Любить и ненавидеть по-русски - Денис Шевченко

Кому это выгодно? Вроде кроме дочки других близких родственников нет. Значит надо искать среди окружения Артура.

Или все-таки это Павел, имеющий непонятный мотив?

Если бы Виктор знал о розах, появляющихся в определенной последовательности под Юлиными дверьми, он вообще перестал бы обдумывать гипотетическою виновность Павла в убийстве отцовских людей. Брат не может так любить сестру.

Но один вывод напрашивался сам собой: за убийством Макса Климова и исчезновением его сестры стоит ни кто иной, как Павел Конев и трое его друзей-уголовников. Слишком много совпадений, чтобы сомневаться в этом. Виктор вообще отвык сомневаться, на войне такое дерганье ни к чему: или ты уверен, или мертв.

Он поворочался и включил телевизор. По одному из каналов шел боксерский поединок. Два здоровых негра усиленно молотили друг друга, зарабатывая очки и симпатии зрителей. Виктор любил бокс и досмотрел бой до конца. Затем начался выпуск новостей, который с интересом и возбуждением смотрели как минимум два человека.

Буран не отрываясь смотрел на экран. Симпатичная молодая ведущая сообщала о главных событиях дня. Игорь кусал ногти.

— Так. Приезд вице-премьера — ерунда, падение балкона аварийного дома, на котором находилось двое детей, тоже не заинтересовало Игоря, хотя в душе он еще раз отматерил правительство. И вот, наконец.

— Сегодня в перестрелке ранен известный городской предприниматель Артур Конев. В тяжелой ситуации он доставлен в частную медицинскую клинику «Рубин». Покушение было совершено также на его сына, который не пострадал. Всего в сегодняшней резне погибло девять человек, среди них один случайный свидетель. Начальник городского управления внутренних дел генерал Малахов лично руководит расследованием кровавых разборок. Теперь об этих и других новостях более подробно.

Игорь оторопел: «Конев жив. Господи, что значит тяжелое состояние? Про реанимацию ни слова. Частная клиника, значит денег на его лечение не пожалеют. Неужели я проиграл?» Он продолжал смотреть телевизор, набирая Глеба. Тот ответил совершенно пьяным голосом, но интонация говорила сама за себя.

— Глеб, он жив. Ранен, в тяжелом состоянии доставлен в частную клинику, но жив. Мы серьезно попали.

— Идиоты! — Глеб неистово кричал. Оба давно забыли про шифр, которым старались пользоваться по телефону. — Что теперь делать. Ты понимаешь, что если он не умрет до завтрашнего утра, то умрем мы.

— Понимаю, — Бурана захлестнула ярость, — а ты думаешь легко втроем перебить два десятка охранников?

— Ладно, — Глеб смягчился, — собери всех, кого найдешь, и сегодня же штурмуйте клинику. Нужно закончить это дело во что бы то ни стало.

— Я постараюсь. — Игорь дал отбой и выключил телефон.

— Урод. Кто сейчас согласится с нами работать. Да и положится ни на кого, кроме Степана и Василия я не могу, а они убиты. Клинику наверняка охраняет рота бойцов, да плюс еще менты. Туда и на танке не подберешься. Похоже, надо спасать свою шкуру, пока они не пришли в себя и не начали мстить.

У Игоря дома было спрятано около пяти тысяч долларов. Этого должно хватить на первое время. Квартиру и обстановку, естественно, придется бросить.

Он понимал, что жадничать сейчас нельзя. Уже сам поход домой за зелеными супер рискован. Но другого выхода нет. Продуктов в логове хватит от силы на неделю, а что потом?

За это время Глеба уже приберут к рукам, и он встретит парня по имени Джо Блэк, если не смотается. И естественно будут везде искать его главного исполнителя.

Других вариантов не оставалось. Буран переоделся в спортивный костюм, сунул за пояс пистолет и скрепя сердце отправился на встречу своей судьбе.

Роман промучился несколько часов от желания отлить, почесаться и распрямить спину. Но надо заметить, что он не предпринял ни малейшей попытки освободиться.

В конце — концов нервное истощение переросло в сон, который Радочин принял с благодарностью, как временное бегство от страшной реальности.

Кто знает, может быть проснувшись он окажется в уютной квартире своих родителей, с очередным детективным романом под мышкой и массой новых ощущений.

Эти мысли крутились в подсознании, тем более, что снов он не видел. Скрежет металлической двери барака вернул его в кошмарную действительность.

Теперь парней было трое. Прибавился светловолосый, совсем молодой пацан, который держался не так уверенно, как его старшие товарищи.

