Тонкости эльфийской социологии - Татьяна Патрикова

– Даже спросить боюсь, кто у нас Шмель, – протянул Лучистый, с подозрением меня разглядывая.

Я вздохнул и поднялся на ноги, увлекая за собой мальчишку-оборотня. Он все так же преданно прижимался щекой к моей груди. Ну сущий ребенок! У меня младший брат когда-то точно так же любил прижиматься, пока родители не узнали о моих пагубных пристрастиях и… Я знаю, что они у меня не самые лучшие родители на свете, но в тот раз они превзошли сами себя. Это сейчас я уже как-то смирился и научился жить с их затаенной ненавистью, но тогда у меня просто в голове не укладывалось, как они могли подумать, что я мог как-то не так смотреть на Илюшку и с каким-то пошлым подтекстом его обнимать. Он же мой брат! Брат! Как?!

Мотнув головой, я вернулся к насущной проблеме.

Посмотрел на Карла, который все еще ждал моего ответа, потом на Лучистого. Тому вовремя подсуетившийся Ир уже указал на Корешеля, затесавшегося между зрителей, которые сейчас уже встали со своих мест, но расходиться не спешили, всем было интересно, чем закончится наша маленькая драма. Впрочем, после волшебного исцеления Алого, она уже не казалась такой драматичной.

– Я знаю, что в моем мире для маленьких гениев есть отдельные школы, в которых один среднестатистический класс они заканчивают за полгода, а то и меньше, и затем запросто поступают в институты на три-четыре года раньше, чем другие, самые обычные дети. Не знаю, как у вас тут со школами, но, по-моему, было бы логично устроить такой вот довузовский класс на базе университета.

– Для одного единственного ученика? – тут же перебил Карамелька с должной долей скепсиса в голосе и обратился к Тишке. – Я так понимаю, твой брат – не как ты, и по возрасту как раз подходит для первого курса?

– Да, – тихо прошептал мальчик и вдруг сказал, – Но я ведь не один такой.

– И сколько вас? – заинтересовался Карл.

– Я знаю еще четверых, но…

– Это еще не все? – спросил уже я и бросил взгляд на Ира. – Как думаешь, твое устройство, которое позволяет увидеть сущность того или иного существа, можно перенастроить?

– Чтобы улавливало еще и истинный возраст? – живо уточнил мерцающий.

– Минутку, – снова без спроса влез Карамелька. – Ты уже создал опытный образец?

– Даже два, – поделился Ир, насмешливо глядя на декана. – Один для себя, второй думал отдать Карлу, но, так сложилось, что отдал Иле. Ей нужней.

– А я? – тут же возмутился я.

– А тебе я сам про всех все скажу, если понадобится.

– И оно работает? – с подчеркнутым недоверием протянул Лучистый.

Ир насмешливо фыркнул. Запустил руку в карман и достал какой-то кругляш, напоминающий чеканную монетку. Протянул его эльфу. Скомандовал:

– Сожми в руке и смотри на меня. Внимательно смотри.

Эльф подчинился. А дальше, уже по тому, как начало вытягиваться его лицо, стало ясно, что устройство работает. И еще как!

– Ты… Ты…

– Да, Ириргавирус – мерцающий, – мягко сказал Карл, и отобрал у дезориентированного эльфа устройство Ира. Повертел в руке. – Никогда бы не подумал, что твой аналог Камней может быть таким маленьким…

– И удобным? – поддакнул я.

– Так вот, о твоем классе для вундеркиндов, – ловко сменил тему Карл, возвращая кругляш Иру, и посмотрел на меня, – Все бы хорошо. Идея кажется мне просто замечательной, но ведь сейчас далеко уже не начало года, поэтому я даже не знаю, кому могу поручить все вопросы по организации такого класса, – он кинул быстрый взгляд на Ира, но тот сразу же отрицательно покачал головой, ректор отвернулся и посмотрел на меня, – к тому же, твой Тихон – ты ведь так его имя перефразировал? – я кивнул, и ректор продолжил, – так вот, он учится на факультете классической магии и, как тебе уже сказал Ир, там не очень положительно относятся к нововведениям.

– А если я сам все обсужу с Микой?

– Не думаю, что она тебя послушает.

– Она ведь женщина, поэтому если давить на жалость…

– Она не женщина, – с какой-то странной интонацией бросил на это Карамелька. – Она – декан.

– Вот и отлично. В таком случае, я предлагаю тебе взять на себя организацию этого класса.

– Что? – опешил эльф и тут же вопросил, – Почему мне? – вот только сказал он это вовсе не так возмущенно, как, по идее, должен был. Я тут же за это ухватился.

– Потому что ты сам когда-то был таким же, разве нет? Только смелости не хватило обойти все ограничения и втайне поступить в университет раньше времени, – разумеется, это был выстрел в небо, но чутьё не подвело, и я попал.

Вот только прежде, чем эльф успел мне ответить, неожиданно заговорил Тишка. Горько и с робким отчаянием ребенка, который слишком рано осознал, что ждать подачек от судьбы давно не имеет смысла.

– Да какая тут смелость? Просто я не выжил бы без брата, поэтому… – он не договорил. Горло, по всей видимости, сдавило спазмом, и оборотень сильно закусил губу, чтобы снова откровенно не разреветься, но глаза у него и без того уже были на мокром месте.

– Я возьму их, – вдруг ровно и окончательно сказал Лучистый и посмотрел на Карла.

Тот вопросительно выгнул бровь, но его отвлек Ир, стоящий от него по другую руку.

– А я помогу ему со всеми сопутствующими бумагами.

– Вот и отлично! – возликовал я. – Снимай с нас поле, и мы с Тишкой идем извиняться.

– Перед кем? – изумленно выдохнул тот.

– Перед Алым, капитаном пантер, – сказал я и, глянув ему за спину, добавил. – Да и братца твоего не мешало бы успокоить, это его держат командоры?

Мальчишка резко обернулся. И, как и я, посмотрел на Барсика с Муркой, стоящих по обе стороны от высокого парня с полузвериными чертами частично трансформировавшегося лица. Зрелище, я вам скажу, было жутким. Но, кажется, не зря в меня Ир с утра почти литр выкуси-муся влил. Страха не было. Так, отметил про себя, что смотреть на такое мне не по нраву, и все.

Тишка тут же попытался метнуться к нему, но я удержал его за локоть. Нас все еще окружало поле Ира, которое не позволяло посторонним видеть и слышать нас. Для них все это пространство выглядело как компактное такое облачко белесого тумана.

Глянул на Ира – он кивнул мне и защиту снял. Тишка, отпущенный мной, тут же умчался к брату. Тот обнял его, крепко прижал к себе. Я пошел к ним, не оборачиваясь на ректора и Карамельку. Теперь-то они и без меня могли разобраться, что к чему.

Камюэль Барсим

Я не ожидал ничего экстраординарного. И все потому, что давно привык держать младшего брата в поле зрения. В одном только его отряде двое эльфов докладывали мне лично о состоянии дел. К тому же, на всякий пожарный случай у меня был припасен сторонний соглядатай, о котором двое других понятия не имели и, в отличии от них, он работал на меня по идейным соображениям, сразу же исключив финансовую сторону вопроса из наших отношений. Он считал меня другом, я же осознанно пользовался им, не испытывая дружеской привязанности, но уважая его уже за то, что он, даже понимая, что для меня он другом не является и никогда не будет являться, продолжал относиться ко мне со всей искренностью, на которую только был способен. Каково же было мое удивление, когда даже он предал меня. Вот то, что было самым неприятным.