12 историй о настоящей любви (сборник) - Мэтт Пенья

Когда Элинор ушла, Флинн сказал мне с улыбкой.

– Ты ведь выдумала эту историю, не так ли?

– Ничего я не выдумывала. Я сказала правду! Ты же мой друг и должен мне верить!

– Я твой друг, Натти. И потому говорю тебе, что не нужно сочинять истории, которые можно легко опровергнуть.

– Я не выдумываю! Ларс действительно существует! Я не знаю, почему его нет в базе данных, но этому должно быть объяснение. – Я глубоко вздохнула. – И я бы хотела, чтобы вы перестали называть меня Натти. Меня зовут Натали.

– Прости. Для меня ты не Натали. Звучит слишком… по-взрослому.

– Ну, я уже не маленькая девочка, – возразила я, положив голову на стол.

– Как скажешь, – сказал Флинн.

Я сидела и смотрела, как он работает. Обычно в такие моменты он выглядит очень напряженно. Его голова с серебристыми волосами склонена над игрушкой, глаза прищурены, сосредоточены. Он не любит, когда его отвлекают. Ни один эльф этого не любит.

– Флинн, кого… кого ты пригласил на Снежный бал? – спросила я, обращаясь к его спине. У меня перехватило дыхание. Только не Элинор. Кого угодно, только не Элинор.

Он помолчал. А потом, не оборачиваясь, ответил:

– Элинор.

Я почувствовала, как во мне что-то умерло.

– Почему?

– Потому что я всегда хожу с Элинор.

– Ах да, конечно. Всегда.

Интересно, а если бы я пригласила его напрямую, а не просто намекнула, согласился бы он? Изменил бы свои планы? Или все было бы так же, как и каждый год?

Флинн, самый красивый из мальчиков-эльфов, и я. На Снежном балу. У меня хорошее воображение, но даже мне трудно себе это представить.

Мы оба притихли. Даже как-то слишком. Нужно было что-то сказать, иначе я бы расплакалась, а этого я допустить не могла.

Я поднялась и встала позади Флинна, пытаясь выглядеть также величественно, как эльфы. Плечи расправлены, подбородок гордо поднят вверх. Как можно выше, чтобы не потекли слезы. Так высоко, что я уже смотрела в потолок. Я откашлялась. Мой голос звучал вязко, как черная патока:

– Думаю, ванную стоит сделать яркой. Золотые краны и черная плитка. Да и лестница, которую ты спроектировал, уже устарела.

– Я говорил тебе, что это кукольный домик в стиле модерн, это середина двадцатого века! – Флинн ответил раздраженно, но с явным облегчением. Я это почувствовала. Он был доволен, что я сменила тему.

Я наклонилась ближе, так же близко, как Элинор, и замерла. Я чувствовала запах его волос: они слабо пахли хвоей.

– А я тебе говорю, что этому домику нужна женская рука. Он выглядит слишком безжизненно.

Чего эльфы точно не любят, так это критику.

– Ты можешь просто дать мне спокойно поработать? – спросил Флинн.

– Пока ты не скажешь, что веришь мне, нет.

– Я не стану говорить то, во что не верю, – Флинн повернулся и посмотрел на меня. – У меня есть работа, Натти. То есть Натали. Она у всех нас есть. Между прочим, Рождество на носу…

– Знаю. Через двадцать четыре дня.

Флинн кивнул, довольный, что я его поняла и мы на одной волне. Мы оба прекрасно понимаем, как важны эти двадцать четыре дня. И Флинн повернулся обратно к компьютеру.

– Ты имеешь в виду, что всем, кроме меня, есть чем заняться? – горько спросила я.

Флинн снова посмотрел на меня:

– Нет, это совсем не то, что я хотел сказать… – его голос звучал растерянно.

– Папа сказал, что мой вклад в костюмы девочек-ковбоев неоценим. Они стали самыми популярными нарядами для девочек от пяти до семи лет, так что не пытайся приуменьшить то, что я делаю. И просто, чтобы ты знал, про Ларса я не лгала. Он существует, и он действительно первый, с кем я поцеловалась. Меня не волнует, есть это в базе данных или нет.

Я повернулась и вышла прежде, чем он смог сказать еще хоть слово. Я понимала, что натворила. Затеяла ссору с единственным другом, потому что злилась. Из-за того, что Флинн выбрал Элинор, а не меня.

Было бы чему удивляться. Разве эльфы встречаются с людьми? Только эльфы с эльфами. Они женятся, заводят детей, жизнь на Северном полюсе идет своим чередом, дети получают игрушки, и все счастливы. Так было всегда. Тут никогда ничего не меняется.

Я так и вижу их через несколько лет. На ней серебряное свадебное платье под цвет волос, на голове венок из плюща. Флинн высокий и стройный. Они вместе стоят перед свадебным деревом, возле которого женятся все эльфы на Северном полюсе. Конечно, Флинн полюбит Элинор, и, конечно, он женится на ней. Кого еще ему любить? Не меня же. Я же не эльф. Я не такая, как они.

Я вышла из Великого зала, чтобы подышать свежим воздухом, а потом решила пройтись. Воздух теперь все время пах перечной мятой. Кондитерская фабрика по соседству работала круглые сутки.

Разумеется, идет снег. Тут всегда снег, и кажется, что все вокруг покрыто бриллиантовой пылью. Что в снеге особенного, так это то, что он очень тихий. Вокруг вообще очень тихо. Как в церкви. Внушает благоговение.

Темно, но в это время года всегда темно. Солнца тут еще долго не будет. Эльфы не возражают, поскольку это их родина, но мой папа переживает, что у меня начнутся сезонные эмоциональные проблемы, поэтому в нашем доме везде стоят коробки светолечения.

Скрип снега под ногами и стук своего сердца – вот все, что я слышала, пока шла по тропинке от Великого зала к нашему дому. А потом я вдруг услышала, как Флинн зовет меня:

– Натти, подожди!

Я замерла. Обернувшись, увидела, что он почти догнал меня. Флинн стоял на дорожке, без пальто. Эльфам холод нипочем. Я устало смотрела на него:

– Будешь читать мне лекцию о праздничном веселье и духе радости?

– Нет. Просто хотел убедиться, что ты в порядке.

– А. – Собрав всю свою храбрость, я задала ему вопрос. Просто потому, что должна была знать: – Почему это обязательно должна быть она?

– Это всего лишь Снежный бал, Натти.

Но это не так. И это знали мы оба.

Флинн взглянул вверх. В небе над нами мерцала Северная звезда. Ее часто называют Полярной. Известная точка, вернее любого компаса. Ты всегда знаешь, где ты, стоит только взглянуть на нее. Ты дома.

– Северный полюс смещается, ты знала об этом? Из-за гравитации Солнца и Луны. Полярная звезда не всегда будет такой, как сейчас. – Я уже собиралась возразить, когда он внезапно спросил: – Ты когда-нибудь думаешь о будущем, Натали?

Меня бросило в дрожь от того, что он назвал меня по имени. Я специально ничего не отвечала, надеясь услышать это вновь.