Древний мир для попаданки - Ксения Ос

— Она точно хочет уйти с нами? — уточнила она хмуро.

Мать девочки тут же закивала активно, а вот девочка продолжала лишь испуганно хлопать глазами.

— Говори! — Надавила Мария авторитетом, — решай быстро — с нами или в мужскую хижину.

Нили дернулась, глаза ее забегали от матери к бывшему мужу, потом обратно и она сделала выбор, — с вами, — прошептала тихо, — не хочу больше к злому Даку.

— Ясно, из двух бед выбираю обед, — хмыкнула женщина и посмотрела на мужчину, стоявшего за спинами Нили с матерью, — если есть лишний нож — дайте ей. У нас всего один, а женщин прибавилось.

Ничего не ответив, тот споро отцепил с пояса просимое и протянул дочери. Мария лишь кивнула удовлетворенно и собралась уходить — тем более вождь очухался и начал подниматься на ноги, как из-за крайней хижины выскочило маленькое, полненькое, всклокоченное нечто с большим свертком подмышкой и рвануло к ним.

— Я успела? — прошепелявило это нечто, оказавшись старушкой с блеклыми голубыми глазами, седыми спутанными волосами и обаятельной улыбкой на морщинистом лице, — я иду с вами, — не дождавшись ответа от заинтригованной Марии, заявила она и первая развернулась к лесу.

Женщина только глазами хлопала, глядя на такое самоуправство.

— А вы кто? — Выдавила она, не придумав ничего лучше.

— Я? — Женщина обернулась, — Я Мара! Я как он, — она кивнула на шамана, — теперь я буду жить с вами.

— Ой, — вспомнила вдруг она, и сунув сверток в руки, Марии понеслась обратно.

А потом Мария Александровна и все остальные наблюдали удивительную картину. Мара подлетела к вождю, что то сказала, ткнув в него кулачком для надежности, а потом отцепила с пояса мужика самый настоящий железный нож и, прижав его к груди, понеслась обратно.

— Вот! Нам надо будет — заявила она и, засунув добычу в сверток к Марии, засеменила к лесу.

Женщина только головой покачала удивлённо, а потом, перехватив поклажу поудобнее, поплелась следом. А самое странное, что поразило ее — то что ни шаман, ни вождь, ни кто то другой из племени больше не пытался остановить их. Они просто стояли на своих местах и с недоумением смотрели вслед удалявшимся женщинам.

24. Дорога домой

Обратно возвращались тем же путём. Первые два дня Мария продолжала напряженно прислушивалась в ожидании погони, но пока все было тихо, и она постепенно расслабилась.

А еще, женщина внимательно наблюдала за спутницами. Она боялась, что Мара не выдержит дорогу, но та продолжала семенить, как ни в чем не бывало, только улыбалась загадочно, да собирала какие-то травки и плоды на стоянках. Все это богатство она складывала в корзинки девушкам, а когда кто-то из них попытался возмутиться — шикнула так, что все претензии быстро застряли в горле возмущенной стороны.

Мария в эти разборки не лезла, понимая, что не просто так бабулька старается, а лишь пыталась запомнить, откуда и что она сорвала. Вообще, старая женщина ее веселила неимоверно.

Забавно, но Мара в отличие от девчонок не удивлялась жареным яйцам и другой новой еде, зато беззастенчиво могла стянуть самый вкусный на ее взгляд кусок, а потом возмутиться, что ее обделили и потребовать, что бы оставшееся поделили поровну.

Еще как оказалось старой женщине очень нравится костер, поэтому она с честным видом могла согнать с облюбованного места расположившихся там, расстелить шкуру, которую к слову так и тащила Мария, и с видом вдовствующей королевы устроится на ночлег.

В общем, с Марой все было замечательно и даже интересно — почти, как будто наблюдать за игривой кошкой. Вроде и понимаешь, что она наглеет и лезет, куда не просят, но и одернуть силы воли не хватает — что взять с разбалованного и своевольного животного?

Несколько раз женщина пыталась разговорить бабушку о той или иной сорванной травке или о ее положении в племени, но та только улыбалась и отмахивалась.

— Потом, учить буду, — заявила она важно, и Мария успокоилась.

Впрочем, важный вклад в убогий быт новых соплеменниц, Мара умудрилась сделать даже во время пути. На последней ночевке, перед тем как идти к переходу между скалами, Мария решила устроить небольшую помывку.

Устроившись у небольшого, но довольно глубокого ручья, Мария распустила волосы и уже собиралась прополоскать их в проточной воде, когда подошедшая Мара окликнула ее и сунула в руку несколько мелких плодов, больше смахивавших на сушеный шиповник.

— Тереть надо, — хитро ухмыльнувшись ответила бабулька на вопросительный взгляд и пройдя выше по течению, начала промывать свою голову.

Мария только хмыкнула от такой наглости, — а я значит, должна мыться стекающей с нее грязью? — Она постояла, покачала головой и решив подождать пока та закончит, присела на камушке.

Тааак, и что это у нас? Плоды доверия не внушали, но положившись на опыт старой женщины, Мария все же последовала ее совету.

Сначала ничего не происходило. Мария Александровна, предположив, что шутка не удачная, уже даже хотела откинуть бесполезные плоды, но тут подняла голову и застыла в шоке.

Мара стояла рядом, с насмешкой наблюдая за глупой ученицей, а ее голова была в пене! В самой настоящей мыльной пене! Как такое возможно? Она уже открыла рот, что бы задать интересующий вопрос, но тут та сама ткнула в плоды и посоветовала.

— Намочить надо, а потом тереть.

Как зомби Мария подошла к воде и зачерпнув в горсть воды, снова потерла….. пена пошла сразу. Мыльное дерево! Охнув, женщина счастливыми глазами посмотрела на довольную Мару и, подавив порыв расцеловать бабульку, рванула отмываться.

К слову сказать, производством мыла Мария озаботилась сразу, как только они с Корой устроились в пещере, но дальше сушащего кожу щелока дело не пошло.

Во-первых, проблема образовалась с золой. Хоть костер в пещере и горел почти постоянно, но реальной золы образовывалось, почему то не так уж и много. Женщина, конечно, собирала ее и долго кипятила в специально выделенном для этого горшке, но волосы, как и кожа, после такой помывки становились суховатыми, а тело неприятно чесалось.

Другой вопрос был сварить мыло, хотя бы и жидкое, поскольку основной загуститель (соль) отсутствовал, но и здесь не повезло, поскольку ни жира, ни сала у них не было и учитывая, что питались они птицами, змеями и речной рыбой, в ближайшем будущем не предвиделось.

Мыться пришлось всем. Выпросив на радостях еще несколько плодов у вредной Мары, Мария потащила спутниц к ручью и вручив приятно пахнущий заменитель мыла, быстренько объяснила как им пользоваться. Кстати, с Корой, привыкшей за этот год к соблюдению гигиены и