Другой Шинигами - Alchoz

начала расходиться по ледяному покрову. Это было похоже на медленное пробуждение огромного зверя, сопровождаемое глубоким и угрожающим рычанием.

Трещина расширялась, и лёд начал трескаться с громким, почти оглушительным звуком. Каждый новый звук раскола напоминал о себе мощными вибрациями в воздухе. Ледяные плиты начали подниматься и опускаться, словно в океане всплывали гигантские киты.

Скоро эти огромные осколки стали осыпаться, падая в тёмную воду под ними. С каждым падением осколка в воду раздавался глухой удар, который создавал круги на поверхности воды. Звук треска и ломки льда был настолько мощным, что казалось, он заглушал все остальные звуки вокруг.

Осколки льда погружались в чёрную воду, вызывая вихри и брызги. Вода поглощала их с жадностью, словно какой-то древний хищник. Сой Фон и шинигами Второго Отряда очень быстро оказались в воздухе прямо около нас. Никто не хотел попасть под раздачу природного явления.

Стоя в воздухе с Йоруичи, я наблюдал ужасающую картину. Город под нами, казалось, жил своей последней минутой. Здания начали падать в воду одно за другим, как домино, под воздействием разрушающегося льда. Они погружались в тёмные воды с громкими всплесками и звуками разрушения, которые глушили всё вокруг.

Люди в панике бежали по улицам, пытаясь найти спасение. Некоторые из них кричали, пытаясь ухватиться за что-то устойчивое, но ледяной покров под ними продолжал трескаться и осыпаться. Их крики были отчаянными и полными ужаса. Я видел, как люди проваливались в промежутки между льдинами, исчезая в холодной чёрной воде.

Иногда большие куски льда падали прямо на небольшие группы людей. Эти огромные ледяные глыбы нещадно тянули их вниз, увлекая в глубины. С каждым таким моментом воздух наполнялся страхом и отчаянием. Это было похоже на зловещий танец природы, где лед становился хищником, а люди — его жертвами.

Воздух вокруг нас был пронизан звуками разрушения и криками, но Йоруичи и Сой Фон казались совершенно невозмутимыми. Они наблюдали за хаосом внизу с нечем большим, чем просто спокойствием. В их взглядах читался странный удовлетворённый интерес, как будто они разглядывали в этой катастрофе нечто большее, чем просто разрушение.

Йоруичи, с её характерной элегантностью и спокойствием, наблюдала за распадающимся городом и людьми, борющимися за свои жизни. Её глаза блестели, когда она внимательно изучала каждое движение, каждый момент ужаса и отчаяния, происходящего внизу.

— Интересно, — произнесла она тихо, её голос звучал равнодушно.

Сой Фон стояла рядом, её взгляд также был прикован к зрелищу внизу. На её лице не отражалось ни ужаса, ни сочувствия к тем, кто стал жертвой этой трагедии. Хотя какое может быть сочувствие у неё к квинси. Не скажу, что я сам ощущал какие-то особенные чувства по этому поводу.

Некоторые люди и выжившие квинси пытались удержаться на воде, которая ходила волнами. Они пытались взобраться на льдины, но Йоруичи внезапно сделала решительное движение. Из её рук вырвался мощный поток полной духовной энергии, который стремительно направился вниз к поверхности воды.

Этот поток был как поток света, пронизывающий тьму. Он ударил по водной глади, расходясь по ней волнами молнии. Эти волны распространялись быстро и непрерывно, образуя острые круги, которые становились всё шире и шире. Крик молнии был похож на крик тысячи птиц, которые в один момент умерли.

Каждая волна касалась тех, кто ещё пытался спастись, добивая выживших. Люди и квинси, которые всё ещё пытались держаться на плаву или цеплялись за остатки льда, были безжалостно унесены этим потоком. Отчаянные крики и мольбы о помощи стихли под натиском неудержимой силы.

После того как поток полной духовной энергии, выпущенный Йоруичи, улегся, вокруг нас воцарилась необыкновенная тишина. Она была настолько глубокой и всепоглощающей, что казалось, будто само время остановилось в этот момент. Эта тишина внезапно наполнила пространство, где только что царили хаос и крики отчаяния.

Иногда её нарушали последние падающие льдины, которые с громкими ударами врезались в воду. Каждый такой звук был как эхо, разносящееся по разрушенному ландшафту, напоминая о произошедшей катастрофе.

Волны, образованные падением льдин, мягко бились о оставшиеся края ледяного покрова. Эти волны создавали ритмичные, но приглушённые звуки, которые контрастировали с предшествующими событиями. Интересно, как долго это будет продолжаться и как скоро вода вновь покроется кромкой льда, скрывая все то, что здесь случилось.

— Пошли, — сказала Йоруичи, отворачиваясь. — Нас ещё ждут дела. Мы ещё не завершили наш боевой выход.

— Хай, — был ответ шинигами, которые все ещё были под впечатлением от того, как город исчез в водной глади, вместе с сотнями, если тысяч жизней.

Глава 56

Мы продолжали наше движение по арктической пустыне, перепрыгивая с одной горы на другую, иногда запрыгивая на острые ледяные вершины, чтобы затем спуститься вниз и едва ли не утонуть в холодном снегу. Полярное сияние медленно меркло, а вместе с ним и та странная духовная сила. Она пропадала и растворялась в пространстве, заставляя удивляться и задавать вопросы о её природе.

Арктическая пустошь только начиналась, но уже создавала не особенно приятные эмоции и впечатления. Под нами расстилалась бесконечная равнина льда, изрезанная редкими горбами и провалами, которые казались следами какого-то древнего и невидимого гиганта. В этом месте мир казался лишённым жизни, кроме нескольких одиноких, замерзших деревцев, стоящих словно стражи в этой бесконечной белизне. Их голые ветви тянулись к небу, словно моля о милости у беспощадной природы.

Когда полярное сияние угасло, оставив после себя лишь бледные отблески, мы двигались молча, каждый погружённый в свои мысли. Звуки наших шагов были приглушены мягким снегом, а холодный ветер время от времени приносил с собой леденящие порывы. В общем, атмосфера была не особенно тёплой, что сказывалось на погоде.

Через некоторое время мы добрались до следующего поселка, который был целью нашего движения. Но странное ощущение пустоты намекало на то, что тут что-то случилось еще до того, как мы прибыли. Духовные чувства так и кричали о том, что вокруг нет ничего.

Подойдя ближе, мы увидели, что поселок, казалось, был покинут всего лишь несколько часов назад. Дома стояли тихо, их двери были распахнуты, будто приглашая войти, но внутри царила пустота. Я заметил на улицах вещи, разбросанные в спешке: игрушки, книги, одежду, которая казалась брошенной внезапно.

Внутри домов на столах ещё стояли недопитые чашки с чаем и кофе, создавая впечатление, что их хозяева внезапно прервали свои обыденные дела и ушли. Остатки еды на столах и кухнях указывали на скоропостижность их ухода.

По мере нашего изучения поселения мы обнаружили, что даже личные вещи, казалось, были