Книга вампиров - Вадим Деружинский

Немецкий врач XVIII века Г. Брюгье издал в 1754 году в Лейпциге монографию, где описал случаи, когда при вскрытии мертвых тел обнаруживались некоторые признаки жизни.

Многочисленные примеры подобных случаев описывает Иоганн Георг Давид Еллизен, доктор медицины, коллежский советник, действительный член Государственной медицинской коллегии, издавший в 1801 году в Санкт-Петербурге книгу «Врачебные известия о преждевременном погребении мертвых». Он утверждает следующее: «Многие сожаления достойные примеры доказывают, что сей ужасный жребий преждевременного погребения действительно приключался многим людям; а отсюда не без основания заключать можно, что таковых плачевных случаев гораздо более могло приключиться, нежели только предано известию».

Беллетристы выдумали у вампиров огромные клыки, но они никак не помогли бы пить кровь жертвы, ибо она при таком укусе едва сочилась бы из раны. Кровь может хлынуть потоком из горла только при поврежденных артериях, но в таком случае жертва тут же умрет.

Еллизен приводит 56 документированных случаев погребения живых людей и многочисленные примеры из древних авторов. Он цитирует другого исследователя XVIII века, который «предлагает достовернейшие известия о 52 человеках, которые погребены были живыми; о ста осьмидесяти девяти, кои сочтены были умершими и прежде погребения получили первобытное чувствие; о трех погребенных живыми и проглотивших часть покрывала; о шестнадцати исцарапавших и изгрызших себе в гробу руки и пальцы; о пятерых, разбивших себе головы, и других, кои выдрали у себя волосы и исцарапали лицо и грудь».

Вот несколько примеров из книги Еллизена.

«Славный анатомик Весалий вскрывал одну женщину, страдавшую истерическою болезнью, которую он почитал мертвою, и лишь коснулся сердца, то начало оное биться. Притом удостоверяют, что якобы она показала знаки жизни через движение и крик. Раскаяние о сем преждевременном вскрытии повергло скоро сего знаменитого мужа в гроб».

«Славный врач и анатомик Весалий хотел вскрывать одного умершего испанского дворянина;но лишь только начал разрезывать грудные мышцы, то он ожил. Сие случилось не просто только практическому врачу, но купно же и анатомику, который для учинения полезных наблюдений, как естествоиспытатель, вскрывал многие мертвые тела, но в сем случае обманулся, поелику живого человека почитал мертвым».

«По приказанию правительства в городе П… определено было вынести все находившиеся под сводами церковными гробы и впредь никогда не класть оных туда. Между прочими гробами нашли один новый открытый гроб, в коем видно было развернутое покрывало. Сей гроб был пустой, и в заднем конце онаго находились кости, кои при других притом признаках показывали бывшее мертвое тело, коего однакож не было в гробе. На сих костях было еще в разных местах иссохшее мясо, по коему можно было ясно видеть, как живой погребенный оное грыз. Платье, в коем его положили, все изорвано было». Последний случай подтверждают также «Всеобщие ученые ведомости» от 4 мая 1799 года.

Еллизен приводит и такой факт, несомненно имеющий отношение к вампиризму: «Некоторая женщина в Веймаре, употребляемая в знатных домах для одевания умерших, будучи весьма суеверна, одевая одного умершего, коего вскоре хотели погребать, сказывала, что в скором времени еще кто-нибудь из того же семейства умрет, ибо умерший открывал в гробу глаза, что по замечанию ее, часто предвещало неблагополучное приключение»

Современный русский исследователь проблем, связанных со смертью, писатель Сергей Рязанцев в книге «Танатология — наука о смерти» (Восточно-европейский Институт Психоанализа, СанктПетербург, 1994) считает закономерным, что «судя по количеству самых разнообразных свидетельств, пик погребении заживо приходится на XVIII век». Он полагает, что обилие обмороков у литературных героев той эпохи является отражением действительного психического состояния общества, а отнюдь не литературной модой.

С. Рязанцев пишет далее:

«В XIX веке обмороки становятся только уделом дам, а в XX мы про них уже практически и не слышим. Вероятно, в XVIII веке были широко распространены нервно-психологические расстройства, последствиями которых являлась летаргия и подобные ей состояния».

Последнее замечание, как я уже заметил выше, возможно, является важным для понимания феномена вампиризма.

Судя по всему, коматозное состояние вампира — особый летаргический сон. Современным врачам, изучающим больных летаргией, хочется посоветовать присмотреться к таким больным: а не являются ли они вампирами? Пусть это покажется удивительным, но такое вполне возможно.

ПУНКТ 7. СХЕМА ЯВЛЕНИЯ

Как всякое природное явление вампиризм подчинен своей внутренней логике. Схему действий вампира можно кратко обозначить так: мертвец — появление у близких — кровь — возвращение в могилу. Схема противодействия: эксгумация — экспертиза — казнь.

Этот механизм явления повторяется постоянно, во всех без исключения случаях. Это и поможет попытаться отыскать логику в действиях вампира и вычислить некий алгоритм его поведения.

1) Воскрешение. По сути дела, вампир не является полностью воскресшим — в том понимании, что он был мертвым, а стал живым.

Во-первых, очевидно, что мертвым он только казался при погребении, поскольку в могиле он оставался неподверженным явлениям разложения — явлениям, присущим мертвым. Каким-то образом вампирам удавалось на протяжении длительного срока (вплоть до десятилетий) поддерживать жизнедеятельность своего организма и обеспечивать процессы, препятствующие гниению. Это, кстати, говорит о том, что человек становится вампиром еще до своего погребения, запомним этот важный вывод.

Во-вторых, экспертизы устанавливали, что почва на могилах вампиров была нетронутой со времени погребения. Ясно, что очевидцы наблюдали их некий образ, дух, призрак, некое астральное тело, тогда как само природное тело мертвеца пребывало в могиле. Тут уместно вспомнить следующие свидетельства из диссертации Кальме: «Большинство из тех, кто заразился этой болезнью, полагают, что видят белый призрак, преследующий их повсюду, словно тень». А также свидетельства том, что «жители деревни видели призрак, который представал в виде собаки, то в обличии разных людей… нападал на людей, и нападал даже на животных».

Очевидцы также замечали, что вещи, которые принадлежали вампирам, сами двигаются и меняют место без того, чтобы кто-либо видимый их трогал. Таким образом, можно утверждать о прямой вязи этого «воскрешения» вампиров и их появления в различной форме (и даже невидимыми) с полтергейстом. Очевидно, тут задействованы одни и те же механизмы, и речь идет о явлениях одного порядка.