"Современная зарубежная фантастика-3". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Кадри Ричард

— Договорились.

Мои ноги дрожат так слабо, что это едва заметно.

— Вы почувствовали что-нибудь только что? Слабое землетрясение?

— Нет, — отвечает Видок. — Отец?

Травен качает головой.

— Не берите в голову. Видимо, это я. Всё ещё привыкаю к суше.

Двери бара открываются, и там стоит моя любимая профессиональная охотница на зомби, Бриджит Бардо. Бывшая профессионалка. Не то, чтобы она вышла из бизнеса, но, когда не осталось зомби, трудно оставаться профессионалом. Она также была порнозвездой в Европе. Многие Таящиеся и занимающиеся оккультной работой гражданские становятся секс-работниками, потому что деньги хорошие, а им не до обычной работы. С Бриджит связано ещё кое-что, не очень приятное, что вспоминается мне каждый раз, когда я думаю о ней. Её укусил зомби, когда мы охотились вместе. Мы нашли лекарство, и Видок дал его ей, но это из-за моей небрежности она едва не превратилась в возможно худшую в мире тварь.

Когда Бриджит видит меня, то улыбается и подходит, истинная во всех отношениях старлетка, каковой она сейчас является. Мы потеряли связь, когда она бросила меня ради одного кинопродюсера, который мог помочь её карьере, и потому, что я магнит для дерьма. Рад видеть, что она не держит зла.

Она быстро обнимает меня и целует в щёку.

— Привет, Джимми, — говорит она с хриплым чешским акцентом.

— Что ты здесь делаешь?

— Зашла поздороваться. Ты же не против, правда? Слышала, ты отсутствовал в поисках приключений.

— Конечно, не против. Рад тебя видеть. Я имел в виду, откуда ты узнала, что я здесь?

— Ты такой потрясающе глупый. Люди сейчас говорят о тебе, что тот другой ушёл, а ты вернулся.

— Я только что прибыл сюда. Откуда они знают?

— О Боже. Откуда бы? Может благодаря свалившемуся с неба возле «Голливуд Навсегда» огромного мотоцикла. В отличие от тебя, нормальные люди считают это необычным.

— Ага. Поэтому. Ну, хотя бы бизнес Карлоса пойдёт на поправку.

Она обнимает меня рукой и ведёт к стойке. Мы наклоняемся поближе, чтобы слышать друг друга.

— Расскажи мне о себе. Чем занимался на летних каникулах?

— Могу я открыть тебе секрет? Кое-что, о чём никому не рассказывал? Мне нужно с кем-нибудь поделиться, и, думаю, может это не напугает тебя так, как напугало бы большинство людей.

— Из-за того, что я ненадолго присоединялась к нежити?

— Из-за того, кто ты такая. Нужен кто-то особенный, чтобы потратить всю свою жизнь, убирая зомби. Ты не должна сильно бояться.

— Только тебя, да и то слегка.

Её улыбка совсем волчья.

— Я так и не спросил тебя. Ты помнишь что-нибудь после того, как тебя укусили? Остался шрам?

— Я не помню ничего, и единственная перемена заключается в том, что я ем больше мяса. С кровью. Люди считают это очень по-европейски и эксцентричным. Но я не об этом пришла поговорить. У тебя есть секрет, и это гораздо интереснее. Ты должен рассказать мне.

Я кручу головой по сторонам, убеждаясь, что поблизости нет никого, кто мог бы подслушать.

— Я Дьявол. Не метафорически. Я убил второго кандидата, а Люцифер отправился обратно на небеса и навязал мне управление Адом. Я новый Люцифер.

Она делает шаг назад, прикрывая рот рукой. Она смеётся.

— Ми о влку, а влк за двежми[876].

— Что?

— Кто бы сомневался. Кто ещё бы убежал, чтобы найти свою старую любовь, и вернулся королём волков? Джимми, ты неизменно интересный мальчик.

— Если бы только я был хоть на десять процентов менее опасен, верно? Ты так, кажется, сказала? То, что я Люцифер, точно не помещает меня в безопасный список. Полагаю, ты была права, что ушла.

— Мне так кажется. Хотя, иногда я не так уверена. Иногда я скучаю по охоте. Мертвецы, лежащие у моих ног. А потом трахаться с тобой в ванной.

— А помимо мечтаний о сексе и убийствах, как дела? Много работаешь?

Она вздыхает оттого, что приходится возвращаться на землю.

