Каменная принцесса - Девни Перри

— Точно. — Шоу кивнул. — Затем мы снова возвращаемся в прошлое, показывая еще три сцены, когда он выходит против Дрейвена проигравшим.

Дрейвен был самодовольным, неприкасаемым преступником. И в некотором смысле, это именно то, кем он был. Люди тянулись к Дрейвену из-за его уверенности в себе. Его силы. Он был прирожденным лидером с острым умом и отношением к делу без обмана.

Вы любили его отчаянно.

Или ненавидели с такой же страстью.

Дэш был таким же в какой-то степени, хотя Брайс и мальчики смягчили его за эти годы.

Мы все смягчились после того, как Цыгане закрыли двери своего клуба.

— Там будет сцена с молодым полицейским, которого Маркус наставляет, — сказал Шоу. — Еще одна, где он ругается с Люком.

— Люк тоже будет в фильме?

— Да. Он наш герой.

— Нет. — Я покачала головой. — Женевьев — герой.

— Верно. — Он отхлебнул воды. — Люк и Маркус не приходят к согласию по делу о краже со взломом. Парень вломился в магазин, и Маркус хочет отделаться предупреждением, потому что играет в гольф с его отцом. Люк утверждает, что, поскольку парню двадцать один год и во время взлома он был пьян в стельку, он не заслуживает простого предупреждения. Это первый раз, когда мы встречаем Маркуса как плохого полицейского

— Хорошо. — Возможно, эта история была правдой. Возможно, нет. Но пришло время начать вселять некоторые сомнения на счет Маркуса.

— Сцены после этой переносятся в настоящее время. Дрейвен был арестован, но вышел под залог. Женевьев переехала в город. Она приехала, потому что хочет расследовать убийство своей матери, но затем узнает, что она дочь Дрейвена. Хотя ее история показана с точки зрения Маркуса. Он ужинает со своей женой и слышит сплетню. Он расстроен. Ему понравилась Женевьев, но теперь он чувствует, что она в другой команде.

— Потому что она и была. — Решимость Женевьев найти убийцу своей матери стала причиной того, что Маркус оказался в тюрьме.

Хотя Шоу ошибался относительно того, почему она переехала в Клифтон Фордж, но поскольку эту правду знала лишь горстка людей, это было неудивительно.

Женевьев переехала сюда не для того, чтобы наблюдать за расследованием. Она приехала сюда, чтобы увидеть могилу своей матери, и была похищена вместе с Брайс. Им потребовался год, чтобы узнать, что их похитителем был Маркус. Тем не менее, это так и не стало достоянием общественности. Это был один из немногих Цыганских секретов, в которые я была посвящена.

В день похищения я пришла на работу, а в помещении было пусто. Я безуспешно пыталась дозвониться Дэшу и Дрейвену и сразу поняла, что случилось что-то плохое. Поэтому, я сделала то, что делала всегда: занялась бизнесом. Я сослалась на неотложные семейные дела и перенесла все встречи. Затем я просто начала ждать, надеясь, что со всеми все будет в порядке.

Боже, что это был за год.

Год смерти. Все началось с убийства Амины, затем похищения, а затем самоубийства Дрейвена.

Мы все были напуганы и на взводе. Убийца разгуливал на свободе. Воины угрожали возмездием за смерть одного из своих членов — они подозревали, что их человека убил бывший «Тин Джипси».

Все были в напряжении. Брайс была беременна Ксандером, и Дэш не спускал с нее глаз. Она приходила сюда работать каждый день, потому что Дэш не мог оставить ее одну в редакции газеты.

Это был ужасный год, но мы все стали ближе, пережив его вместе.

— Далее становится больше воспоминаний, — заговорил Шоу, его мягкий голос вернул меня в настоящее. — Маркус встречает Амину в Бозмене. Он приглашает ее на свидание, и они начинают встречаться.

— Вы показываете, что она знает, что он женат?

Шоу покачал головой.

— Он никогда не говорил ей. В одной сцене он снимает свое обручальное кольцо перед встречей с ней.

Слава Богу.

Никто из нас не знал, знала ли Амина, что Маркус женат, когда они начали встречаться. По словам Женевьев, ее мама мало говорила о мужчине, которого называла Ли — прозвище, которое появилось, когда Маркус и Амина были детьми. Возможно, Амина знала, что Маркус женат. Может быть, он пообещал ей, что уйдет от жены. Или, может быть, он скрыл это, наряду со многими другими вещами.

Ради Женевьев, чтобы защитить память о ее матери, я притворялась, что Маркус лгал.

— Маркус скрывает Амину и их роман от своей жены. Он тайком звонит ей по телефону и ездит к ней по выходным, чтобы навестить ее. Он начинает больше пить. Становится не так сосредоточен на работе. Мой грим в фильме становится все более и более изможденным.

— Он становится злодеем.

— Верно. — Шоу кивнул. — Я же говорил тебе, что у нас все хорошо.

Я слегка улыбнулась ему.

— Пока зрители ненавидят его так же сильно, как и я, у нас все хорошо.

— Я сделаю все, что в моих силах.

— Чем все закончится? — Мне нужно было, чтобы он продолжал. Я была уверена, что там будет сцена смерти Дрейвена. Это была еще одна причина, по которой просмотр этого фильма, вероятно, не пошел бы на пользу моему психическому состоянию. Если я не смогу послушать, как Шоу рассказывает мне об этом, я сомневалась, что смогу посмотреть вымышленный пересказ.

Шоу удивил меня.

— Женевьев находит в вещах Амины фотографию Маркуса. Опять же, это с его точки зрения, но однажды вечером она приносит ее к нему домой. Она спрашивает его о ней. И все сходится. Все рушится вокруг него, когда она складывает воедино то, что он убил ее маму.

Насколько тяжело было Женевьев прийти к нему домой? Фотографии не было, но именно она собрала все воедино — Шоу был прав. Женевьев была единственным человеком, который смог отомстить за Дрейвена и Амину.

Она сделала это для них. Для себя. Для всех нас.

— Вы используете их настоящие имена?

— Только имя Маркуса, — мягко сказал Шоу. — Большинство других имен были изменены. Я просто подумал, что было бы проще называть их теми именами, которые ты знаешь.

— Спасибо. За имена. И за то, что все рассказал.

— Не за что.

Рассказ, хоть и был полезным, не облегчил принятие этого проекта. Шоу пытался помочь мне примириться с фильмом, но… этого не произошло.

Я не хотела, чтобы этот фильм выходил. И это не изменится независимо от того, сколько времени Шоу потратит на ответы на мои вопросы.

И это был факт, разочарование, с которым я научусь жить.

Тем не менее, я ценила это. Шоу не обязан был