Магический курьер: НЕОФИТ (СИ) - Громовой Александр

— Роб, ты когда-нибудь по траве ходил?

— Нет, по ней ходить нельзя, только смотреть можно.

Пришлось насильно вытащить парня из машины, заставить снять сапоги и загнать его на газон.

Роб сначала брыкался, но, когда оказался стоящим на траве, сразу затих. Он пошевелил пальцами и зажмурился от удовольствия.

— Вы зачем на траву полезли?

Авина вышла из машины.

— Заземляемся, иди к нам.

— Тут по газонам ходить запрещено, вон табличка.

Роб открыл глаза и спросил.

Авина, ты когда-нибудь по траве ходила?

— Конечно.

— А я представляешь, в первый раз. Нам с детства вбивают в голову, если видишь что-то красивое, это не про тебя.

Девушка промолчала, а Роб снова зажмурился. Чуть погодя он скинул одежду и улегся на траву голой спиной.

Я подошел и лег рядом. Так кайфово было валяться в теплой росе, слушать шелест ветра в листве и пение мелких птах. Восходящее солнце начало слегка пригревать, отчего нас тут же разморило. Вставать совсем не хотелось.

— Тим.

— Слушаю.

— Я вот думаю, может на хрен все?

— Не совсем понял.

— Ну, вся эта история с другими мирами… Может забьем на все и рванем через Черные Поля, подальше в пустыню?

— Роб, зачем?

— Я часто думаю, а что там, дальше… Неужто на всей планете остались всего три Великих Города? А этот кастовый бред, кто его с-сука придумал, какая тварь?!

— Думаешь, есть еще что-то?

— Уверен, нам пудрят мозги, как вот с этой самой травой!

— Дружище, я хочу домой.

— Неужто тебе тут так плохо?

— Роб, ты мой лучший друг, в обоих мирах. Но, я должен попытаться, там у меня есть определенные обязательства.

Судя по шелесту, Авина тоже разулась и теперь ходила босиком.

— Давай так, — Роб привстал и растолкал меня. — Найдем этот портал, или что там нужно… Сгоняем к тебе, посмотрим, что там и как. Океаны, наверное, очень красивые! Как надоест, вернемся сюда и будем исследовать планету. А может вообще в другие миры рванем, а?

— Тебе у нас понравится! Кастовой системы нет, в глобальном смысле. Магии тоже нет, только чистый технический прогресс. Тебе как механику, это пришлось бы по душе…

Позади послышался визг покрышек и стук казенной обуви. Грубый голос прервал нашу беседу.

— А ну, руки за голову и убрались с травы!

Глава 11

— Полиции нам сейчас не хватало, — Роб выплюнул травинку, которую держал в зубах. — Я же предупреждал!

Авина успокаивающе помахала рукой, второй торопливо натягивая сапог.

— Офицер, все в порядке.

— Покиньте газон!

Полицейский упрямо выпятил подбородок и наставил на нас пистолет, сняв с предохранителя.

— Сыскная служба, — девушка быстро показала и спрятала золотой жетон. — Проводим следственный эксперимент!

Глаза полисмена напряженно сузились. Он кивнул напарнику, сидящему за рулем патрульной машины. Тот взял микрофон рации и что-то быстро проговорил.

Оружие по-прежнему смотрело прямиком на нас.

— Вы задержаны!

У стоящего рядом фургона захлопнулись все двери, а стекла и колеса с лязгом закрылись бронированными сегментными шторками. Оперативный передвижной пункт стал неприступной крепостью.

— Разуй глаза, офицер, — в голосе Авины появились ноты агрессии. — Мы представители частной клановой организации, имеющей дипломатический иммунитет. Немедленно спрячь свою пукалку!

Во взгляде полицейского мелькнул страх, но лишь на секунду.

— Госпожа! — он вытер лицо рукавом. — У нас ориентировка и вы трое подходите под описание, поэтому задержаны до выяснения личности и прочих обстоятельств.

— Твою же мать… это Дэвон! — прошептал мне Роб.

— Вы соображаете, чего городите?! — я вступил в разговор. — Какие обстоятельства, какое на хрен описание?

Правая коленка полицейского предательски затряслась, и он схватился за нее рукой, чтобы унять мандраж.

— У границы кольца, на территории Андреафана — тей, произошел инцидент с нападением неизвестных на представителей высшей касты! На кого-то из Волоконтов.

