"Фантастика 2023-203", Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Синицын Владимир Сергеевич

И тут позади раздался вой, как будто газ под давлением вырвался из трубы, а в спину ударил жар. Нет, она не оглянулась, но узнать, что случилось, ей всё-таки пришлось. Окровавленный и обожженный рукав от кожаного серого пиджака мягко спланировал ей под ноги. Для Конрада Имиджа, репортера журнала «Funny Pictures», Игра, похоже, закончилась, едва начавшись. Конечно, наверняка этот ловкий парень воспользовался тем, что цыган загипнотизировала проповедь священника-самозванца, и тихо вырвался вперед.

– Нет… – донесся сзади испуганный голосок.

На этот раз Анна оглянулась и увидела сквозь клочья начавшего рассеиваться тумана черноглазую девочку в легкой белой, но уже основательно обляпанной грязью блузке и красных шелковых шароварах, заправленных в ботфорты. Она стояла, испуганно глядя, как болотная жижа затягивает кипящую воронку, из которой торчит нога, обутая в ботинок для гольфа.

– Иди по моим следам, – сказала Анна достаточно громко, чтобы девочка услышала. – Но после того, как мы перейдем это болото, не смей дальше за мной тащиться. Ты поняла?

Девочка едва заметно кивнула и неуклюже шагнула вперед, едва не потеряв равновесие.

Вряд ли ее кто-то гонял по симулятору «минного поля» или закачивал в ее маленький мозг полезную информацию. Так что эту самую Игру даже с натяжкой честной не назовешь. Нет, лучше об этом не думать – по крайней мере, до тех пор, пока всё не кончится. И то, что сейчас эта черноглазая маленькая глупышка спасется, – только отсрочка ее гибели. Так что даже не стоило проявлять к ней неуместную жалость, которая только продлит мучения несчастной. Потом, когда появится власть, сила и влияние, – можно будет позволить себе быть и справедливой, и милосердной, а сейчас не та ситуация. Совсем не та… Принцесса шла, не оглядываясь, рассматривая каждую травинку, прежде чем сделать очередной шаг. Она почувствовала неладное, когда подошва соскользнула с чего-то твердого и скользкого. Еще через мгновение какая-то тварь метнулась прочь, поднимая брызги мутной воды. Нет, конечно, зверушка не собиралась ретироваться – она лишь делала боевой разворот и вскоре, оставляя за собой пенный след, мчалась в сторону принцессы. Еще мгновение, и она взлетела в воздух, расправив перепончатые крылья и распахнув пасть, полную мелких, острых, как иглы, зубов. На мгновение принцессе показалось, будто кто-то смелый, расчетливый и хладнокровный овладел ее сознанием, и не она сама, а именно он нанес удар всё тем же плазменным резаком, как волшебным мечом. Безобразная тварь была рассечена пополам, и обе ее половинки, оставляя в воздухе кровавый шлейф, пролетели мимо нее – одна справа, другая – слева. В спину ударили брызги мутной воды вперемежку с кровью, а потом сзади донеслось негромкое всхлипывание. Девочка стояла на коленях в болотной жиже и старалась не глядеть на бьющийся в конвульсиях обрубок туши чудовища, который валялся прямо перед ней. Она размазывала по лицу слезы и грязь, и было ясно, что сама уже не поднимется, что у нее не хватит духу сделать еще хоть шаг.

– Вставай!

– Нет… – она сказала это едва слышно – самой себе, но ветер донес ее шепот.

– Ты хочешь умереть здесь?!

– Нет…

– Так ты идешь?

– Нет…

Оставалось только вернуться назад – на десяток шагов, которые их разделяли, – схватить девочку за ворот блузки, ткань которой оказалась на удивление прочной. Анна одним рывком поставила ее на ноги, удивившись тому, что на это нашлись силы. Мысль о том, что можно было не возвращаться, что выгоднее было просто уйти и оставить всё как есть, оказалась слишком запоздалой.

Как она дошла до противоположного края болота, волоча за руку черноглазую девочку, принцесса вспомнить не могла, да это было и неважно. То, что ей удалось обойти все ловушки, мины и не побеспокоить ни одной жуткой твари, что дремали, закопавшись в ил, могло быть только чудом. Возможно, сработали те «тайные знания», которые вложил в ее голову Чатул Мау? Но ни одно из них не мелькнуло на уровне сознания – просто откуда-то возникала уверенность, что на ту кочку ступить можно, а шаг в сторону другой станет последним.

