Порочный (СИ) - Кларк Дарья

— Нет.

— Что? — опешил Кирилл.

— Я еду с тобой.

Он пытается понять насколько мои слова серьезны, но убедившись, что я не лгу, улыбается уголками губ и молча подаёт мне руку.

До домика мы добрались быстро. Парень снова молчал, а я не пыталась вытрясти из него душу, успокаивая собственное любопытство. Если посчитает нужным, сам все расскажет.

— Надеюсь в этот раз обойдемся без сюрпризов, — проговорил он, оглядывая территорию.

Мне стоит только догадываться о смысле слов, но, кажется, я понимаю о чем он, ведь наша прошлая поездка кончилась семейными разборками и обидами.

Кирилл пропустил меня внутрь, закрывая за нами дверь на ключ.

Волнение в теле присутвует, но никакой паники нет, словно я на подсознательном мышлении понимаю, что парень не причит вреда. Он может быть занозой и грубияном, но уж точно не психопатом. Пришлось убедиться в этом на собственном опыте.

— Как ты? — сухой, даже чересчур типичный вопрос, но это большее, на что я сейчас способна.

— В порядке, — он стоит напротив и смотрит на меня благодарственным взглядом, — Наверное, стоит попросить прощения.

— Забудь, — останавливаю его, понимая, что Кирилл говорит глупость. Разве можно извиняться за свои чувства? Ему нужна была поддержка. Я его выслушала.

— Нет, я серьезно, — он усмехается, бросая рюкзак на рядом стоящий диван, — Ты за пять минут подарила мне больше внимания, чем мои родители за всю жизнь.

В тембре голоса слышна вина и боль. Разве можно винить себя за чужие ошибки? Его родители поступают неверно, игнорируя проблемы сына.

— Но они ведь любят тебя, — я правда пыталась найти что-то хорошее в его словах.

— Где-то в параллельной вселенной, — он подошёл к столику, взяв несколько писем в руки, — Отец заядлый бабник и мать карьеристка — идеальные родители о которых мечтает большая часть, не правда ли?

— Извини, если задела.

— Нет, я привык, правда уже не кажется такой жёсткой. Наверное, я сам в этом виноват.

— Но почему ты так коришь себя за прошлое? — я не успела договорить, так как парень застыл на месте, держа в руке одно единственное письмо, выронив остальные на холодный пол.

— Потому что я связан с его гибелью и они это знают! — не выдержав, повысил голос Кирилл, выпуская из рук последний лист бумаги, — Нелли, мой брат погиб из-за меня. Пять лет назад он должен был уехать из города и вернуться в Москву, но вместо того, чтобы отправиться на железнодорожный вокзал и ждать там свой поезд, он поехал меня искать. Искать пьяного ублюдка лет семнадцати, который снова решил провести время в компании шлюх! Разве можно такое забыть и жить спокойной жизнью?

Я молчала. Наверное, умом всё понимала, но сердцем не хотела отпускать эту ситуацию, догадываясь, что парень не простит себя за прошлое.

— Кирилл…

Он сжимает руки в кулаки, опуская взгляд и часто дыша. Пошли к черту все правила. Пошло оно всё! Я подхожу к молодому человеку и просто его обнимаю. Никто не должен быть одинок. В мире, где живёт несколько миллиардов людей это просто непозволительно!

Он обнимает меня в ответ, бережно прижимая к себе. Не хочу кричать и говорить ему, что границы вот-вот падут. Я наслаждаюсь моментом, разве может быть что-то чудеснее?

Весь день мы разговаривали обо всем, что было у нас на сердце. Я, как бы это не звучало, успела поделиться с парнем многими тайнами, не понимая куда подевался прежний Кирилл — главная звезда нашего универа.

Парень тоже не отставал, рассказывал о своем прошлом и семье, в которой тайн оказалось больше, чем в ящике Пандоры.

Как только начало смеркаться, Соловьёв предложил идею, от которой невозможно было отказаться. Мы вместе вышли на порожки, прихватив с собой пару кружек горячего чая и махровое одеяло, удобно устроившись рядом друг с другом под звездным небом.

Я каждый раз хотела себя ущипнуть и доказать, что сегодняшний день всего лишь прекрасный сон. Разве такое бывает? Девочка, чье общение заканчивалось на одном человеке — её самой, сейчас находится в компании популярного мальчика, количество друзей которого невозможно перечислить даже за час.

