An ordinary sex life (OSL) - Астердис

Ева начала дразнить ее, Джун решила дать отпор непростительным прозвищем, которое Ева абсолютно ненавидела. Очевидно, июль наступал после июня, и не помогало то, что день рождения Евы был всего неделю назад, в июле.

Так что теперь она легальна, едва-едва. Потрясающе!

Заткнись, ты.

Но если не считать прозвища, вечер прошел довольно гладко. В конце концов, девочки разрешили мне оплатить чек, я сказал Еве, что было приятно познакомиться с ней, и девочки высадили меня на станции BART, чтобы я мог вернуться домой к своей маленькой семье.

Саша обиделась из-за того, что пропустил домашнюю еду. Ким спросила, как прошел ужин с сестрами Сонг, но, прежде чем я смог ответить, Адриенна объявила, что скучает по мне и просто возбуждена. Через несколько часов я заснул в постели своей невесты с моей невестой с одной стороны и нашей общей девушкой с другой, принеся Саше мои искренние извинения в форме восхитительно потрясающих оргазмов.

Еще одна обычная ночь в моей жизни.

Книга 6. Глава 8. Июль. Часть 4.

ПОНЕДЕЛЬНИК, 23 ИЮЛЯ 2007

У меня было еще одно обычное утро, что для меня означало, что я снова опаздывал на работу. Это не была полностью моя вина, потому что нельзя ожидать, что парень в моем положении откажется от утреннего секса с кучей грудастых красоток. Я провел большую часть субботы в Беркли, а Дайна и Брэнди провели большую часть выходных со своими друзьями. Но в воскресенье вечером все собрались вместе, и мы устроили старомодную семейную оргию с пятью горячими женщинами и только одним мной. Даже в моих лучших проявлениях трудно (э-э, сложно) полностью удовлетворить тягу пяти нимфоманок к члену, и девушки все еще жаждали большего, когда на следующий день взошло солнце. Мне удалось вытащить себя на кухню за кофе и пончиком с шансом прийти вовремя, но Дайна затащила меня обратно в мою спальню, настаивая на том, что она не может начать свою неделю, не получив хотя бы еще одной инъекции протеина в её живот на завтрак, желательно с ее женскими соками на моем члене.

Дело в том, что я был высохшей оболочкой человека к тому времени, когда я устало рухнул на стул за столом в моем кубе, мои глаза были прикрыты, а периферийное зрение практически отсутствовало. Тем не менее, мои уши работали достаточно хорошо, чтобы я мог услышать упреки Джун: «Ты опоздал».

«Знаю, знаю» вздохнул я, выудив свой ноутбук и подключив его к док-станции. «Подруга не позволила мне…»

«Не хочу этого слышать» прервала она.

Я улыбнулся нашему обычному утреннему обмену мнениями и сосредоточился на том, чтобы войти в систему.

Еще раз повторю, что в то время я был измученной, неощутимой оболочкой человека. Должно быть понятно, что я не заметил того, что должен был заметить, в течение полных тридцати минут, и, кроме того, двадцать из этих минут были потрачены на то, чтобы смотреть на свой экран, сортируя электронные письма за выходные. Так что на самом деле я провел всего десять минут в прямом разговоре с Джун, прежде чем наконец понял, что в ее сегодняшней внешности было что-то другое.

«Твою мать, у тебя макияж?» Я практически выпалил.

Ее брови приподнялись, а губы изогнулись в глубоко разочарованном выражении. На мгновение поставьте себя на ее место: здесь она полностью нарядилась, не только нанесла макияж впервые в своей жизни, но и надела приталенный деловой костюм с настоящей юбкой, которую она позаимствовала у ее младшей сестры. И единственный мужчина на всей планете, с которым она когда-либо думала о половом сношении, даже не удосужился заметить это более получаса.

Джун собиралась убить меня.

По крайней мере, я думал, что она может, но она этого не сделала. Вместо этого она просто поджала губы и неодобрительно мотнула мне головой. «Не придавай этому большого значения, чем есть на самом деле» предупредила она меня, а затем сразу же возобновила разговор о наших диаграммах Цитериона, отображаемых на экране ее монитора.

Я не слушал. Я таращился. Нежные тени для век, легкая подводка для глаз, легкий румянец на ее щеках, и она распустила волосы. Я также теперь заметил костюм с красиво скроенным жакетом, который подчеркивал ее стройную фигуру, поверх шикарной блузки на пуговицах пастельно-синего цвета. Юбка до колен задралась, чтобы показать мне несколько дюймов нижней части бедра, так как она сидела, и я обнаружил, что смотрю на ее ноги.

«Что за…?» Я тупо пробормотал, качая головой, чтобы прояснить её.

Кроме того, у нас в настоящее время рядом были соседи, занимающие соседние кабинки, соседи, которые были достаточно близко, чтобы услышать мой первый всплеск по поводу макияжа Джун. Хотя никто не был настолько очевиден, чтобы немедленно встать, подойти и уставиться на нее, я заметил, что Ракеш и Камар вроде как блуждают по проходу со скоростью улитки, украдкой поглядывая в сторону Джун, прежде чем сделать неловкий разворот и вернуться тем же путем, которым пришли. Тридцать секунд спустя Генри, по крайней мере, прошел мимо ее куба и продолжил движение вперед.

Я заметил их, а Джун заметила, что я заметил их, а не фокусирую на ней внимание. Моя голова внезапно повернулась, боль пронзила мой позвоночник из-за ее тисков, сжимающих мой подбородок. Мои глаза расширились от удивления, и со вздохом Джун отпустила меня, прежде чем пробормотать: «Нам действительно нужно говорить об этом? Сколько раз нам придется бегать в конференц-зал, чтобы пережить день?»

«Прости, прости» извиняющимся тоном пробормотал я, выпрямившись и смущенно пожав плечами. «Я в порядке, я в порядке».

«Неужели такая большая разница, что я нанесла немного макияжа?»

Я дважды моргнул, откровенно посмотрел на нее и ответил: «Ты? Ну… да».

«Почти каждая женщина в этом здании накрашена».

Я пожал плечами. «Практически все женщины, кроме тебя, по крайней мере, до сегодняшнего