— Привет, спортсмен, вижу, что не дергался и хвалю, — парень в кроссовках, сам видимо спортсмен, был в настроении. — Так как ты поумнел, я решил в качестве призовой игры дать тебе немного подышать ртом. — Он подошел к Роману и вытащил тряпку, с неприятным звуком покинувшую рот Радочина.

— Как ты себя чувствуешь?

— Мне отлить надо. — Роман не узнал свой голос, настолько слабым он стал.

— Ну, брат, все надо заслужить.

— А может под себя? —предложил изверг в туфлях.

— Пожалуйста, — взмолился юноша.

— А как насчет Юли, уже не хочется залезть к ней в трусики?

Глаза Романа сверкнули.

— Да я никогда ее не любил. Идиотом был, когда решил с ней встречаться. Простите, она для меня ничего не значит. Таких девчонок вокруг навалом. Клянусь, я никогда больше даже не посмотрю в ее сторону.

— Да-да, — подзадоривал парень в кроссовках, — из-за нее тебе грозит нассать в штаны.

— Сука, я так и знал, что вляпаюсь в историю, лучше бы она была на моем месте.

При этих словах парни многозначительно переглянулись.

— Ну что? — спросил самый молодой.

— Порядок, — ответил спортсмен. — Давай.

Молодой скрылся за дверью и через несколько секунд втащил за собой связанную по рукам и ногам Юлю Коневу. Она сопротивлялась, как могла, но это были жалкие попытки.

Рот у Юлии был заклеен скотчем, но голова работала нормально. По безумно-ненавидящему выражению ее глаз Радочин-младший понял: Юля слышала все до последнего слова.

— Вот теперь голубки, можете поиграть в смотрелки, но только в равных условиях, — спортсмен снова затолкал грязную тряпку, мокрую от слюны, в рот к Радочину. Того едва не вырвало, но страх захлебнуться помог сдержаться.

— Не тянет потрахаться, а? — бандит в туфлях не отличался остроумием, но злорадства ему хватало.

Юлю положили таким образом, что ее лицо находилось сантиметрах в пятнадцати от лица любовника.

Роман отвел взгляд и понял, что их любви пришел конец.

Виноград от полученных новостей моментально протрезвел. Пока что, в кабаке его никто не трогал. Видимо новости еще не дошли до местных авторитетов. А может они тоже страхуются, пока не прояснится серьезность ранений Конева-старшего.

— Господи, я ж про Пашку не спросил, как с ним? Наверное, тоже облажались, иначе Буран бы мне сказал. Ублюдок, подвел в такой момент!

Он направился к выходу, но неожиданно дорогу перекрыли два здоровых парня.

— Глеб Александрович, нам босс приказал, когда вы устанете, проводить вас до гостиницы и охранять всю ночь. А утром он сам заедет поговорить о делах.

От неожиданного страха Глеб потерял дар речи. Труба, Саша Мельник приставил к нему своих амбалов, и теперь остается только пассивно ожидать своей участи.

Только ценой больших волевых усилий он смог ответить сквозь зубы.

— Хорошо, я еще посижу тут. Просто хотел проветриться.

— Нет проблем, мы вас проводим. — Парни просто излучали предупредительность.

— Не надо, я уже передумал, — Виноград брезгливо сплюнул под ноги, даже не думая, что ведет себя как мальчишка, которого ткнули лицом в грязь.

Мозг лихорадочно прокручивал варианты спасения, но его работе мешали эмоции. Он не мог простить себе, что пошел на такую авантюру, пытался самооправдаться, мол если не я, то меня. И искал ответ на вопрос: «Кто же все-таки заварил эту кашу?» Ничего не помогало, а время шло.

Свой кейс с деньгами он оставил в камере хранения аэропорта, хотя это и было очень ненадежно. Но гораздо рискованнее таскать такую сумму с собой, усиливая соблазн местной братвы по собственному устранению.

В этом же кейсе лежал загранпаспорт и путевка в Египет. Но теперь Глеб сообразил, что лететь за кордон из чужого города, где в таможне нет своих людей, где местные ребята-бандиты не помогут, а хотят помешать, нельзя.

Он перестал пить водку и заказал себе чашечку кофе. Оставался маленький, но очень хитрый вариантик, который Глеб и собрался опробовать.

Примерно минут через сорок один из охранников отправился в туалет. Как только его широкая спина скрылась за дверью, Глеб немедленно подошел к его приятелю. Тот настороженно смотрел на своего важного пленника.

Глеб решил играть в открытую.

— Послушай, у меня неприятности, нужно срочно смываться. У меня есть деньги в аэропорту. Если ты поможешь мне, получишь пятьдесят штук баксов. С такими бабками можно в любом городе начать новую жизнь.