Сердце Изнанки (СИ) - Еленец Ксения

Егор создавал разлом.

Глава 12

Они вывалились в грязный сугроб между двумя мусорными контейнерами и замерли, настороженно глядя друг на друга. Где-то в вышине, под самыми крышами ярился ветер. Дёргал плохо прикрепленные металлические листы, бросал в окна пригоршни колючих крупных снежинок, свистел, проносясь по узкой подворотне и раздраженно рычал, утыкаясь в глухую стену. А в ушах Влада не желал затихать вой гиганта, второй раз за день упустившего добычу.

Пролезть в разлом тварь не сумела — слишком солидные габариты — но даже сейчас было видно, как разрыв границ между мирами дрожит от ударов огромных ладоней. Гигант ярился, колотил кулаками по земле, но пробить разлом силой не мог.

В отличие от некого одарённого, разорвавшего ткань реальности буквально голыми руками.

— Как? — тихо спросил Влад.

Мизансцена была пикантной. Подворотня между двух высоток, в одной из которых судя по запахам и грохоту музыки, располагалась забегаловка, сугробы сваленного, казалось, со всей округи грязного-серого снега, протоптанная к бакам дорожка, мусорные пакеты, не долетевшие до конечной точки, разворошенные бродячими собаками. И двое молодых людей, грязных, в изорванной одежде, помятых, органично вписывающихся в окружение.

— Это пробочка от дара, — Егор не стал отпираться. Не после того, как открыл разлом прямо на глазах Влада. — Побочные способности в той или иной мере есть практически у всех. Кто-то меняет внешность, кто-то читает мысли, кто-то видит сквозь стены. Этот дар в отличие от магии, не требует силы от Изнанки. Он черпает её прямиком из человека.

— Ты поэтому выглядишь так, словно скоро отбросишь коньки? — поднял бровь Влад. На самом деле, в реальности одарённый посвежел. На щеках появился румянец, а провалы глаз перестали казаться такими бездонными. Но образ отключающегося прямо на бегу напарника, оседающего на землю безвольной грудой мяса и костей будто отпечатался на внутренней поверхности век и уходить из головы не желал.

— Нет, — отрезал Егор, поднимаясь на ноги. Он всё ещё слегка покачивался, но выглядел вполне себе жизнеспособным. — Разломы почти не отнимают у меня сил. Я могу превратить реальность в мелкое сито и даже не вспотею.

Последнюю фразу Егор практически прокричал, кривя губы в истерически-весёлой гримасе и внезапно замолчал, захлебнувшись собственными словами. Словно только что понял смысл произнесённой фразы.

— Ты находка для Чистой крови, — криво усмехнулся Влад. Он тоже поднялся и теперь стоял, скрестя руки на груди и набычившись, готовый обороняться и нападать. — Идеальный террорист.

— Я один из тех, кого они жаждут перевешать на ближайших берёзах, — Егор отзеркалил ухмылку и позу.

Напряжённые, сжавшиеся, как перед прыжком, с раздувающимися ноздрями, они походили на двух помойных котов, не поделивших рыбью голову.

— Разлом в депо твоих рук дело? — Влад практически утверждал. Ему даже не нужен был неуверенный кивок, подтверждающий догадку. Говорящий, что их первая встреча у метро была продуманным, пусть и вышедшим из-под контроля, фарсом. — Почему Двоедушник?

— Тебя это не касается, — процедил Егор, отворачиваясь. Влад рассеянно отметил, что куда-то попал. Ранил в этом странном словесном морском бое, но не понимает пока, в какую сторону продолжать нападение.

— Хромой знает? — вот теперь Егор вздрогнул, бросив на поисковика затравленный взгляд и Влад сам себя поправил. — Ну да, конечно не знает. Иначе не стал бы организовывать нам туристические маршруты. Ты бы открыл разлом прямо на центральной площади, и вы под ручку отправились бы в гости к своей Морене. Кстати, почему ты сам так не сделал? Она ведь тебе зачем-то нужна. Так сильно, что ты готов был топить незнакомых людей и ступать по их головам, как по болотным кочкам.

— Мозгами пошевели, — Егор разозлился. Глаза его сузились, крылья носа заострились. Он понимал, что Влад прав, но от этого беленился лишь сильнее. — Никто не знает, где там безопасные места. Если бы я создал разлом на площади, угодил бы в ту лужу, из которой выбрался гигант. Мне нужно было, чтобы кто-то проверил дорогу прежде чем самому туда идти.

