Женская история Битлз - Кристина Фельдман-Баррет

позиция уже обсуждалась в подкасте BC The Beatles, темой которого стал гей-парад Pride-2020. Там две фанатки-лесбиянки из разных поколений рассказывали, что красота, обаяние и стиль «Битлз» привлекают их независимо от их сексуальной ориентации[195].

Наряду с Брикман участие фанаток-лесбиянок в культуре рок-музыки также рассматривают Арлин Стайн и Сью Уайз. Если Уайз мыслит в парадигме близкого ей фэндома Элвиса Пресли, где кумир воспринимается не как объект любовного интереса, а как «близкий друг», то Стайн видит в рок-музыке нечто, позволяющее идентифицировать ее с чуткой мужской силой. По ее мнению, участие в фэндоме таких рок-групп, как The Who, не только открывало «альтернативное видение гендера», но и «говорило о [ее, то есть фанатки] зачаточном лесбиянстве».

Брикман между тем отмечает, что даже при бесконечном муссировании темы андрогинных юношей на поп-эстраде мало кто задумывался, что у каких-то женщин из квир-сообщества интерес к группе вроде «Битлз» может возникнуть как раз по причине отражения в них «женской маскулинности». Но разве не это имел в виду американский колумнист Мюррей Кемптон, который в шестидесятые, говоря о своих впечатлениях от «Битлз», сравнивал их с «галереей выдающихся женщин XIX века […] конечно же, сильных женщин, без конца подвергавшихся нападкам за мужественность»?[196]

К 1970‐м годам стали все более четко оформляться проявления фемининности во всем их разнообразии, да и феминизм второй волны, о котором по разным поводам часто упоминали СМИ, набирал популярность среди девочек среднего и старшего подросткового возраста. Для некоторых поклонниц «Битлз» именно феминизм вдохнул новый смысл в их интерес к группе. Лене Тейлор (США, 1963 г. р.) особо отмечала, насколько искренне «Битлз» ценили свою женскую аудиторию и дорожили ею:

Они не открещивались от своих поклонниц как от тупых или глупых, а с мужской аудиторией не стремились заигрывать, стараясь казаться мрачными суперкрутыми мачо. Они излучали освежающую честность и веселье, кроме того, были очень хороши собой, но совсем в другом роде. Они хотели всех превратить в своих фанатов, но не навязывали при этом какой-то определенный внешний вид или модель поведения. И, конечно, у них была совершенно выдающаяся музыка; чтобы полюбить ее, не нужно было быть [искушенным] музыкальным снобом. Любить «Битлз» было легко! И любовь к Битлз — это то, чем женщина могла поделиться с другими женщинами, не рискуя быть осмеянной мужчинами-фанатами за посягательство на их территорию (риск, кстати, по-прежнему сохраняется)[197].

По мнению Лене, «Битлз» открыли для женщин-фанаток позитивное пространство, которое не смог разрушить даже элитаризм (или сексизм) со стороны некоторых фанатов-мужчин. Она подчеркивает, что «…сначала „Битлз“ вообще не воспринимались всерьез просто потому, что уж слишком они нравились женской аудитории; позднее мужчины будут постоянно пытаться приуменьшить значимость женского фэндома, утверждая, что «„Битлз“ нравятся женщинам исключительно потому, что они симпатичные ребята. Они действительно симпатичные ребята, но, при этом они и женщин не обижали»[198]. Отсюда возможен вывод, что в рамках преимущественно маскулинной рок-культуры декларативная гомосоциальность среди мужчин-фанатов «Битлз» противопоставляется более благожелательному по отношению к женщинам этосу самих исполнителей.

В 1970‐е «Битлз» по-прежнему присутствовали в культуре. Летом 1976 года, как вспоминает одна поклонница из Америки,

…сборник Rock and Roll Music, составленный и выпущенный компанией The Capitol Records, продавался на каждом углу, а композицию Got to Get You into My Life[199] без конца крутили на радио. Кроме того, Пол Маккартни со своей группой The Wings выступал по всей Америке, а их альбом Wings at the Speed of Sound (с синглом Silly Love Songs) занимает первые строки любых чартов. Вся эта музыка по радио, газетные и телевизионные репортажи о гастрольном туре The Wings, а потом заходишь купить мороженого и находишь какой-нибудь журнал без начала и конца, посвященный Полу Маккартни, а тебе двенадцать, но выглядишь на тринадцать, и начинается половодье подростковых гормонов, так что где уж тут было устоять?![200]

Выбор в пользу уже не существующей группы, обладавшей художественным авторитетом плюс романтической привлекательностью, позволял поклонницам выскользнуть из клинча между тинибопперками и рокершами; если и там, и там фанатки неизбежно стигматизировались как второстепенные (или второсортные) участницы музыкальной поп-культуры, «Битлз» давали им возможность чувствовать себя на первых ролях.

Double fantasies[201]: поклонницы второго поколения, 1980–1994

Эрин Гэннон (США, 1972 г. р.) вспоминает, как в детстве рассматривала коллекцию пластинок отца и обнаружила множество альбомов «Битлз» и «Роллинг Стоунз». Со временем она стала поклонницей обеих групп. Тианна Уикс (США, 1975 г. р.) и ее сестры также оказались «инфицированы» битлами и роллингами — любимыми группами родителей, — поскольку дома приемник был настроен на радиостанции, передающие нетленки и классический рок[202]. А вот Аманда Миллс (Новая Зеландия, 1976 г. р.) вспоминает, что до начала собственного увлечения «Битлз» — а оно пришло к ней в четырнадцать лет — считала, что это «…музыка поколения родителей». Ей вторит Кит О’Тул (США, 1972 г. р.), у которой с детства остался в памяти отец-музыкант, играющий на гитаре Michelle и Norwegian Wood. Поначалу она отвергала «Битлз» как музыку для пожилых, но вскоре ее взгляды изменились[203].

Для женщин, родившихся в период с конца шестидесятых до конца семидесятых, временной разрыв между «Битлз» и актуальной для них молодежной культурой всегда существовал как данность. Так возникли первые поклонницы, не имеющие личных воспоминаний о «Битлз» как о существовавшей группе. Они же первыми ощутили межпоколенческую составляющую битловского фэндома. Хотя музыка группы была вполне доступна дома, по радио или в магазинах грамзаписей, а молодежь где-то слышала либо их музыку, либо что-то про них самих, «Битлз» были для них анахронизмом. Чтобы узнать больше, потенциальным поклонницам нужно было отслеживать телевизионные трансляции сохранившихся кинофрагментов, искать публикации в журналах или газетах, свежие биографии. Если постараться, можно было найти целевые издания для поклонников, такие как журнал «Битлфэн». Когда в обиход вошли видеоплееры, можно было взять в видеопрокате или купить VHS-кассеты с фильмами «Битлз». Современные документальные фильмы, такие как «Полная история „Битлз“» (The Compleat Beatles) (1982), «Сегодня, двадцать лет спустя» (It Was Twenty Years Ago Today) (1987) и Imagine: John Lennon (1988) тоже могли предложить энтузиасткам второй волны что-то новенькое. Ну и в качестве художественной вишенки на информационном торте назовем американский байопик 1979 года «Рождение „Битлз“» (Birth of the Beatles) и фильм 1994 года «Пятый в квартете» (Backbeat), совместное производство Великобритании и Германии; первый повествует о становлении группы в Ливерпуле, второй — о гастролях в Гамбурге.

К началу 1980‐х новое поколение получило еще один способ приобщиться к