Крыса из нержавеющей стали (сборник) - Гарри Гаррисон

трудового дня, на базе бывшей королевской охранки создал секретную полицию и прочее, и прочее. Его ставленники получили возможность на вполне законных основаниях эксплуатировать народ. Бедные нищали, богатые жирели, а тюрем между тем не хватало, были изобретены трудовые лагеря. Ко времени перевыборов на стороне Сапилоте оказались все коррумпированные генералы и чиновники. С их помощью результаты выборов с тех пор подделывают.

– Почему же народ не восстанет?

– Власть диктатора держится на штыках, агенты секретной полиции – вездесущи, объединиться в оппозицию людям не дают, а одинокие бунтари обречены. Социальное устройство общества на Параисо-Аки – типичная пирамида: на вершине – диктатор, в его руках сосредоточена вся власть, ступенькой ниже – несколько богачей, вассалы тирана; основание пирамиды – большая часть населения планеты, люди, практически лишенные элементарных человеческих прав; между угнетателями и угнетенными – немногочисленная прослойка, так называемый средний класс.

– Веселенькое общество. – Я зашагал по каюте, напряженно размышляя. – Надо изменить порядки на Параисо-Аки.

– Согласна, но это дело непростое.

– Для человека, спасшего Вселенную, – любое дело по плечу.

– Дважды спасшего, – напомнила Анжелина.

– Вот именно. Я вернусь и…

– Мы вернемся. Мне и сыновьям тоже нужен отдых.

– Мы, конечно, мы, любовь моя! Ты, я и два наших замечательных близнеца. Флавия не сказала, почему она обратилась именно ко мне?

– Наш гид, Хорхе, поведал ей о твоих попытках разобраться в социальном устройстве тамошнего общества.

– Отлично. Вернувшись, свяжемся с подпольем через него. А мы вернемся, и очень скоро! Направлявшийся ко мне человек был хладнокровно убит. Теперь, побывав на его родной планете, я понимаю почему. Несправедливости я не потерплю в любом, пусть самом отдаленном уголке Галактики! И еще, за полковником Оливерой должок. Вернусь – рассчитаемся.

Брови Анжелины сошлись на переносице.

– Если этот коп коснется тебя хотя бы пальцем, он умрет! Страшной, мучительной смертью!

– У меня лучшая в Галактике жена! Но не беспокойся, о полковнике Оливере я сам позабочусь, ты же поможешь мне освободить всю планету.

– Заманчиво звучит. Милый, а ты уже придумал, как будешь освобождать Параисо-Аки? У тебя есть план?

– Плана пока нет, но это пустяки, спасал же я Вселенную без всякого плана, спасу и эту планету.

– Может, наймем армию и объявим им войну?

– Нет, провернем это дельце потоньше. У меня вроде бы уже появилась первая гениальная мысль на этот счет.

Стоит ли говорить, что близнецам наша затея пришлась по сердцу?

Джеймс возглавлял зоологическую экспедицию, которая собирала ядовитых гадов на мрачной, покрытой туманом планете Виниола близ безымянного красного карлика. Приняв наше послание по мгновенной ССВ-связи, он сдал свой зоопарк помощнику и на полной скорости помчался домой. Боливар в то же самое время изучал тюремную реформу, как говорится, изнутри, но, получив по «тюремному телеграфу» весточку из дома, бросил все, сбежал из гарантированной от побегов кутузки на Хелионе и прибыл домой лишь на считаные минуты позже брата.

В молодости всегда отменный аппетит. Зная это по собственному опыту, я терпеливо ждал в кабинете, пока близнецы поглощали приготовленный женой обед из девяти восхитительных блюд.

– Отец, да ты на себя не похож! – заметил с порога Джеймс.

– Верно подмечено, братишка, – подтвердил Боливар. – Темная кожа, черные волосы и усы, карие глаза, квадратная челюсть и широкие скулы… Тебя, отец, не узнать!

– И говорю я теперь на новом языке, – похвастался я на безукоризненном испанском.

– Потрясно звучит, – одобрил Джеймс. – На эсперанто похоже, и почти все понятно.

– Включите на ночь гипнофон, утром проснетесь с головной болью, но по-испански заговорите не хуже меня.

Вошла Анжелина, поставила на стол поднос с бутылкой рона и стаканами, села в свободное кресло.

– Спасибо, ма, – поблагодарил ее Боливар. – За ночь овладеем языком, а что потом?

– Потом отправимся на Параисо-Аки, родину этого божественного напитка. – Я разлил рон по стаканам, мы выпили, причмокивая от удовольствия. – Название планеты переводится как «Рай Земной». Сделаем же, чтобы планета не только называлась раем, но и стала им.

– Как? – в очередной раз поинтересовалась Анжелина.

– На месте разберемся. А пока взгляните на это… Я нажал кнопку на подлокотнике кресла, стена плавно поднялась, и нашему взору предстала мастерская, посредине – огромный черный автомобиль.

– С виду – старье старьем, – подметил наблюдательный Боливар.

– Спасибо на добром слове, я этого и добивался. Внешне автомобиль – точная копия того, что я сфотографировал на Параисо-Аки, деталька к детальке…

– Только в нем наверняка еще куча деталей, которых не было в оригинале, – подхватил Джеймс.

– Сообразительный у меня сынишка. В папу. Осторожно! Пока не объясню, как тут что работает, не прикасайтесь ни к одной кнопке, ни к одному переключателю. Такие вот машины на Параисо-Аки оснащены громоздкими, чудовищно неэффективными, да в придачу еще и ядовитыми двигателями внутреннего сгорания. На плодородных полях этой отсталой планеты выращивают сахарный тростник, из которого потом получают этиловый спирт. Думаете, из спирта готовят рон? Ничуть не бывало! Им заправляют автомашины. – Я поморщился, как от зубной боли. – В наш автомобиль вмонтирован миниатюрный ядерный двигатель. Он не только приводит машину в движение, но и питает радар, поворачивает стволы гранатометов и пулеметов, снабжает энергией лазеры в фарах и прочие механизмы, без которых на той планете не обойтись.

– Классная тачка, па, – похвалил Джеймс.

– Да, па, как раз то, что нам нужно, – поддержал брата Боливар. – Поздравляю!

– Спасибо.

– Ладно, с техникой разобрались. А вот что делать нам? – сказала Анжелина.

– Отдыхайте и готовьтесь. Измените цвет кожи и волос, выучите вариант испанского. Через два дня невидимый для любых радаров крейсер Спецкорпуса доставит нас на Параисо-Аки. Нас бросят там одних, беззащитных…

– Беззащитных? Я бы не сказал! – не вытерпел Боливар.

– …в десятках световых лет от ближайшей дружеской планеты. Четверо против целого мира. Против всемогущей государственной машины всепланетного тоталитаризма. Мне до слез их жалко…

– Ты, наверно, говоришь не о нас, а о тех, врагах, государственных людишках?

– Конечно. А теперь выпьем за нашу победу и за начало новой жизни на Параисо-Аки.

Глава 7

Одно дело сидеть со стаканом виски в руке на крыльце собственного домика и рассуждать, какие мы великие и непобедимые, совсем другое – остаться с тремя близкими людьми на враждебной планете. Признаюсь, даже у меня, бойца, покрытого шрамами схваток, сдавило горло при виде бесшумно взлетающего и растворяющегося в ночи крейсера Спецкорпуса.

Так что же, мы обречены? Если так, виноват во всем только я.

– Ну, отец… – начал Боливар.

– Начинается потеха, – закончил за брата Джеймс.

Они весело рассмеялись. Их дружеские похлопывания по спине едва не свалили меня на землю и выбили,