Игры в замужество - Дженнифер Лабрек

Прошел один день. Еще двадцать четыре часа, и все закончится.

Она старалась запомнить игру света и тени на его лице, ощущение его мускулистого бедра под ее ногой, ровный ритм его дыхания, легкий изгиб под левой бровью. Этот сексуальный шрам, его запах на простыне и на своем теле.

Нил. На этот раз она выбрала не того человека, чтобы все бросить. Нил оказался настоящим мужчиной, а не таким, чтобы закрутить с ним просто легкий романчик.

С ним Тамми не чувствовала себя одинокой.

Казалось, что он проникал ей в мысли и в сердце.

За две недели он плавно слился с ее жизнью. Пикники экспромтом. Любование звездами по вечерам. Шутки, которые он приносил домой из офиса.

Встречи с ним и Треной, научившие ее ухаживать за собакой. И долгие ночи любви — они сделали ее жизнь богаче, полнее. И все это пугало ее.

Судьба коварна с временем. Где был Нил десять лет назад, когда она все еще считала, что у нее есть шанс стать счастливой? Она никогда не станет той, кто действительно нужен Нилу, а остановиться на меньшем она ему не позволит. Хоть ад, хоть потоп, но она останется самой собой и выполнит их договор до конца.

Нил сидел на кушетке Тамми. Сегодня была их последняя ночь, они сами определили конец их «флирта». Нет, он явно был не в себе, когда соглашался на эти условия.

— Хочешь пива? — Тамми появилась на пороге кухни.

— Конечно. — Он стал подниматься. — Но я сам могу взять.

— Не глупи. Ты гость. — Нил почувствовал себя так, словно она поставила его на место. У него нарастало ощущение, что Тамми постоянно старалась сохранить дистанцию. Как будто прилив и отлив эмоций. Когда он приближался слишком близко, она отступала. Если она всегда убегала от своих чувств таким образом, а он готов был поспорить, что именно так и было, то неудивительно, что ее три замужества закончились разрывом. Нил старался не думать о том, как стремительно уходило время.

Феа Гейм подошла поближе и положила подбородок ему на колени.

— Привет, девочка. Как дела?

Он чувствовал себя здесь как дома. Он, собака, Тамми. Для полного счастья ему не хватало только Мемфиса, Джиджи, Текса и Лолиты.

Тамми принесла два бокала пива.

— Она хочет, чтобы ты почесал ей грудь. Ей нравится, когда ей чешут это место.

Нил взял бокал левой рукой, а правой почесал то место, на которое указала Тамми. Собака закрыла глаза и прильнула к его ноге.

— Я же говорила, что ей это нравится. — Тамми уселась рядом с ним.

— Да. Кажется, она абсолютно счастлива. Надо познакомить ее с моей командой и посмотреть, как она будет себя чувствовать.

На ее лице появилось что-то похожее на тоску.

— Я знаю, что еще рано, но ты уже нашел ей дом?

— Трена не говорила об этом. — Что и должно было быть, так как он велел ей не торопиться, уверенный в том, что, если пройдет достаточно времени, Тамми не захочет отдавать собаку. Он также надеялся, что она не захочет бросать и мужчину.

— Я просто подумала, что за неделю до Рождества ее вполне могла бы принять какая-нибудь семья. Она была бы для кого-нибудь замечательным рождественским подарком.

— Мне кажется, что она уже сама нашла себе вполне уютный дом.

Словно в подтверждение этому заявлению собака забралась на кушетку и мило свернулась клубочком рядом с Тамми. Выражение лица Тамми, бросившей взгляд на собаку, было просто невозможно описать.

Нил рассмеялся — он много смеялся, когда был с ней.

— Ну вот. Своя собственная собака, размещающаяся на колене, несмотря на шестьдесят пять фунтов.

Тамми явно была взволнована.

— Она раньше никогда так себя не вела…

— Хочешь, чтобы я ее стащил вниз?

Тамми посмотрела на Феа Гейм. Собака ответила ей обожающим взглядом.

— Нет. Просто оставь ее. Если людям, которым она достанется, не будет доставлять проблем ее привычка взбираться на мебель.

С собакой она сделала то же самое, что и с ним.

Только собака приблизилась к ней, как Тамми тут же подняла вопрос о том, что от нее надо избавиться.

— Ей не нужно никуда уходить.

— Я предупреждала: я не тот человек, который обожает животных. — Осознает ли Тамми, что все это время она почесывала у Феа Гейм за ухом? Она скользнула рукой по его бедру, и это прикосновение обожгло его сквозь брюки. В ее глазах появилось туманное выражение, так знакомое ему. — Мы ведь не станем проводить нашу последнюю ночь в ссорах? Неужели ты хочешь именно этого? — спросила она.

Он точно понял, что происходит. Как только они направлялись в сферу эмоций, Тамми переводила все в сферу физических ощущений. Когда он ожидал, что все закончится физическими ощущениями, все было наоборот. Между ними накалялись отношения. Нил закрыл глаза.

Нет, он не хотел спорить. Это была последняя ночь, когда можно было дать волю своим фантазиям. Он открыл глаза.

— Ты знаешь, чего мне действительно хочется? Кончиками пальцев Нил игриво касался ее плеча.

— Скажи мне.

Нил собрался с духом и дал выход фантазии.

— Я хочу, чтобы ты для меня станцевала. Ты могла бы это сделать для меня?

— Я не очень сильна в балете, — подыграла она.

— Я не имел в виду балетные движения.

— Не собираешься ли ты поразить меня тем, что ты привык к стриптиз-клубам?

— Нет. Его друзья как-то затащили его на холостяцкую вечеринку посмотреть экзотических танцоров. Этого было более чем достаточно.

Решительная капризная улыбка появилась у нее на губах.

— Пожелания?

— На твой выбор.

— Я знаю, что нужно. Но нужно увести на кухню Беллу.

— Беллу?

Она заерзала на краю кушетки.

— Да, собаку.

— Значит, ты называешь ее Беллой?

— Не совсем… Ну да… Она не отзывается на Феа Гейм. В любом случае, это неподходящая кличка.

Слушай, отведи собаку на кухню.

Нил поднялся с кушетки.

— Пойдем, девочка.

— Тебе нужно прихватить и ее постель, — сказала Тамми.

Нил удивленно приподнял брови.

— У нее там нет подстилки. Я не хочу, чтобы мой массаж оказался безрезультатным. На столе коробка с собачьими лакомствами, можешь взять одно и поманить ее.

— Хорошо. — Нил вытащил подстилку из корзины. — Пойдем, Белла, Белла послушно пошла на кухню. Нил устроил ее и дал ей печенье, как велела Тамми. Потом вернулся.

Тамми выключила свет и зажгла свечи на каминной полочке. Горел камин, мерцали рождественские огни на елке. Она стояла перед камином в потоке света.

Нил сел на кушетку.

Один отдаленный щелчок — и раздался сексуальный жаркий ритм. Он не был уверен, кто пел, но узнал слова — страстные стихи о любви.

Тамми повела бедрами, сорвала платье через голову и отбросила его. Затаив дыхание, Нил следил, как она двигалась под музыку в черном бюстгальтере, так подходившем к черным трусикам и черным туфлям. Вот она повернулась к нему спиной и сделала какое-то быстрое движение, прогнувшись в талии. Потом ее голова появилась между ног и тут же исчезла, одарив его коварной улыбкой.