500 знаменитых исторических событий - Владислав Карнацевич

Уже первые годы царствования Луи Филиппа ознаменовались серьезными волнениями революционного характера. Многие буржуа, студенты, пролетарии были недовольны скромными достижениями Июльской революции 1830 г. Происходили и восстания рабочих, и республиканские мятежи. Во главе оппозиционного движения стали тайные общества заговорщиков: «Права человека», «Друзья народа», «Времена года». Последнее общество, состоявшее почти исключительно из рабочих, выступало за «истребление аристократии, финансистов, банкиров, поставщиков, монополистов, спекулянтов и крупных землевладельцев, жиреющих за счет народа».

Во второй половине 40-х годов XIX в. развернулась борьба за избирательную реформу, которая должна была увеличить количество избирателей. Либеральная буржуазия начала так называемую «банкетную кампанию» — на банкетах постоянно звучали требования реформы и отставки правительства Гизо.

Режим не желал идти на уступки. 28 декабря 1847 г. король в своей тронной речи, произнесенной на открытии сессии парламента, решительно высказался против избирательной реформы и оскорбительно отозвался о движении в ее пользу. Луи Филипп предостерегал страну от волнений, «разжигаемых враждебными и слепыми страстями». Толчком к революционному взрыву послужил запрет назначенных оппозицией на 22 февраля 1848 г. очередного банкета и демонстрации сторонников реформы в Париже. В этот день десятки тысяч парижан вышли на демонстрацию. Бульвары, площадь Согласия и площадь Мадлен были заполнены толпами, поначалу не принимавшими решительных мер. Студенты пели «Марсельезу», народ проследовал к дворцу, где заседала палата депутатов. Наиболее популярным лозунгом в этот день был «Даешь реформу!».

На следующий день был обнародован список подлежащих аресту лиц, в котором фигурировали редакторы демократических газет, вожди тайных обществ и влиятельные деятели республиканской партии. Правительство объявило сбор национальной гвардии, но вскоре оказалось, что гвардейцы не собираются поддерживать короля и его министров, переходят на сторону повстанцев и сами требуют проведения реформы. Это заставило Луи Филиппа отправить Гизо в отставку, сформировать новый кабинет было поручено Тьеру и Барро.

Весть об отставке ненавистного министра вызвала в Париже всеобщую радость. Казалось, что восстание закончилось. Префект полиции столицы даже произнес: «Дадим этому бунту умереть естественной смертью». Но до конца было еще далеко.

Около девяти с половиной часов вечера 23 февраля колонна манифестантов с факелами и красным знаменем вышла из Сент-Антуанского предместья и направилась, распевая патриотические песни, к собору Мадлен. На бульваре Капуцинов у здания Министерства иностранных дел солдаты одной из регулярных частей открыли по манифестантам огонь, было убито около 50 человек. Республиканцы тут же использовали этот факт на пользу развивающейся революции. Пять трупов были сложены в телегу; какой-то рабочий взобрался на нее, время от времени поднимал труп молодой женщины и кричал: «Мщение! Убивают народ!» Парижане вооружались и строили баррикады, доверие к монарху было окончательно подорвано, теперь уже революционеры призывали к установлению республики.

Назначенный главнокомандующим для подавления восстания Бюжо отправил войска на борьбу с манифестантами. Однако Тьер убедил короля, что политика репрессий — не лучшее, что можно сделать в такой ситуации. Недовольный Бюжо отозвал своих солдат, что окончательно их деморализовало. Многие из них перешли на сторону повстанцев. Луи Филипп решил сам показаться гвардейцам, но те встретили его криками «Даешь реформу!», и король ретировался. На площади Карусели началась стрельба.

Тьер и Барро не смогли успокоить народ обещаниями выполнить все требования. События приняли необратимый характер. 24 февраля повстанцы окружили дворец Тюильри. Луи Филипп едва успел отречься от престола и бежал, оставив регентшей невестку герцогиню Орлеанскую при новом короле — своем внуке Луи Филиппе II. Рабочие ворвались во дворец Тюильри и устроили в здании погром.

Пока депутаты спорили о том, признавать ли регентство, в парламент также ворвались повстанцы. Герцогиня бежала. Толпа кричала «Долой монархию!». На трибуне республиканец Ледрю-Роллен зачитал список членов временного правительства. Одновременно свой список был составлен в газете «Реформа». Вскоре оба списка были объединены в один. В состав временного правительства были включены и представители демократов Блан и Флокон, и рабочий из общества «Времена года» Альбер.

25 февраля 1848 г. Франция была провозглашена республикой. Временное правительство, помимо отмены дворянских титулов, приняло декреты о свободе печати и отмене гербового сбора, свободе политических собраний, праве для всех граждан вступать в национальную гвардию. Вскоре было введено всеобщее избирательное право для мужчин, рабочий день сокращался до 10 часов в Париже и 11 часов в провинции. Однако новая власть быстро отреклась от радикальных, рабочих элементов, участвовавших в Февральской революции 1848 г. На выборах в Учредительное собрание в апреле победили буржуазные республиканцы, а кандидаты от рабочих и социалисты потерпели поражение. 22 июня новое правительство постановило закрыть национальные мастерские; на следующий день рабочие Парижа снова вышли на баррикады. Восстание было подавлено вооруженным путем. 4 ноября Учредительным собранием была принята конституция Второй республики, которая учреждала сильную исполнительскую власть в лице президента республики, наделенного почти королевскими правами.

На президентских выборах 10 декабря 1848 г. победу одержал ставленник монархической буржуазии Луи Наполеон Бонапарт, поддержанный голосами крестьянства, видевшего в племяннике Наполеона I «крестьянского императора»[112].

РЕВОЛЮЦИЯ 1848 г. В ГЕРМАНИИ. ФРАНКФУРТСКИЙ ПАРЛАМЕНТ

Бои в Берлине (1848 г.)

1848-й стал годом революционных потрясений в Европе. Февральская революция во Франции послужила толчком для начала действий сторонников перемен в Германии, Австрии, Венгрии. Естественно, различия в политико-экономическом устройстве этих стран ставили перед революционерами разные задачи. Так, в Германии обычные либеральные требования буржуазии сочетались с объединительными тенденциями. Страна, волею истории разделенная на множество мелких государств, давно нуждалась в централизации власти. Пережитки же феодальной эпохи были выражены здесь гораздо острее, чем в испытавшей две революции Франции, а рабочий класс был гораздо малочисленнее и слабее.