Звезды и стрелы - Книга полностью - Стас Бородин

Мистер Конноли сидел перед зеркалом и изучал след на груди, оставленный черной стрелой. Рана все еще сочилась какой-то темной слизью и омерзительно пахла.

- Как это случилось? - спросил ирландец, не оборачиваясь.

В комнате воцарилась полная тишина.

Сет Кипман закашлялся и зашипел, когда Шеймус больно пнул его в раненное бедро.

- Это случилось по пьяни, - сказал Шеймус, и горестно вздохнул. - После того, как вас притащили в одеяле с арены, мы с Кипманом до того напились, что сами чуть не отправились в Царство Небесное!

Мистер Конноли сунул в рану указательный палец. Он провалился в нее по самый последний сустав.

- Ну, я точно не помню, кому из нас пришла в голову эта замечательная идея, - лицо Шеймуса стало красным как шаровары федеральных Зуавов. - Ну, в общем, нам показалось, что терять-то все равно нечего!

- Видел бы ты себя тогда, - подхватил Кипман. - Руки поломанные, шея распухла, будто ты тыкву проглотил, а челюсть к голове полотенцем привязана!

Взгляд мистера Конноли переместился с траппера на меня.

- Все так, - подтвердил я. - Это я ее подвязал.

Палец с чмоканьем вышел из раны, и на колени мистера Конноли тут же хлынула зловонная черная жидкость.

- А я думал, что вы в карты играли... - ирландец принялся машинально вытирать брюки.

- Пока мы напивались, Джонни прикончил немца, - ухмыльнулся Шеймус. - Перерезал ему глотку от уха до уха!

Мистер Конноли уронил голову на руки и тихонько застонал.

- Да ладно вам, - Шеймус оскаблился. - Ведь по-любому лучше, чем лежать в земле и червей кормить!

Татуированная спина ирландца вздрогнула, и он медленно поднялся со стула, распрямившись во весь рост.

- Вот как? - прорычал он, глядя на свое отражение в зеркале. - Быть может, ты тоже не прочь стать умертвием!?

Шеймус вздрогнул и схватил траппера за руку. В этот момент он напомнил мне испуганного маленького мальчика, цепляющегося за руку отца.

Сет Кипман отпихнул ирландца, и, прихрамывая, подошел к мистеру Конноли.

- Если бы мне предложили выбирать между смертью и этим, я бы выбрал последнее, - сказал он спокойно. - Господь дал тебе еще один шанс, так почему бы им не воспользоваться?

Мистер Конноли вздохнул, не отводя взгляда от зеркала.

- Господь? - прошептал он. - Будь я в этом полностью уверен, я бы так не боялся...

Он коснулся кончиками пальцев своей груди.

- Быть может, - сказал он. - Это вовсе не благословение. Быть может, это проклятие! Проклятие за все те грехи, что я совершил в своей жизни!

Шеймус хмыкнул и нервно засмеялся.

- Тогда, по идее, я должен жить вечно, - сказал он. - Посмотрим, заслужил ли я, подобное проклятье, ведь грехов у меня, уж можете поверить, хватит на нас всех, вместе взятых!

Мистер Конноли смерил толстяка ирландца взглядом.

- Да, возможно и Кайзер не отказался бы от такого шанса, - сказал он. - Да еще процитировал бы нам что-нибудь из Гете "Der ewige Jude"!

Шеймус озадаченно захлопал глазами.

На лице мистера Конноли наконец появилась тень улыбки.

- Спасибо вам, парни, за заботу. Спасибо, что не оставили Айдана сиротой! - сказал он. - Если бы у меня был выбор, я бы для вас сделал то же самое!

Я вздрогнул, и по моей спине побежали мурашки. Умертвием я бы не согласился стать ни за что на свете! Уж лучше кормить червей!

Настроение у мистера Конноли теперь менялось по десять раз на день. В один момент он весело насвистывал какую-то бодрую мелодию, а уже через полчаса становился мрачным как грозовая туча. Мне эти смены настроения нравились все меньше и меньше. Нужно было спешить, если мы собирались добраться до Сломанной Стрелы до полнолуния.

Фри-Сити мы покинули на рассвете, стараясь больше не привлекать к себе лишнего внимания. Капитан Крук сдержал обещание, снарядив нас лошадьми и всем необходимым для дальнего путешествия.

Мешки на спинах вьючных лошадей были набиты пеммиканом и патронами. С таким запасом мы при желании могли без труда пересечь континент от побережья до побережья.

- Нам придется подняться вверх по течению реки миль на шестьдесят, - сказал Сет Кипман, поморщившись, и поправляя шапку на забинтованной голове. - Логово Танцующего Волка мы ни за что не пропустим!

- А что дальше? - Шеймус задумчиво перекатывал между пальцев окурок сигары. - Я слышал, что индейцы спалили все мосты через реку...

