Зулкибар (Книги 5-7) (СИ) - Марина Владимировна Добрынина

женщинам, - сажусь. Ларрен почуяв движение, оглядывается в мою сторону. Придвигаюсь к нему поближе и продолжаю говорить, - я не считаю Терина зверюшкой. По вашим человеческим меркам, он для меня, наверно, как младший брат или младший друг. Как тебе больше нравится.

   - Мне не нравится, когда ты его целуешь, - внезапно меняет направление разговора Ларрен. - И еще мне не нравятся твои мысли о ком-то третьем в нашей постели... даже через двадцать лет.

   Вопросительно приподнимаю бровь и заглядываю ему в глаза. То, что я сейчас услышала, это ревность?

   - Что? - немного нервно спрашивает он.

   - Ничего.

   Улыбаюсь, беру его за руку, тяну к себе, глажу кисть, подбираюсь к запястью, собираясь снять браслет. Урок закончен. Тема закрыта.

   - Оставь. Мне нравится.

   Тон резкий, немного раздраженный. Ему непривычно скатываться на подобную сентиментальность, но сдержаться не смог. Улыбаюсь. Прикусываю кончики его пальцев, тихо урчу о том, что мне тоже нравится, как на его руке смотрятся камни под цвет моих глаз.

   Ларрен смотрит на мои губы и пропускает момент, когда я напрыгиваю на него, опрокидываю на спину и устраиваюсь сверху. Он не возражает. С любопытством ждет, что я буду делать дальше. Решаю, что одежда на моем маге сейчас явно лишний фрагмент. Телепортирую ее в сторону, прижимаюсь к нему всем телом, заглядываю в глаза и спрашиваю:

   - Позволишь?

   - Да.

   Вижу, что ответ прозвучал прежде, чем Ларрен успел подумать, на что соглашается.

   Улыбаюсь в который раз за последний час, и обещаю себе, что не случится ничего, кроме того, что мой маг сам пожелает.

   Глава 21

   Дульсинея

   Далеко мы с Жориком не пошли, устроились в ближайшем гриль-баре, и я в очередной раз убедилась, что криворукий повар королевы Миларки просто гений. Это какое-то катастрофическое невезение - второй раз подряд в своем когда-то родном мире нарваться на повара-неумеху. Впрочем, Жорик мое мнение не разделял, с удовольствием поглощая жареные ребрышки. (Подгоревшие и воняющие прогорклым маслом).

   - Дусь, ты чего не кушаешь?

   - Да что-то расхотелось, - проворчала я.

   - О, вот вы где!

   Голосок Ллиувердан, ящерицы этой недобитой, я везде узнаю. Даже думать не хочу, каким образом она у меня за спиной оказалась. Жорик вот сидит восторженно на нее таращится, да только непонятно, отчего - то ли от того, что она такая вся из себя красавица, то ли от того, что она появилась неизвестно откуда (телепортировалась, то есть) прямо у него на глазах.

   - А это кто у нас тут такой миленький? Дусь, ты себе второго мужа взять решила?

   - Ллиу, прекрати, - это Катерина моя вмешалась. Оказывается, она тоже тут рядышком стояла, под ручку с Аркадием. Судя по всему, разговор у них так и не состоялся, потому что вид у гота был не очень радостный, а даже скорее какой-то обреченный.

   - Это приятель мой, Жорик, - представила я, - Жорик, это Л... кхм... Лиля, знакомая моя. Катьку ты уже видел, с ней жених ее - Аркадий.

   Аркаша от такого представления как-то не очень радостно вздрогнул и при этом покосился на Ллиувердан.

   Я поняла, что мой обед с Жориком накрылся медным тазом, да и вообще раз здесь Ллиу, значит, нам пора отправляться восвояси и тянуть больше не за чем.

   - Ллиу, а давай Жорику аккуратненько память почистим, - предложила я.

   - Что? - насторожился Жорик, но Ллиу уже уселась к нему на колени и что-то такое заманчивое забормотала. Жорик успокоился, глазки остекленели.

   - Мы на телестудии уже были, - поведала Катерина, - видеозаписи уничтожили, память о нас с тобой и об Аркадии у всех стерли. Ллиувердан говорит, что нам не нужно было светиться в этом мире и в этом времени, потому что Николай историю твоего исчезновения по-другому рассказывал, следовательно, этих изменений, то есть твоего участия в шоу, не должно произойти.

   - Ага-ага, понятненько, - закивала я, косясь на дракониху, которая что-то слишком уж долго оглаживала по всяким местам моего бывшего. Ну что за неугомонная особа с обостренным тактильным голодом? Всех бы ей потрогать и погладить!

   - А вы как? Разобрались? - поинтересовалась я и сама себе отвечала, - судя по твоей кислой мине, Аркаша, ни хрена вы не разобрались.

   - А что тут разбираться? - фыркнула Катерина и покрепче ухватила своего готичного принца за руку, - он отправляется с нами.

   - Это невозможно. Катя, я не хочу...

   - Не захочешь по-хорошему, я тебя в таракана превращу, и так с нами отправишься, - пригрозила я и опомнилась, - кстати, о тараканах! Вот, Кать, целуй красавчика.

   Я торжественно извлекла из сумочки пудреницу, где томился в плену бедный террорист-таракашечка.

   Катерина обреченно вздохнула. Она, конечно, могла бы отказаться его целовать, но жалко парня - ведь не преступник, а дурак просто, такая же "училка с автоматом", как и его подельники. Так зачем над ним издеваться и оставлять на всю жизнь насекомым не самой приятной наружности?