Гангстер вольного города - Дмитрий Лим

Переживал я зря. Вопросов не возникло. На мои руки просто не смотрели. Из типичного для семьи диалога я составил краткую характеристику каждому своему новоприобретённому родственнику.

Мама была простолюдинкой. Слабый маг земли первого уровня. Если я правильно понял из разговоров о «силе», то навык у неё какой-то бытовой. Небоевой, как мой, например. У отца уровень третий, то есть вровень с моим, но тоже что-то с помесью бытового.

Без насилия, вот. К слову, по моим способностям они изрядно прошлись. Говоря то, что я даже не понимал.

И что самое забавное, любое упоминание о моей службе моментально перекрывалось совершенно другими разговорами и темами. При этом мама злобно поглядывала на отца, а тот все также виновато смотрел на меня.

Да что же с ними творится? Что такого случилось на службе, о чем они боятся даже говорить⁈

Надо расспросить Кита. Подробнее.

* * *

В мою — ну как мою? — бывшую комнату, где я обитал, меня отпустили только после того, как рассказал о своём… происшествии. Стоило только упомянуть о трупе в моей холостяцкой берлоге, как мама схватилась за сердце, а папаня заявил, что виной тому…

Степняки. Что за степняки такие и с чем их едят, в конце концов⁈

Сестрица проводила меня на второй этаж, помогла найти свет и пожелала спокойного досыпания. Сама же, кашляя так, как будто её легкие были забиты слизью, отправилась в соседнюю комнату. Где спустя пару минут захрапела настолько громко, что аж стены вибрировали.

Заболевание лёгких… видимо. Ладно, посмотрим потом, чем ей можно помочь.

Помимо того, что я не сразу, но понял, что в доме есть электричество — уже примерное доказательство технологического прогресса, я осознал и другое. Рановато меня забрали из родного дома.

Комната, в которой я оказался, больше походила на обитель какого-то дрочера. Как бы грубо это ни звучало. Все стены оклеены плакатами голых и не совсем голых девиц, весьма молодых, между прочим. Игрушечные солдатики, фигурки, комиксы, игры…Чепуха какая-то!

А огромный шкаф, который чуть не завалил меня вещами, что посыпались лавиной, стоило мне открыть дверь, доказал одно: вкус у меня отсутствовал напрочь.

Рубашки в цветочек были признаком нетрадиционной ориентации, не иначе. А когда я увидел цветные галстуки, пёстрые носки и неприметный блокнотик, где перечислялись женские имена и приписки вроде:

— Вдул.

— Не дала.

— Дала, но я не закончил.

Выдохнул с облегчением. Нет, с ориентацией было все в порядке, просто у этого Володи отсутствовали мозги. И вкус, да. Пытался красоваться яркими нарядами и… скорее всего запихивал свой стручок во все, что как можно шире и беспардоннее раздвигало ноги.

Мда… в скотское тело я попал.

Стол у окна, покрытый толстым слоем пыли, навёл на новые мысли. Внутри ящичков были камни. Всякие. Но не макры, как мне первоначально показалось. Они имели разный цвет, разную форму и в них что-то плавало. А ещё большим открытием стала книга на непонятном языке.

— Это ещё что за сатанизм? — пробурчал себе под нос, разглядывая пентаграмму посередине зелёной обложки из кожи.

Книжку открыть не получилось. Как бы я ни старался. Страницы у неё склеены, что ли? Даже всяческие попытки засунуть между листов бумаги то линейку, то лезвие маленького ножичка, который попался мне под руку, не привели к результату.

А мне же, твою мать, было интересно!

Отложил книгу на потом и принялся шерстить в ящиках стола дальше. Сигареты, презервативы, чьи-то трусы, судя по размерам — бегемота.

— Ну ты и клоун, Вова, — сказал я сам себе, а затем взмолился, чтобы у меня не было девушки.

И тут…

— Ох ты ж млять…

Я держал в руках скромный клочок старой газетёнки. «Вестник Кустовой республики». На скромном клочке была фотография Лизы, моей сестры… А также колонка с описанием проблемы и сбором средств:

«Елизавета Алексеевна Шаман оказалась больна редким магическим заболеванием. Её сосуд был искусственно истощён её богом-покровителем, да так, что весь её физический иммунитет погиб».

Спасти её может лишь дорогостоящее лекарство, которое делается из макров пятого уровня изнанки. А стоит оно… очень дорого…

Но и это ещё не всё.

В ящике оказалось много газет, и что было самым удивительным, так это…

— Какого черта⁈

В моих руках оказался свежий, относительно тех, что я выбрасывал на пол, номер. На обложке красовалась моя фотография, новость была военная, а колонка… странная.

«Владимир Алексеевич Шаман. Боевой маг земли третьего уровня. Лейтенант батальона номер шестьдесят шесть. Собственноручно уничтожил три батальона врага, используя неизвестную магию. Погиб, выполняя приказ».

— В смысле погиб⁈

Глава 12

Над этой статьёй я и завис. Мысли начали путаться, а картинка мировоззрения — расплываться. Мало того, что юноша и оказался очень странным человеком, так он ещё и умудрился помереть!

Но я же тёплый…и вполне себе живой.

Не знаю зачем, но после прочитанного потыкал пальцами себе в щеки. Словно проверяя, жив я или нет.

Определённо жив… Тогда что это за хреномантия в газете⁈

— Разберёмся, — протянул себе под нос, вывалив на пол содержимое последнего ящика.

И ничего стоящего не нашел, пока до меня не дошло, что в столе есть потайная ниша. И началось…

Как я её обнаружил? Очень просто: попробовал вернуть ящик на место, что-то не так вставил… Нет, в целом я всегда вставляю правильно и с первого раза, а тут просто черт попутал.

Днище ящика за что-то зацепилось, и уже после я увидел крышечку, что выпирала из короба стола. Деревянная плашка легко сковырнулась ногтем. Правда, заусенец я себе всё-таки посадил. Содержимое тайника вызывало всё новые вопросы.

Спустя пару секунд в моей ладони лежал маленький бутылёк. Скляночка даже! А заключала её в себе форма из чёрного металла, который тут был больше для красоты, чем для защиты. Впрочем, металл покрывал находку так, что её и открыть-то было невозможно. Мелкие шипы в этом обрамлении, казалось, поблескивали в свете потолочного светильника и будто бы и не из металла были сделаны.

Буро-малиновая жидкость внутри чем-то напоминала кровь. Но зачем этому юнцу кровь в бутылечке? Вот эту штучку я, сам не зная зачем, и прибрал в карман брюк. Сугубо машинально. А потом установил ящики на место и резко разогнулся, зашипев от боли.

Один из шипов «прошил» карман и больно уколол ногу.

— Сука.

Достать колючий предмет оказалось той ещё задачкой. Ибо