Они упали как подкошенные, едва под ногами оказалась сухая растрескавшаяся земля, из которой торчали клочья пожухлой травы.

– Смотри… – девочка показала в сторону болота, посередине которого медленно двигалась сгорбленная фигура. Приглядевшись, принцесса узнала глуховатого старика, одетого в непромокаемый комбинезон защитного цвета, а на его плечах громоздился огромный рюкзак. Причем старик шел довольно уверенно, ему одному известным способом обходя ловушки. И вовсе не казалось, что он движется вперед из последних сил – шел он достаточно уверенно, да и ноша не гнула его к земле. Выйдя из болота, он сбросил рюкзак, присел на него, извлек из нагрудного кармана белый платочек, отер пот с лица и выбросил мгновенно промокший кусок ткани.

– И что вы тут разлеглись? – поинтересовался он, доставая из кармана огурец. – Вам что – не хочется обогнать бедного старика, первыми достичь цели и получить желанный приз?

Он уже не выглядел таким древним, как на борту яхты. Казалось, что старик стал выше ростом, шире в плечах, под обтягивающей тканью комбинезона играли крепкие мускулы. Только лицо, изрытое глубокими морщинами, почти не изменилось.

Не дождавшись ответа, он посидел еще несколько секунд, поднялся на ноги, наладился было уходить, но прежде чем набросить на плечи рюкзак, поинтересовался:

– Ну, кто со мной?

Девочка начала подниматься, но вдруг замерла и бросила на Анну вопросительный взгляд.

– Иди! Я же говорила – только до края болота…

Старик и девочка ушли. Забавная парочка получилась… Но старик, похоже, не так прост, как могло показаться. Что придало ему сил? Что просветлило его разум? Что избавило его от хронической сонливости? Может быть, он знает о Лабиринте больше, чем все остальные? И почему всё это называется Лабиринтом? Где узкие запутанные коридоры? Где тупики? А здесь даже дорог не видно. Даже троп не протоптано. Пойди – не знаю куда… Одной плохо. Журналиста жаль. Скользкий был тип, но забавный… Кто теперь покажет галактике «веселые картинки» этого жутковатого мира? Впрочем, во всем есть положительные стороны: чем раньше умираешь, тем скоротечнее мучения бытия. Кто это говорил? Неважно…

Надо было куда-то двигаться. Если никуда не идешь, то и не придешь никуда. Кто сказал? Неважно. Тот, кто изрек истину, убил ее в душах тех, чьих ушей она достигла. А это откуда? Похоже, Чатул напичкал ее мозг изречениями и цитатами из книг древних мудрецов так, что они там не помещаются и норовят вылезть наружу…

Не знаешь, куда идти, – закрой глаза, сделай шаг, и ноги сами подскажут дорогу. Собственно, сейчас всё равно, куда идти – лишь бы не назад, не в болото, полное ловушек, мин и затаившихся злобных тварей. Если не видишь тропы – протопчи ее! Лишь тот достоин жизни и свободы, кто каждый день за них идет на бой!

Стоп!

Кто-то явно пытался вести ее. Причем неизвестно куда – то ли к заветной цели, то ли к верной гибели. Может быть, не стоит никуда идти, а дождаться, когда чужие голоса в ее голове умолкнут? Или попытаться выгнать их усилием воли? Выслушать и сделать наоборот? Наверное, нет здесь никакого шерифа Метронома Кассия, и Крошки-Енота тоже нет. Но это вовсе не означает, что всякая заблудившаяся в этом мире сущность непременно желает ей зла… Не стоит видеть врага в том, кому ты просто безразлична.

Она не сразу осознала, что идет неведомо куда с закрытыми глазами. Только когда ноги перестали путаться в сухой свалявшейся траве, а в спину ударил порыв ветра, смешанный с крупными каплями холодного дождя, она подняла веки и увидела, что стоит на обочине шоссе, впереди сияют огни большого города, а по мокрому асфальту, поднимая тучи мелких водяных брызг, на большой скорости проносятся машины. Комбинезон не промокал, но холодный ветер обдувал лицо, трепал волосы, которые вскоре намокли и обвисли. Анна даже пожалела, что, выходя из каюты, не надела тот уродливый желтый берет, которым снабдил ее конфедент-советник. Может быть, он тоже был непромокаемым? Теперь уже всё равно… Зато верный меч, плазменный резак, уже показавший боевую эффективность, – с собой. Она буквально спиной чувствовала: это ночное шоссе может оказаться местом, не менее опасным, чем болото, полное мерзких кровожадных тварей.