Техномаг - Сухов

— Еще не успел, хотя от покупателей отбоя нет, — пошутил я.

Барри с облегчением вытер пот с лица:

— Правильно сделали, молодой человек. Предложения выгоднее моего вам никто не сделает, поскольку, я единственный, кто на сегодняшний момент имеет представление об истинной ценности вашего изобретения. Эти, так называемые, мои коллеги, только и норовят обмануть неопытных молодых людей, ограбить и ввергнуть в пучину нищеты! Разрешите поинтересоваться — кто из гильдии уже вел с вами переговоры?

Поскольку я знал всего одного представителя торговой гильдии, кроме гостя, пришлось назвать имя моего рогатого работодателя.

— Как, этот аферист и прощелыга снова объявился? Шесть лет о нем не было ни слуху, ни духу, и вот теперь он появляется в самый неподходящий момент, чтобы ограбить вас! Гоните его и никогда не приближайтесь к нему близко! — визитер соскочил со стула и забегал вокруг стола, размахивая руками.

— На мой взгляд, Дэв сделал весьма выгодное предложение, — я продолжал свой блеф.

— Сколько вам пообещал этот рогатый пройдоха?

— Он просил не распространяться об условиях сделки, но меня, скорее всего, они устроят.

Барри подскочил к столу и, грохнувшись в кресло, доверительно зашептал, как будто все стены были утыканы подслушивающими микрофонами:

— Обманет, видит Единый, обманет, не доверяйте ему.

— Барри, а что бы вы сами могли предложить? Может быть, ваши условия окажутся привлекательнее?

Гость сразу успокоился, оценивающе поглядел на меня своими пронзительными синими глазками:

— Миллион золотыми имперскими сразу, и пять процентов от прибыли в течение двадцати лет.

— Извините, но бес обещает больше. Давайте лучше выпьем, а потом разойдемся, я склонен принять предложение вашего коллеги.

— Сколько вы хотите? — сдался коммерсант.

— Десять миллионов сейчас, и четверть от выручки ежегодно без ограничения срока. Мои потомки тоже кушать захотят, так пусть помянут добрым словом дедушку, который обеспечил им эту возможность. К слову, я прошу у вас меньше, чем предложил бес за право производить сей нектар, исключительно из-за глубочайшей симпатии к вашей персоне. Скажу откровенно, я недавно в столице, и вы первый человек, который вызывает у меня безграничное доверие.

Барри аж заскрипел зубами:

— Никогда вам не поверю, что бессер предложил больше моего!

— Мы долго торговались с Дэвом. Он покинул номер перед самым вашим приходом. Процедуру торговли повторять заново с вами не собираюсь. Либо вы принимаете мои условия без дополнительной нервотрепки, либо мы разбегаемся, — я не узнавал себя — так нагло и бесстыдно врать в глаза кому-либо раньше мне не доводилось никогда.

Посетитель откинулся на спинку стула и закрыл глаза. Скорее всего, он взвешивал все за и против условий предложенных мной, через минуту он вышел из транса:

— Хорошо, я принимаю ваши условия целиком и полностью. Куда перечислять деньги?

Я протянул гостю кредитную карточку. Он, в свою очередь, передал мне два экземпляра договора, неизвестно откуда появившихся у него в руках. Бегло просмотрев бумаги, я небрежно черканул два раза, там, где положено, золотым "паркером", который услужливо одолжил новый компаньон. Выполнив, таким образом, формальности, один экземпляр я вернул Барри, оставив другой у себя.

— Только из-за глубочайшей симпатии и безграничного доверия к вашей персоне, — я начал повторяться, других славословий в адрес гостя на ум что-то не приходило.

Едва сдерживаясь от смеха, я положил кредитку на стол и громко произнес:

— Проверить и доложить о свежих поступлениях на указанный здесь счет!

Вместо ожидаемого девичьего голоса в воздухе раздался знакомый гнусавый баритон:

— Минуту назад на ваше имя поступило десять миллионов империалов золотом, теперь общая сумма…

— Достаточно! — прервал я голос — посторонним не обязательно знать о состоянии моего кошелька.

Я показал гостю рукой на стул:

— А теперь неплохо было бы обмыть сделку.

— Извините, дорогой компаньон, у меня еще куча дел. Время — деньги!

Я взял со стола медаль, подошел к гостю и повесил награду на его шею.

— В ознаменование начала нашего плодотворного сотрудничества — дарю!

Барри никак не отреагировал на столь щедрый подарок, помахав договором, он бросил в воздух:

— Ты все видел? Начинай рекламную кампанию! Про огурчики не забудь!

— Я воль эксцеленсе! Уже начал! — донеслось откуда-то из-под потолка.

Видя такую активность компаньона, мне стало понятно — дело в надежных руках. Уже в спину убегающему гостю крикнул:

— До встречи на собрании акционеров через год! Желаю вам удачи! Ауфидерзейн!

Насвистывая бравурный марш, Барри покинул номер, так и не попрощавшись.

Глава 7

Утро началось с истошных воплей патрона. Едва продрав глаза, я увидел на экране рогатого друга исходящего в диком крике. Бессвязные фразы насчет колоссальных убытков, полного разорения и, в конечном итоге, нищенской сумы, грозящих моему работодателю, со сна неприятно резали уши.

— Дэв, прекрати истерику и успокойся, через десять минут я буду готов выслушать твои претензии, — приказал отключить связь.

Через указанный промежуток времени я сидел за столом, сервированным к завтраку, бестелесной гостиничной прислугой и размышлял: позавтракать сначала, или обсудить возникшие проблемы с боссом до приема пищи? О причинах, вызвавших столь бурный гнев беса, я конечно же догадывался. Наконец, решил совместить приятное с неприятным — велел восстановить связь с партнером и приступил к завтраку.

— Сергей, ты неблагодарная скотина! — начал бес. — Почему ты продал патент этому вертлявому пройдохе, этому бездарю, способному облапошить лишь такого лоха, как ты? Неужели тебе не пришла в голову мысль, что на этом свете есть единственное существо, способное позаботиться о тебе в трудную минуту, дать мудрый совет, защитить твои интересы, наконец! Упустить такое дело! Но не все еще потеряно. В течение трех дней ты можешь расторгнуть контракт, возместив убытки этому вору интеллектуальной собственности, недоношенному ублюдку Барри.

Бес собирался еще долго ублажать мой слух эпитетами в адрес собрата по купеческому цеху, пришлось прервать поток его бурных словоизлияний:

— Я не понимаю и не принимаю твоих претензий! Ты мне кто: отец родной или брат, на худой конец — дядя? Почему ты хочешь взвалить груз моих проблем на свои хрупкие плечи? И, вообще, кто дал тебе право совать свой горбатый клюв в мои личные дела?