Трилогия о Драко: Draco Dormiens, Draco Sinister, Draco Veritas - Кассандра Клэр

— Можно ведь любить одновременно нескольких людей… Ты ведь знаешь…

— О, да… Я знаю.

— Но ты должен сделать выбор.

Он отвел глаза. Пламя факела отбросило на его светлую кожу золотой отблеск.

— У нас только одна жизнь, — ответил он, — и мы поступаем, как можем. Или должны.

У нее оборвалось сердце.

— Драко…

— Увидимся на вечеринке.

Он прошел к двери, провожаемый ее пристальным взглядом. Дверь давно уже захлопнулась, а Эрмиона все стояла и стояла и смотрела ему вслед.

**************

Сириус потрясенно осмотрелся: Нарцисса превратила большой зал для балов — когда-то огромное, сырое и мрачное пространство — в страну чудес и света. За западной террасой

Сибби Мэйлон и ВИА Дорожных Эльфов установили свою аппаратуру. Тяжелые бархатные занавеси с огромных, от пола до потолка окон, вдоль западной стены были сняты, и в окно были видны катящиеся к озеру малахитовые поля, далекую полоску деревьев, над макушками которых спускалось заблудившееся в переливах багряного и золотисто-желтого солнце. Залитый его лучами, зал сиял полупрозрачным, эфирным розоватым светом; словно бусы, на тонком шнуре повсюду лениво покачивались разноцветные фонарики, меняющие свою форму, — то яркая пчелка, а через секунду уже сияющая звезда. По светлому мраморному полу с золотыми изображениями знакомых созвездий весело плясали разноцветные пятнышки.

Нарцисса обратилась к профессионального прорицателю, который заверил ее, что расположение звезд самое счастливое, и сулит новорожденному удачу, любовь и благоденствие.

Длинные палисандровые столы вдоль стен ломились от всевозможных кушаний, а за потрясающий бар с рядами разноцветных булькающих и дымящих напитков отвечала сама мадам Розмерта, прибывшая сюда из Хогсмида.

— Великолепно, — Сириус обернулся к улыбающейся Нарциссе, необыкновенно красивой в смелого покроя сиреневой мантии с разрезом и с совершенно потрясающим, расшитым бисером корсажем. — Как и ты.

Нарцисса просветлела — так же, как и ее сын, она улыбалась редко, но (так же, как и у Драко) эта редкость превращала улыбку в лучезарное сияние.

— Да ты и сам неплохо выглядишь… — она прикоснулась пальцем к лацкану элегантного пиджака. — Кеннет Тролль?

— Армани для волшебников. Нарцисса, я так ценю, что ты сделала для Гарри… Все это… Особенно с учетом того, что Драко вообще не захотел для себя никакой вечеринки…

Ее улыбка погрустнела.

— Я полагаю, это и для него тоже… даже если не могу в этом признаться. Может, я не права, но…

— Нет. Коль это осчастливит Гарри, Драко будет только рад. Хотя он скорее отдаст себя на растерзание пикси, чем признается в этом.

— Фу, не вспоминай про пикси, это к несчастью, — Нарцисса легонько хлопнула Сириуса по руке и повернулась к выплывшему из соседней стены призраку-дворецкому, Антону, повязавшему ради такого случая прозрачный, напоминающий цветок, галстук-бант.

— Прибывают первые гости, — объявил он.

Первым гостем оказался Чарли Висли, в кои-то веки сменивший свою рабочую одежду на элегантный черный костюм, на фоне которого совершенно невообразимо выделялась его фамильная шевелюра.

— Я знаю, что рано, — задорно произнес он и, вытащив из кармана золотистую бутылку, протянул ее Сириусу. — Держи, я тут кое-что захватил…

— Вино? — приподняла брови Нарцисса.

— Грандиозное вино, — прищурился на этикетку Сириус. — Отличная вещь… Полстакана сшибут с ног, стакан — и придешь в себя через три дня… Крепковато для юного Гарри, ты не находишь?

Чарли покачал головой:

— Это тебе, Сириус. Для Гарри я припас кое-что другое…

Чарли неожиданно посерьёзнел, взбудоражив любопытство Сириуса:

— А что для него?

Но Чарли отказался рассказать хоть что-то, и Сириус перестал на него давить — начали прибывать гости, друзья, целые семь и даже Снэйп прибыл, чтобы отпраздновать семнадцатилетие Гарри.

**************

— Ну, давай же, Драко, — просяще ныла Джинни. Она улыбнулась Гарри, сидевшему рядом с ней на кровати в комнате Драко. Гарри был уже одет к приему — черные брюки и темно-зелёная рубашка от Кельвина Кляйна. От него приятно пахло лосьоном после бритья, но волосы все также растрепанно торчали в разные стороны.

Она знала, что Эрмиона в своей комнате накладывала последние штрихи — тушь и все такое — свой выход она обставляла с той же методической тщательностью, что и готовила зелье — сама же она еще и не начинала одеваться, хотя была совершенно уверена, что этот процесс займет никак не меньше нескольких часов. Вступая в зал для балов, она хотела произвести впечатление — чтобы все глаза воззрились на нее… и особенно те, серебристо-серые…

— Ну, Драко, мы не будем смеяться над тобой, клянусь!

— Я НЕ надену это — и точка, — отрезал Драко. Он стоял за покачивающейся черной ширмой китайского шелка, отгораживающей гардероб от остальной комнаты — были видны только его черные ботинки. — Мать, должно быть, сошла с ума.

— Разброд в семействе, мне сказали, — с удовольствием заметил Гарри.

Драко отодвинул ширму и сверкнул глазами:

— Поттер…

Гарри прыснул, а Джинни зажала себе рот, чтобы удержаться и промолчать. Драко вспыхнул и набычился. То, что подобрала ему мать на прием, было совершенно неописуемо, — существительное «рюшки», а также прилагательные «сияющий» и «белый» немедленно пришли ей на ум, лишь только она взглянула на него. Хотя… это что — воротничок в пейзанском стиле? А это… хм… нет, это конечно, искусственные бриллианты?..

— Кошмар, — мрачно констатировал Драко.

Гарри захрипел от хохота:

— Ты похож на пингвина — альбиноса.

— Я думаю, он выглядит весьма сексуально, — заметила преданная Джинни.

— А то! Для другого пингвина-альбиноса, — великодушно согласился Гарри. — Причем слепого и одинокого — и уже не первый год.

— Что-то ты сегодня не в меру боек, Поттер, — и Драко отступил обратно за ширму. Полыхнула какая-то разноцветная вспышка, посыпались искры — Джинни даже на мгновение испугалась пожара, и тут же зашлась в новом спазме хихиканья. Гарри сделал большие глаза:

— На сегодня модных дефиле с меня хватит, пойду-ка найду Рона, — он собрался подняться, но Джинни схватила его за рукав и дернула обратно на кровать. По непонятной причине мысль о том, чтобы остаться с Драко наедине, ее будоражила и пугала.

— Постой, — попросила она, и Гарри плюхнулся обратно на кровать, окончательно разлохматившись.

Когда Драко снова вышел, смех застрял у Джинни в горле. Черные брюки, сидевшие на нем, как влитые, мягкий джемпер цвета индиго, благодаря которому синие круги под глазами стали незаметны, ботинки коричневой кожи, выглядевшие так, будто каждый шнурок стоил по меньшей мере сотню галлеонов… Теперь он выглядел немного старше, куда как элегантней и ужасно, ужасно респектабельно. Это даже немного пугало…