Город на границе Снов - Марк Геннадьевич Кузьмин

Слова Брукса о том, чтобы я молчал про арбалетный болт, выглядят слишком подозрительно.

- «Он знает что-то? Он знает того, кто напал на меня? Почему он покрывает его?»

Вопросы в моей голове все множились, никак не желая уходить, и теперь я не был уверен, что хочу и дальше разговаривать со столь подозрительными личностями.

Вообще, если задуматься, вчера я был так шокирован и взволнован, что не сумел адекватно воспринять ситуацию и как следует подумать. Но сейчас, здесь, просто лежа и размышляя в тишине, я стал подмечать странные детали, на которые раньше не обратил внимания.

Например, а как офицер Брукс вообще обо мне узнал?

То есть, тот коп, который давил на меня, посчитал, что я из какой-то банды хулиганов-вандалов, которые громят округу, и на его месте я подумал бы точно так же, найдя какого-то парня без сознания посреди разрухи. Потому не ясно, чем я мог так привлечь Неспящих и проявиться, чтобы меня нашли.

Как-то слишком быстро и просто все выходит.

Потом он рассказал мне какие-то вещи, но что из этого правда, а что нет, мне непонятно. Приставала сама ничего не знает, а кроме слов Брукса других данных у меня нет. Мне, как бы, не у кого спрашивать, да и не факт, что информация будет достоверной.

Короче, все очень подозрительно, и я не уверен, хочу ли оставаться здесь еще дольше.

- Эй, Ники… - вновь подала страдающий голос Болтушка. – Мы еще долго тут…?

- От того, что ты каждые пять минут спрашиваешь об этом, раньше мы не уйдем, - со вздохом отвечаю ей. – Мы застряли, а отпустят - когда отпустят, не раньше.

Часы с телефоном и кошельком у меня забрали, потому сказать точно, сколько сейчас времени, я не могу, но по ощущениям - уже вечер и скоро будет ночь. Надеюсь, до отбоя в общежитии успею, а то ведь могут не пустить. Хотя, пустить-то пустят, но выговор будет точно.

- Ну, чего они так долго? – стонала фея. Показалась и развалилась на полу, перекатываясь с одного бока на другой. Похоже, для такой, как она, скука реально мучительна.

- Они взяли у меня показания, затем все это нужно проверить, заполнить кучу документов, все это может занять довольно много времени. Хотя, иногда полицейские специально держат человека подольше, по своим причинам… - ответил я.

- О, а ты, похоже, кое-что знаешь о них, - хмыкнула она.

- Да… был опыт…

Больше я ничего не говорил, продолжая пялиться в потолок.

К счастью, Болтушка не стала ничего спрашивать, исчезла, а я остался в тишине, продолжая свою созерцательную деятельность.

Думал я еще над одной вещью, которая никак не давала мне покоя.

- Что это было тогда?

В момент удара, когда я уже думал, что мне все кости переломает, случилось нечто странное. То столкновение будто пропало, через меня прошла странная волна, и внутри будто загорелся огонь, который пульсировал и растекался по всему телу. Это было так быстро, что я даже не понял, но сейчас вспоминая, я осознаю, что тогда было. И затем я так сильно сумел оттолкнуть эту тварь…

А спросить некого…

Нет, есть, но… не уверен, что хочу.

Болтушка ничего не знает, опять…

Неожиданно дверь в мою камеру начала открываться.

Я поднялся и посмотрел на человека, вошедшего ко мне.

- Kombanwa [1], - послышался девичий голосок.

В камеру вошла миловидная невысокая худенькая девушка, одетая в деловой костюм, с черными волосами, подстриженными под каре, милым личиком, которое она будто пыталась скрыть за челкой и большими очками. Японка посмотрела на меня и слегка неуверенно улыбнулась.

- Приветствую, меня зовут Ямада Надэсико, - представилась она, вежливо поклонившись.

- Hajimemashite, Yamada-san. Boku wa Temnih Nikolai, desu. Yoroshiku onegai shimasu [2], - отвечаю ей.

Девушка сначала удивленно посмотрела на меня, а затем очень мило улыбнулась.

- Yoroshiku! Kochirakoso [3], - сказала она, слегка краснея. – Нечасто иностранцы изучают японский.

- Моя мама - учительница английского в школе, ведет кружки испанского и французского, от нее и нахватался, а японский я недавно начал изучать. Потому на факультет иностранных языков и поступил, - пожал я плечами.

- Ясно, - кивнула Ямада-сан. – Тем… Темни…

- Можно просто Ник, - решил я не мучать девушку произношением моей фамилии. Даже у нас не все правильно ударения расставляют или произносят, потому истязать иностранку я не хочу, а то это можно будет приравнять к особо жестокой пытке.

- Спасибо, Ник-сан [4], - снова улыбнулась она, а затем снова стеснительно отвела взгляд. – Кхм, прошу прощения. Я тут секретарь, и меня послали за тобой.

- Что-то случилось? – заволновался я.

- Нет, все в порядке, - махнула она рукой. – Я просто пришла сообщить, что ты свободен, и извиниться за то, что задержали. У нас тут небольшие заморочки произошли, вот и некому было тебя домой отпустить.

- Хм, а где офицер Брукс?

- Шеф сейчас занят делом доппельгангера, - ответила она. – У нас одна улика пропала, вот он и занимается ее поиском, потому не сумел прийти и помочь. Видать, у нас гремлины завелись…

- Это те, которые все ломают и вредят окружающим? – спросил я, вспоминая одноименный фильм.

- Да, гремлины - просто мелкие вредители, которые могут доставить немало проблем, - покачала головой Ямада-сан. – Их очень много в центральном общежитии вашего университета. Сколько не вытравляли их оттуда, они постоянно возвращаются, белье воруют, водопровод портят и по-всякому досаждают.

- Тяжко вам приходится, - хмыкнул я.

- Ну, я всего лишь секретарь, а не оперативник. Вот сестра моя порой работает, если необходимо, но шеф так ценит нас в качестве секретарей, что очень редко соглашается отпускать ее куда-то. Ведь кроме нас тут некому разбираться с кучей бухгалтерии начальника отдела. Так что наличие гремлинов нас волнует весьма сильно.

- Понятно. Надеюсь, все будет хорошо.

- Хорошо будет, в любом случае. У нас главное, чтобы это были именно гремлины, а не кремлины, - тяжко вздохнула она.

- А кто такие кремлины [5]?

- Это русские гремлины, - с кислым лицом ответила она. – Это почти то же самое, только разумнее, ведут себя как стереотипные русские, да и еще права качают, и своим паршивым акцентом могут убить любого парламентера. Черт бы побрал Диснея и его