это…