Траппер удивленно вскинул брови.

- Закончим сначала с одним делом, а потом будем ломать голову над другим, - сказал он. - Я как-то не привык планировать все сразу!

Шеймус обиженно надулся.

- Это все потому, что у твердолобых трапперов никогда в этом не было нужды, - фыркнул он презрительно. - Вы никогда не заглядываете дальше ближайшей бобровой хатки!

Траппер в ответ только усмехнулся.

- У вас, городских, слишком много желчи, - сказал он, лениво потягиваясь. - Это все от того, что вы постоянно куда-то спешите! Все вам нужно распланировать на десять лет вперед, и для всего нужно иметь запасной план!

Траппер перебросил мушкет из руки в руку, и похлопал по томагавку, торчащему из-за пояса.

- Дорога это как песня! - сказал он. - Ее нужно петь слово за словом, а не перескакивать с пятого на десятое. Так же и жизнь, ее нужно жить день за днем. Нужно жить днем сегодняшним, а не днем завтрашним! Какой смысл волноваться о будущем, если настоящее еще не прожито!

Толстяк ирландец так и застыл с открытым ртом.

- Так ты ко всему еще и философ? - Шеймус вновь покраснел как задница федерального Зуава. - Этого нам как раз и не хватало, для полного счастья!

Я не смог удержаться и засмеялся. Пришпорив Маленькую Стрелу, я обогнал своих компаньонов и поскакал вперед.

Земли, расстилавшиеся перед нами, испокон веков принадлежали племенам чероки, однако на каждом шагу встречались следы деятельности белого человека.

Мы проезжали через полуразрушенные усадьбы, с уродливыми обугленными скелетами деревьев, а наши кони переступали через поваленные телеграфные столбы, опутанные клубками проволочных змей.

Повернувшись на восток, я прищурился, рассматривая сверкающую железную нить рельсов, уходящую к самому горизонту. Еще в сотне ярдов от нас на берегу реки высились уродливые развалины железнодорожного моста.

Мутные потоки воды вскипали между полуразрушенных опор, шевеля груды обломков и мусора.

- Пройдет еще пятьдесят лет, и все следы нашего пребывания здесь, навсегда исчезнут, - сказал мистер Конноли, указывая на развалины. - Я видел такое уже много раз.

- Это земля хочет поскорее забыть о белом человеке, - сказал я. - Ее терпение подошло к концу!

Мистер Конноли кивнул, и приложил руку к груди, к тому месту, куда вошла черная стрела.

Небо над нашими головами внезапно почернело. Огромная стая птиц заслонила солнце, превратив день в сумерки.

Трепещущие крылья сверкали как лезвия ножей, рассекая теплый весенний воздух, который наполнился вдруг глубоким вибрирующим звуком, от которого стало одновременно и радостно и тревожно.

- Это дикие голуби, - сказал я, улыбаясь. - Они возвращаются!

А птицы все летели и летели нескончаемым потоком. Нам на головы сыпались перья, помет и какие-то травинки и щепочки, принесенные неутомимыми путешественниками из дальних странствий.

- Вот дерьмо! - Шеймус накинул себе на голову куртку, а шляпу спрятал подмышкой. - Всю жизнь мечтал быть обосраным миллионом голубей!

Траппер весело захохотал, отвешивая толстяку оплеуху.

- Погоди, ты еще по-настоящему большой стаи не видел! - сказал он. - После того как она пролетает мимо, вся земля до самого горизонта становится белой от помета!

- Упаси Бог! - Шеймус опасливо выглянул из-под куртки. - Наше путешествие становится по-настоящему опасным!

С холма, на который мы поднялись, было видно на многие мили вокруг. Слева река Арканзас изгибалась могучей сверкающей петлей. На противоположном берегу начинались владения индейцев сиу.

Гряды пологих холмов, покрытых колышущимся ковром степных трав, тянулись до самого горизонта.

Я видел, как по равнине неспешно движутся тени от плывущих в вышине облаков, подобно черным пятнам неисчислимых бизоньих стад.

С правой стороны, далеко внизу, виднелась россыпь огромных черных камней, сверкающих на солнце как стеклянные бусы. В самом центре этого каменного лабиринта высилась скала, издалека действительно похожая на сломанную стрелу.

- Вон там, на меня однажды напал медведь, - траппер кивнул на черные камни. - Еще до того, как Танцующий Волк пришел в наши края.

- И что сталось с несчастным мишкой? - хмыкнул Шеймус.

- Ничего, - Сет Кипман передернул плечами. - Я ему оставил вьючную лошадь, а сам дал деру!

На этот раз я взглянул на траппера с уважением, а толстяк ирландец только фыркнул.

- А нам рассказывали, что ты великий охотник! - Шеймус похлопал по чехлу, из которого торчал приклад Генри. - Меня бы косолапый не застал врасплох!

Траппер озадаченно вскинул кустистые брови.