Рыцарь из ниоткуда - Александр Александрович Бушков

некоторое впечатление… но дело даже не в этом, все сложнее. Враждовать нам пока не из-за чего, слухи, будто вас прочат на мое место, я считаю дурацкими. Если вы – человек умный, откажетесь, а если глупы, мне вас будет очень легко подсидеть и обыграть…

В конце концов, с него ведь не брали слова хранить кое-какие разговоры в тайне? Сварог решился:

– Я отказался.

– Очень похоже, что вы не врете… Что ж, это доказывает, что человек вы неглупый и прекрасно понимаете, сколь беспомощны были бы в этой роли… Значит, враждовать нам не из-за чего. Сотрудничать… здесь я тоже пока что не вижу, в каких областях мы могли бы стать с вами союзниками и соратниками. Вероятнее всего, если стремиться к точности формулировок – а за мной водится такой грешок, – я хотел бы понять, что вы за человек, чего хотите от жизни и каких неприятностей можно от вас ждать…

– От меня?

– От кого же еще? – усмехнулся канцлер. – Известно ли вам, в чем, если отбросить словесную шелуху и поэтические преувеличения, удел государственного мужа? Да попросту ждать неприятностей со всех сторон, поскольку со всеми радостными новшествами и событиями легко и охотно справляется орда нижестоящих, перебрасывая наверх право принимать решения по жизненным тяготам… Вы еще попомните мои слова, когда всерьез начнете править в качестве земного короля.

– По-моему, я вовсе не собирался доставлять вам неприятности…

– При чем тут ваши побуждения? – пожал плечами канцлер. – Простите за цинизм, но сам факт вашего существования – постоянная головная боль, источник неприятностей, фактор. Хотите вы этого или нет. В свое время, вскоре после вашего первого возвращения с земли, в узком кругу вполне серьезно обсуждалось, не убрать ли вас.

– То есть?

– Не будьте ребенком! – с досадой сказал канцлер. – Убрать – и означает убрать… – Он недвусмысленно черкнул большим пальцем по горлу. – Гнев императрицы меня не пугал: всегда можно обставить все так, что ни одна живая душа не будет сомневаться в подлинности «несчастного случая», даже наша императрица с ее нерядовыми способностями… После долгих дискуссий и размышлений я решил оставить вас в живых. Не в доброте дело и не в иных пророчествах, как будто на вас пошитых: пророчества, знаете ли, вовсе не обязаны исполняться, они представляют собою лишь один из вариантов будущего, вовсе не обязательно, чтобы именно он претворился в жизнь. Мне просто-напросто однажды пришло в голову, что убирать вас будет неразумно и непрактично. Что польза может перевесить возможный вред. Как видите, я не стараюсь казаться лучше, чем я есть… Что поделать, должность такая. Монархи и канцлеры не могут, увы, руководствоваться обычной людской моралью и этикой. Сами убедитесь.

– Надеюсь, что нет.

– Убедитесь, – сказал канцлер. – Или не сможете стать хорошим королем… Так вот, я надеюсь извлечь из вас пользу… и хочу, чтобы вы мне в этом помогли. Вам, часом, такое заявление не кажется ли верхом цинизма?

– Представьте себе, нет, – усмехнулся Сварог. – И какую же пользу вы из меня собираетесь извлечь?

– Если бы я знал… – с обезоруживающей прямотой усмехнулся канцлер. – Если бы я знал… Вы уже принесли пользу, уничтожив Глаза Сатаны, – но вот где вас использовать далее… Пока не знаю. Опять-таки, отдавая дань своей привычке, сформулирую пожелания: я хотел бы, чтобы, буде возникнет такая необходимость, вы пошли бы навстречу моим просьбам… Могу я заручиться вашим согласием?

– Я не любитель давать опрометчивые обещания, – сказал Сварог. – Но, в принципе, сотрудничать с вами не отказываюсь. Если это не пойдет во вред тем людям, к которым я отношусь с симпатией.

– Императрица к ним относится?

– Безусловно.

– Вот видите. Я желаю ей только добра…

– А не может ли случиться так, что ваши и ее представления на сей счет могут разойтись? – безразличным тоном спросил Сварог.

Канцлер бросил на него колючий взгляд. Нахмурился:

– По-моему, проблема допускает лишь однозначное толкование. Она слишком молода и неопытна. Не спорю, она провела просто блестящую операцию – я о расправе с Палатой Пэров и Тайным Советом. Но в ней еще много детского. Поэтому взрослые должны мягко на нее влиять… А вы, несомненно, относитесь к тем, кто имеет на нее влияние.

– Я? – искренне удивился Сварог.

– Вы, дорогой мой, вы. Хоть и сами о том не подозреваете. Ваше загадочное появление, ваши земные подвиги… Она готова прислушиваться к вашему мнению, а это очень важно. Главное, чтобы влияние приняло должное направление.

«Ага, понятно, – подумал Сварог. – Не столь уж сложная комбинация. Ты будешь влиять на меня, а я должен влиять на нее… Интересно, к этому гвардейскому болвану ты тоже подкатывался? Или он для тебя был слишком глуп? Пожалуй. Иначе не кончил бы столь печально, уж ты-то научил бы его наилучшей линии поведения…»

– Я, простите за прямоту, рассчитываю на определенную благодарность с вашей стороны, – продолжал канцлер. – Как-никак именно я сразу после вашего появления добился, чтобы вы обрели нынешний статус. В ту пору вы были абсолютно беззащитны, а наши лихие умельцы из Магистериума добивались, чтобы вас передали им в качестве… назовем вещи своими именами, в качестве подопытного животного. Их крайне интересовал – и до сих пор интересует – механизм вашего переноса в наш мир…

– Ну да, понимаю, – сказал Сварог. – Проект «Алмазная стрела», верно? Путешествия во времени?

– При чем тут путешествия во времени? – с искренним недоумением вскинул голову канцлер. – Какое вы имеете отношение к…

– Но ведь я – из вашего будущего…

Он замолчал на полуслове. Канцлер скривился, как от зубной боли, он походил на игрока, по собственной воле сдавшего противнику все козырные карты. Даже легонько ткнул себя по лбу полусогнутой ладонью.

– Поздравляю, лорд Сварог, – желчно усмехнулся он после короткого молчания. – Я давненько уже не попадал впросак… Хорошо. Я буду с вами предельно откровенным, чтобы вы оценили мое к вам расположение… Я-то думал, доктор Молитори успел вам сказать, потому и не удержал язык за зубами… Позвольте вас удивить. Вы не имеете никакого отношения ни к нашему будущему, ни к вашему прошлому. Вы совершили путешествие не во времени, а в пространстве. Пришли из одного из тех миров, которые для простоты называют Соседними Страницами. Их по-всякому именуют ученые: параллельные миры, Иномирья, Слоистые Пространства… Мне же больше нравится не вполне научное, но удивительно точное определение: Соседние Страницы. Если уподобить нашу многомерную Вселенную толстой книге, то миры похожи на страницы. Покинутая вами планета – не в прошлом, а где-то рядом. Где именно, я так и не понял, такое впечатление, что физики не вполне понимают