Хотя, возможно цинично, но не верю я в ту дружбу, срок которой подходит к концу, как только твои друзья узнают о твоих проблемах.

Это неправильно.

— Оказывается я тот ещё романтик, — сказал Кирилл, смотря на звёзды.

— Только не начинай, — я засмеялась, понимая, к чему весь этот разговор.

— Только не говори, что не впечатлена, — он слегка толкнул меня плечом, весело рассмеявшись.

— Не скажу, но я бы назвала это состояние шоковым.

— Настолько удивлена?

— Это мягко сказано, — он кивнул, дав понять, что меня понимает.

Повисла пауза. Я знала о чем думает парень, но не спешила отвлечь его и вырвать из мыслей, которые потоком текут по разным направлениям. Ему нужно время, чтобы простить себя, если он этого не сделает, ему никто не сможет помочь.

— Как думаешь, он бы простил… если бы знал… — ему тяжело подобрать слова, но я сижу тихо и жду, — А, неважно…

— Я думаю, что он уже тебя простил, — говорю, накрывая ладонью тыльную сторону его руки, — Теперь твоя очередь.

— О чем ты?

— Вопрос ведь в другом, верно? Ты сам не можешь себя простить.

— Это невозможно…

— Ты не виновен, — повторяю я спокойным тоном, — поверь уже в это наконец! Ты не виновен. Никто не может знать, что случится с нами в будущем. Кирилл, это стечение обстоятельств, не более, пойми это!

Он смотрит на меня и пытается что-то ответить, но использовав пару попыток, оставляет эту идею нереализованной.

Молчание. Мы настолько к нему привыкли, что сейчас не спешим ставить на перемотку. Возможно стоило бы, но только не сейчас.

Мы встречаемся взглядами, задержав внимание друг на друге. Между нами что-то есть. И это «что-то» меня пугает.

Кирилл Соловьёв.

Главный бабник и заядлый сердцеед.

Мне нужно держать дистанцию. Мне нужно ставить в приоритет разум, отказавшись от порыва эмоций, которые могут перечеркнуть всю мою жизнь.

Мне нужно…

Но когда он провел рукой по моей нежной щеке, задерживая взгляд на моих алых губах, я не свожу с него взор, понимая, что попала в ловушку.

«Уходи! Беги от него! Ты должна помнить, кто находится рядом с тобой!»: кричал разум.

«Позволь ему быть с тобой настоящим. Открой ему свою душу»: шептало сердце.

Как же сложно принимать верное решение…

Он наклоняется, наблюдая за мной. Я не сбегу. Не смогу. Слишком сильное желание поддаться парню явно доминирует над трезвостью ума.

Закрываю глаза и чувствую его губы на своих губах. Так нежно, так бережно… Ещё никогда мне не доводилось пропускать через себя такие эмоции. Сладкие, манящие, запретные… Я робко отвечаю на поцелуй, позволяя Соловьеву быть увереннее. Одной рукой он тянется к моей тонкой шее, а второй сжимает одеяло, что согревало нас от вечерней прохлады.

Он неидеален.

Да и я не подарок.

Но сейчас это не важно.

Всё не важно.

Время для нас двоих остановилось.

И я не уверена, что хочу прекратить то безумие, что горит в нас пламенем.

Только не сейчас…

14. Глава

Чувствую на теле тепло от лучей солнца, которые натиском пробивались в комнату, из-за чего открываю глаза.

Но оглядевшись, в панике понимаю, что нахожусь в чужой комнате. Отстраняюсь от подушки, осматривая пространство, заполненное мужскими вещами и парочкой флаконов мужского одеколона на тумбе.

В памяти всплывает вчерашний вечер. Ночь, я, Кирилл, поцелуй…

Твою же…

Падаю обратно на матрас и закрываю лицо руками.

Ничего не было. Между нами ничего не было… Я бы помнила. Но то, что я нахожусь в кровати Соловьёва, причем не в самом лучшем виде, не обнадёживает. Меня это дико пугает! И ключевое слово в моей фразе «дико»!

— Доброе утро, — Кирилл входит в комнату и остановившись возле двери, с интересом рассматривает меня, облокотившись о косяк.

— Ты же ведь не…