— Они дали описание нападавших?

— Ни жертва, ни сопровождающие лица ничего вразумительного пояснить не могут.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Так чего ты нам голову морочишь?!

— Го-господин, были многочисленные свидетели, по их рассказам и удалось составить примерную картину происшествия. Это все, что я знаю! Потрудитесь проследовать в отделение!

— Эй, придурок, — подал голос Роб. — Где Андреафана — тей, а где мы? Ты чего белены обожрался?!

Все уже оделись, за исключением моей персоны. Шмотки, кроме сапог остались в машине, и я признаться не совсем уютно чувствовал себя полуголым. Вот, нафига было запирать фургон?

Второй коп из машины подал знак.

— Мой напарник уже вызвал подкрепление, у вас будут проблемы, если не подчинитесь! — окрепшим голосом рявкнул полицейский.

Тут же, с пронзительным воем сирен на парковку влетели несколько патрульных машин и два грузовика со спецназом. Из них проворно повыскакивали люди в полной экипировке и рассредоточившись по периметру, взяли нас на мушку.

Над поляной прошел небольшой летательный аппарат на техно-магической тяге и заложив крутой вираж завис неподалеку, ощерившись орудийными стволами.

— Вы задержаны! — прогремел голос усиленный «матюгальником». — Встаньте на колени и поднимите руки за голову!

— Что за непруха, — тихо сказала Авина. — Ну что мальчики, прокатимся в отделение.

Откинув полы плаща, она медленно встала на колени и положила руки за голову. Пришлось последовать ее примеру.

С завидной скоростью и умением, мы были упакованы в полимерные ленты наручников и сопровождены в полицейскую машину.

— А с этим что делать? — спросил один офицер у другого, указывая на наш фургон.

Они постояли, почесали затылки и махнув рукой, тоже уселись в транспорт.

По дороге с нами обращались довольно вежливо и даже обыскивать не стали. Видно, никто не хотел иметь возможные проблемы от представителей дворянской касты. Наручники не давили и не врезались в кожу, что намекало на должное отношение. Мне заботливо выдали одеялко, чтобы не замерз и я решил: ладно, отношение человеческое, авось выкрутимся!

По прибытии на место, нас отвели в комнату с металлическим столом и скамьями, прикрепленными к полу мощными анкерами. Стяжки на руках срезали, принесли нам по кружке горячего какао и оставили в гордом одиночестве. Зеркальная стена намекала на то, что мы очутились в помещении для допросов.

Переглянувшись, простейшими знаками договорились сохранять тишину.

Авина Соран достала маленькую пилку и методично занялась маникюром. Я предпочел просто сидеть, а Роб прошел к стеклу и приложив руки козырьком пытался рассмотреть, что же происходит на той стороне.

— Ни хрена не видно! — сообщил он и вернувшись задремал прямо на столе.

Так прошла пара часов. Когда я уже собирался начать возмущаться, стеклянная стена вдруг завибрировала и с той стороны послышались глухие удары.

Еще через несколько минут к нам вошел высокий офицер, с шикарными усами.

— Добрый день, светлейшие господа! — он присел на свободное место и кинул на стол пластиковую папку с документами. — Мое имя Шута́ф Го́ран, я занимаю пост Шефа полиции Центрального округа, кольца Андреафана — роа.

Он с минуту выжидательно смотрел на нас, но никто так и не представился.

— Во-первых, я хотел бы принести извинения за этот инцидент, — он пригладил усы. — Поймите правильно, мои люди действовали согласно инструкциям, а вы пренебрегли правилами поведения в общественном месте.

— Я сразу объяснила, что мы работаем на Сыскную службу и там проводился следственный эксперимент! — строгим голосом возразила Авина. — Мало того, мы имеем дипломатическую неприкосновенность, но почему-то очутились тут и уже несколько часов теряем драгоценное время.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Госпожа, все именно так, как вы говорите, я не спорю, — Шеф Горан успокаивающе поднял ладони. — Именно поэтому прибыл лично, чтобы уладить возникшую ситуацию… Дело в том, что ваша группа очень точно подошла под рассказы очевидцев, с места происшествия, с участием весьма благородных особ и это явилось причиной задержания. Но, вот что странно! Я едва уговорил пострадавшую сторону прибыть сюда, для очной ставки. В итоге, главный участник вообще отказался от заявления, устроил истерику и угрожал уволить все наше отделение, а меня разжаловать в патрульные.