— Закончила пару фильмов. Один большой и один очень большой и искусный. Снималась вместе с известным американским актёром, хотя не скажу тебе, с кем. Пусть это будет сюрпризом, когда придёшь на премьеру. Приведёшь с собой подружку? Это мой тонкий способ спросить, влюблён ли ты.

— И это всё? Всё, что ты можешь сказать о том, что я Люцифер?

— Как ты раньше говорил, за это и пять долларов ты получишь чашечку кофе. Ты меня интересуешь больше, чем Дьявол.

Я указываю туда, где сидят Кэнди с Ринко.

— Та, с короткими волосами.

— Она очаровашка. Кто её подруга?

Девушки замечают, что мы смотрим на них.

— Это Ринко. Она ненавидит меня.

— Ты ей отвратителен. Это всем очевидно. Заставим их поревновать?

Она берёт моё лицо в ладони и крепко целует. Это возвращает меня на несколько месяцев назад, когда она вывела меня за бар и научила, как профи убивает зомби — вырывая им позвоночники. Затем я за одну ночь прикончил их всех и оставил её без работы. Кроме как быть кинозвездой. Приятно, когда есть на что опереться.

Поцелуй всё длится. Может, она просто повторяет заученные движения, но это адский поцелуй. Она шепчет мне на ухо так тихо, что я едва слышу её.

— Теперь я исчезну. Меня ждёт машина, чтобы отвезти в дорогой бар, полный дорогих людей, с которыми я буду разговаривать о фильмах, которые мы никогда не будем снимать вместе.

Она бросает взгляд на столик Кэнди и Ринко.

— Кроме того, ничто так не интересует женщину, как таинственная незнакомка, воспользовавшаяся её любовником, а затем исчезнувшая. Но, надеюсь, не навсегда. Пожалуйста, не пропадай, Пан Д’абел[877].

Она подмигивает, посылает мне от двери воздушный поцелуй и выходит. Это оскароносное представление. Ещё десять секунд, и зал бы устроил ей овацию стоя. Когда я поворачиваюсь к барной стойке, Кэнди уже стоит там.

— Я беру обратно те слова, что сказала раньше. Я знаю, кому я хочу, чтобы ты врезал.

— Брось, девочка. Как ты сказала о Ринко, Бриджит — моя старая подруга.

— Какова её история? Она та, кого ты спас от бешеного садового гнома?

— Я рассказывал тебе о ней. Она едва не превратилась из-за меня в зомби.

Глаза Кэнди расширяются, и она открывает рот в преувеличенном удивлении.

— О Боже. Это была твоя порнозвезда? Она показалась мне знакомой. Беру слова назад. Не врезай ей. Подари мне её на Рождество.

— Забудь. Вместе вы двое были бы опаснее Кисси.

Подходит Карлос.

— Готова ещё выпить, юная леди?

— Шот «Джека», пожалуйста.

— Как насчёт твоей подруги?

— Ей просто воды.

Я смотрю на Ринко. Та машет Людере из клиники, сидящей за столиком с другими голубокожими блондинками.

— Ринко всё ещё пьёт людей?

— Это часть того, как мы сошлись. Чтобы остановить её, я имею в виду. Я дала ей тоже зелье, что принимаю сама, так что ей не нужно. Она старается быть хорошей, но это нелегко.

— Мне кажется, ей бы хотелось выпить меня.

— Ей бы хотелось отрезать тебе голову и насрать тебе в шею.

— Понимаю, почему она тебе нравится.

Она нажимает кнопку и заставляет петь свои очки-робот.

— Я обожаю самых опасных.

— Ты почувствовала это только-что?

— Что именно?

— Словно небольшое землетрясение.

— Может, крошечное один-точка-ноль или что-то вроде того. И что с того?

— Ничего. Я весь вечер ощущаю их.

— Возможно, ты так долго пробыл в Даунтауне, что у тебя выросли копыта.

— Откуда она взялась?

Кэнди оглядывается по сторонам.

— Кто?

Я указываю на идущую по залу крошечную фигурку. Маленькая девочка в синем вечернем платьице.

— Я знаю её. Я видел её на кладбище. Эй, дитя. Эй, малышка.

Я не вижу ножа, пока она не замахивается им. Большой брутальной штуковиной. Которую можно встретить на скотобойне при потрошении крупного рогатого скота. Она хихикает и подбегает к лысеющему бизнесмену Саб Роза средних лет в сером костюме, видавшем лучшие дни. Он пьёт светлое пиво и переписывается с кем-то. Она подбегает к нему сзади. У него нет ни малейшего шанса.