Ты и я - Натали Старк

Томас и Алекс кивали с заинтересованным видом. Лиз потащила их к ярмарочным лоткам, где были разложены многочисленные безделушки, и заявила, что она давно мечтала приобрести карты Таро и научиться ими пользоваться. Им пришлось выслушать длинную лекцию продававшего карты эльфа о принципах предсказания будущего.

После этого Лиз решила на некоторое время оставить их одних, чтобы подготовиться к выполнению оставшейся части плана. В это время она и встретила Нору.

Лиз нашла кусок белого картона, попросила у продавца сувениров красный маркер, которым он надписывал ценники, и, устроившись на подоконнике, аккуратно написала большими буквами «сеанс гадания закончен». Полюбовавшись на результат, Лиз спрятала картон в непрозрачный пакет и огляделась в поисках Томаса и Алекса.

Алекса нигде не было видно, а Томас, к счастью снявший свою ужасную маску, уже спешил к ней, пробираясь сквозь толпу.

— Он ушел? — расстроено спросила Лиз.

— Нет, он в баре.

— А он не уйдет?

— Я думаю, нет. Обещал мне побыть тут со мной пару часов. Сам не знаю, как я его убедил, что мне это действительно очень нужно.

— А вдруг он все-таки уйдет, пока мы здесь разговариваем? — встревожилась Лиз.

— Да нет, — успокоил ее Томас. — Я сказал, что иду помогать тебе, разбирать оставшиеся книги, а потом мы к нему присоединимся. Раз он обещал, что окажет мне моральную поддержку, значит не уйдет.

— Поддержку в чем? — не поняла Лиз.

— Ну… — смутился Томас, — я сказал ему, что совсем потерял голову от твоего присутствия и могу, как это обычно со мной бывает, начать нести какую-нибудь чушь.

— Значит, тебе пришлось притвориться влюбленным?

— Почему притвориться?.. — сказал Томас и смутился еще больше.

Он не решался поднять глаза и посмотреть на Лиз. А Лиз смотрела на него с улыбкой и испытывала непреодолимое желание нежно потрепать его по волосам…

— А что он там делает, в баре? — Лиз умело сменила тему.

— Пьет коктейль.

— А это… не опасно?

— В каком смысле? — не понял Томас.

— Помнится, как-то раз вы с горя напились, уж не знаю, коктейлей или чего-то еще…

— Ну не думаешь же ты, что мы алкоголики? — возмущенно спросил Томас. — Это и было-то раз в жизни.

— Я понимаю, но он сейчас тоже расстроен, и… мало ли что. Иди лучше присмотри за ним. Никаких ошибок быть не должно.

— Хорошо, — кивнул Томас. — А ты?

— А я подожду еще минут тридцать и пойду вешать табличку.

— Теперь главное — точность, — взял на себя командование Томас. — После того, как зайдет очередной посетитель, ты повесишь табличку и всех там разгонишь. Потом пройдет еще минут десять, пока этот посетитель будет находиться внутри, и, когда он выйдет, должны появиться мы с Алексом. Именно в этот момент.

— В этом-то и вся сложность, — вздохнула Лиз.

— Ничего сложного, — уверенно сказал Томас. — Мы просто будем следить за временем и делать все с точностью до минуты.

— Надеюсь, у нас получится, — сказала Лиз.

— Даже не сомневайся.

— Но как ты заставишь его пойти к гадалке.

— Что-нибудь придумаю. Если будет нужно, просто затолкаем его туда и закроем дверь. Хорошо бы иметь ключ.

Лиз опустила руку в потайной карман платья и продемонстрировала Томасу блестящий желтый ключ.

— Вот это да! — восхитился он. — Как тебе это удалось?

— Очень просто. Я помотала относить туда свечи… ну и прихватила ключ. Думаю, до конца праздника никто о нем не вспомнит.

— А еще я не понял… откуда ты его достала?

— А вот это тебе знать необязательно. — Лиз рассмеялась и легонько щелкнула его по носу.

— Ну что, сверим часы? — деловым тоном спросил Томас.

— Да, — отозвалась Лиз. — На удачу.

Она легко коснулась губами его щеки, и глаза Томаса засияли. Он посмотрел, как ее черное, чудесным образом облегающее фигуру платье исчезло в толпе, и отправился в бар.

9

Нора уже чувствовала себя утомленной и почти не получала удовольствия от предсказаний, когда в дверях появился странный посетитель. Он вошел нехотя, ей даже показалось, что его втолкнули и, что она слышала поворот ключа в замке. Но за дверью было очень шумно, и она решила, что ей померещилось.

Это был тот самый взломщик, вопрос о котором так неожиданно смутил Лиз. Он медленно подошел и опустился в кресло. Что-то в его фигуре показалось Норе знакомым, но она отогнала эти мысли. Она устала, но должна собраться с силами и предсказать этому незнакомцу что-нибудь не менее приятное, чем остальным посетителям.

Она смотрела на него из-под опущенных ресниц, и ее охватило странное ощущение нереальности происходящего. Как будто что-то идет не так, но что именно — непонятно.

— Дайте мне свою левую руку, — сказала она привычную фразу.

Он, заколебавшись на мгновение, протянул ей руку. Ощущение нереальности усилилось. Она уже видела эти линии, четкие, ровные. Эта рука… напоминает ей руку Алекса. Это же Алекс! Как она могла сразу его не узнать?!

Нора чуть не вскрикнула от своего неожиданного открытия, но сдержалась. Она смотрела на его руку и молчала. А потом вдруг произнесла:

— Вижу, что у вас все будет хорошо. Просто прекрасно. Вы любите замечательную девушку. Она любит вас. Вообще не понимаю, зачем вам ходить к гадалке.

Алекс медленно стянул с головы свою маскировочную шапку.

— Нора, извини, что я так вот ворвался. Я не хотел, правда. Я вообще не знал, что ты здесь. Это Томас…

Они смотрели друг на друга, не в силах разъединить связывающие их сейчас взгляды и не решаясь что-нибудь произнести и потревожить возникшее между ними удивительное чувство. Что это было за чувство? Они не задавали себе и друг другу этого вопроса…

— Как ты здесь оказался? — прошептала Нора.

— Ты самая прекрасная колдунья, — прошептал Томас.

Они улыбнулись друг другу, и Алекс взял в свои ладони теплые ладошки Норы.

— Я и не знал, что ты…

— Я думала…

Они снова начали говорить одновременно — и одновременно замолчали. Алекс придвинулся ближе к Норе. Теперь их колени соприкасались, и Нора почувствовала, что почему-то начинает дрожать. В горле стоял ком, а на глаза наворачивались слезы.

Алекс, такой близкий, родной, такой любимый, снова с ней, и ей невыразимо хорошо рядом с ним. Но все не так, как раньше. Они теперь не просто друзья. Все изменилось, и они оба это понимают. Его прикосновения теперь совсем другие. Его руки, такие большие, сильные и теплые, вызывают в ней непонятную дрожь, а его губы… они притягивают ее, заставляют мысли путаться, и ей все равно, что будет дальше, лишь бы он сидел с ней рядом, держал ее за руки… Она согласна, чтобы это длилось вечно.