— И ты позволил Хромому угробить уйму моих предшественников, чтобы найти безопасный путь, — удовлетворённо кивнул Влад. Егор дёрнулся, словно от пощёчины, сжал губы, но промолчал. — А меня зачем проверять полез? Стало интересно, чей труп станет новой плиточкой в твоей дороге?

— Увидел ник Щепкина, — буркнул Егор, так же не поворачивая головы. — Этот сыч обычно интересуется только тем, что может пощупать. Значит ошейник Морены, про который он спрашивал, попал ему в руки. Вернее, я подумал, что на шею. Хотел подкараулить и расспросить. В реальности он не стал бы откровенничать, у нас сложные взаимоотношения. А заявился ты.

— Прости, что нарушил твои планы, — насмешливо повинился Влад. Мысль о том, что Егор знаком со Стасом он решил обдумать позже. Возможно, привлекая к процессу Щепкина. — Скажи тогда последнее. Почему ты не открыл разлом, когда мы болтались на нижнем слое Изнанки, когда бегали от умрунов, когда торчали, совершенно беззащитные, в полуразрушенном здании?

— Потому что ты вертелся рядом, — ответ был до предельного честным и совершенно рациональным, но Влад всё равно ощутил досаду. Это он дурак, который тащил малознакомого попутчика на горбу по нижнему слою Изнанки, это он понёсся вытаскивать из пастей умрунов чужую девчонку, пусть и перепутав её поначалу с собственной сестрой, это он не стал бросать сомлевшего напарника под ногами гиганта. Хотя, в последнем случае нельзя сказать, что поисковик сыграл Егору на руку. Последуй Влад за Надеждой, одарённый мог спокойно, без свидетелей, открыть разлом и сбежать, а Влад не стал бы обладателем чужого секрета и нового иррационального разочарования в людях.

Одарённый ничего ему не должен. Но менее паскудно от этого, почему-то, не становилось.

Вопросов было ещё много. Где Егор умудрился познакомиться с Щепкиным, зачем связался с Хромым и чем тот его держит, как одарённый до сих пор не попался на глаза ОМП с таким сомнительным талантом. Но задавать их не хотелось.

— Пошли вон, а то патруль вызову! — вдруг раздалось откуда-то сверху, словно ставя точку во всём этом дурацком разговоре. Влад задрал голову и увидел, как через раму на третьем этаже перевешивается немолодая и очень сердитая женщина с замысловатой конструкцией из полотенец на макушке.

— Тёть, вы б так не вылазили, грохнетесь ненароком, — досадливо крикнул Влад, и, не слушая причитания о непочтительной молодёжи, о бомжах, ворошащих мусорные контейнеры и бездействии всех заинтересованных служб, развернулся и зашагал прочь.

Количество пропущенных от сестры ужасало. Даже не так. Оно вводило Влада в кататоническое состояние, в котором он уже битый час бродил по двору Академии.

Редкие прохожие косили на замызганного, пошатывающегося парня со здоровой опаской, что наводило на мысль о скором приезде патрульных служб.

Но идти Владу было особо некуда. Пешком в таком состоянии он мог добраться исключительно до первого участка полиции, а для метро требовались деньги. Карты Влад заблокировал сразу, как добрался до личного кабинета банка, опасаясь, что подручные Хромого начнут тратить его нехитрые богатства, а наличка, если когда-то в карманах и водилась, безвозвратно сгинула на Изнанке. Да и ключей от квартиры Влад так и не восстановил.

К тому же, Академия была в шаговой доступности, а время на стилизованном циферблате, отлипшее в реальности от момента их падения на нижний уровень, подсказывало, что рабочий день сестры практически подошёл к концу.

Ещё телефон подсказывал, что из жизни поисковика выпало несколько дней, и он даже представлять не хотел, как их прожила Янка.

Лекции в Академии закончились. Об этом свидетельствовал глухой удар колокола и пёстрая неорганизованная толпа студиозусов, хлынувшая на улицу через широко распахнутые двустворчатые двери. За воротами Академии толпа разделялась на ручейки и тот, что побольше тёк в сторону метро. Маленькие потянулись к парковке, к ярким зазывным вывескам кофеен, к залитым фонарным светом тротуарам. Влад слегка посторонился, чтобы поток не вынес за пределы двора Академии и его. Людское мельтешение вызывало внутри что-то медитативно-умиротворённое, пусть толпа и состояла сплошь из одарённых. Не все же они, в конце концов, эгоисты, тянущие на себя одеяло и желающие делать грязную работу чужими руками. И разломы открывают не все. Некоторые, кстати, идут в силовые структуры и бегают по городу эти разломы законопачивая и отлавливая прорвавшихся гостей с Изнанки.