Логово дракона - Кэтрин Джордж

— А, тот самый Давид ап Гуилим, — нахально заявила Наоми, прижимаясь ближе.

— Бессовестная саксонка! Давид — типичный представитель средневековья, но его поэзия как нельзя лучше подходит к данному моменту.

Бран крепче обнял девушку и начал читать стихотворение своим глубоким и безумно волнующим голосом. Странно, но строки, написанные несколько веков назад, так подходили к случаю, будто Бран сам их только что сочинил.

— «Даруй мне, жизнь, любви благословенье, — медленно начал Бран, и у Наоми мурашки побежали по спине, — победный поцелуй и тела обнаженье…»

При этих словах он ловко сдернул с Наоми ночную сорочку. Его руки медленно двигались по ее телу, как бы желая запомнить каждый его изгиб.

— «…и долгих ласк немое упоенье, — хрипло продолжал он, — и наконец, двух душ соединенье».

Бран лежал, закрыв глаза. Потом гибким движением скользнул ниже, целуя ее высокую грудь. Наоми вскрикнула от наслаждения. Ее сердце билось как молот под его руками, которые нащупали заветное место, открытое для его ласк. Действия его настойчивых пальцев, губ и языка привели Наоми в экстаз, ее тело билось в конвульсиях страсти, а комната огласилась ее стонами и криками.

Бран ликующе засмеялся и притянул ее еще ближе, целуя с чувством победителя, покорившего цитадель. Наоми дико вцепилась в него.

— Маленький дьявол! — вскрикнул он, целуя ее, и застонал, потому что она наконец начала ласкать его там, где надо. Больше Бран Ллевеллин не мог оттягивать и наконец вошел в бухту, готовую принять его необузданную страсть. Их тела слились в гармоническом движении. Усилия Брана растянуть удовольствие не прошли даром, и Наоми испытала такое наслаждение, какое даже и представить не могла в самых вольных фантазиях.

Умиротворенная долгой любовной игрой, Наоми наслаждалась покоем в объятиях Брана.

— Если бы это описывалось в книжке, — сказал он, покрывая ее лицо поцелуями, — шок от такого наслаждения должен был бы вернуть мне зрение.

Наоми приподнялась и, опершись на локоть, откинула волосы у него со лба.

— А, понятно. Поэтому-то ты так и горел желанием заняться со мной любовью. Надеялся, что я сотворю чудесное исцеление!

Он вновь притянул ее к себе, запустив руку в ее волосы.

— Ох, ведьма, прекрасно же знаешь, что это не так. Просто если бы я не занялся с тобой любовью, то взорвался бы от желания. Только не говори, что мне бы этого не захотелось, если бы я мог тебя видеть.

Наоми тихо лежала в его объятиях, даже не пытаясь возражать. Потом встала и выключила свет.

— Ну вот, теперь и я не могу тебя видеть. — Она нежно провела рукой по его груди. — Пусть пальцы заменяют глаза.

— Если будешь продолжать, — сказал Бран, — я не отвечаю за последствия.

— Мне прекратить?

— Только попробуй!

Наоми засмеялась от обуявшего ее восторга, и Бран снова повалил ее на спину. На этот раз все происходило быстрее, но, пожалуй, даже более восхитительно и страстно. Потом они тихо лежали, взявшись за руки, утомленные настолько, что Наоми почти сразу же заснула крепким сном.

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

Проснуться на рассвете в объятиях Брана стало новым и опасно блаженным ощущением. Наоми лежала очень прямо, каждым нервом ощущая тепло его тела, щетку его густых волос у себя на плече. Она слегка двинулась, он что-то промямлил и крепче стиснул ее, и Наоми снова пришлось лежать тихо, оставив надежду подняться с постели. Только сейчас она может позволить себе удовольствие понежиться в его объятиях и забыть обо всем остальном мире. Мира сейчас просто не существует.

Наоми смотрела, как солнечный свет заполняет комнату, и как бы заново переживала события прошлой ночи, и вдруг до ее сознания дошло, что все испытанное ею блаженство — прямой результат несчастного случая с Хэйдном Гриффитсом. Господи, как он там? И когда Мейган позвонит, чтобы сообщить об этом?

Когда в начале восьмого зазвонил телефон, Наоми, хотя и ждала этого, вскочила как ошпаренная, потревожив Брана, который машинально стиснул ее. И когда Наоми положила ему палец на губу, он отпустил ее ровно настолько, чтобы она смогла дотянуться до трубки.

Голос Мейган звучал устало и обеспокоенно. Она сообщила, что Хэйдна оперировали и, хотя он все еще без сознания, выяснилось, что благодаря его крепкому сложению последствия травмы не будут такими ужасными, как предполагалось.

— Наоми, мне неловко тебя просить об этом, — говорила Мейган. — Но не могла бы ты справиться одна, если бы я осталась здесь с Талом еще на день? Понимаешь, он хочет дождаться, когда Хэйдн придет в себя. Это ужасная наглость с моей стороны, но не смогла бы ты приготовить что-нибудь для Брана…

— Мейган, ради Бога. Конечно, я все смогу, и не волнуйся за нас, — твердо заверила ее Наоми. — Я предупрежу Брана, что ты останешься в больнице. И не беспокойся, будь там, сколько потребуется. А я хорошенько позабочусь о Бране.

Мейган от души и со слезами в голосе поблагодарила девушку. И, передав привет Брану и дав указания Наоми, она заторопилась вернуться к мужу.

Наоми повесила трубку и попыталась выбраться из постели, но Бран удержал ее.

— Ни с места. Как там Хэйдн? — спросил он и внимательно выслушал отчет.

— Мейган еще позвонит позднее, — закончила Наоми.

Бран поцеловал ее в шею.

— Отлично. Я рад, что Хэйдн выкарабкался. А теперь мы со спокойной совестью можем повеселиться.

Наоми попыталась вывернуться.

— Ты волен делать все, что пожелаешь, — резко сказала она, — а у меня полно работы.

— Нет, — возразил он. — Нам выпала возможность провести великолепный день вдвоем, и будь я проклят, если позволю тебе потратить его в обществе этого чертова аппарата.

— Но…

— Никаких «но». — Бран закрыл ей рот поцелуем. — Наоми, — наконец сказал он тоном, от которого у Наоми мурашки пробежали по спине, — ты помнишь, что сказала?

— А что я сказала? — шепнула она.

— Ты обещала Мейган позаботиться обо мне.

— Конечно! — Наоми попыталась оттолкнуть его. — Послушай, Бран, если ты не отпустишь меня, я не смогу приготовить тебе завтрак, а именно это имела в виду Мейган, попросив меня позаботиться о тебе.

— К черту завтрак. Кто угодно способен приготовить для меня еду, но только ты, моя радость, можешь насытить мою душу.

Бран, конечно, дразнит ее, и ей нужно рассмеяться, думала Наоми, но вдруг из глаз ее брызнули слезы. Бран нахмурился, запустил руку в ее спутанные волосы и начал целовать вначале в щеки, потом в губы так настойчиво, что все мысли о еде исчезли из головы девушки и ответное желание зажглось в ее теле.